Хозяйка дорог

Водянова Катя

Меня же буквально сжигало изнутри, казалось, вздумай я измерить температуру, так градусник лопнет.

Стоило же взять в руки стакан, как вода в нем пошла прозрачными бусинами пара, а затем забурлила. Я испуганно отбросила его в сторону и разрыдалась. Почему все это со мной происходит?

— Не плачь, — Алеша сел рядом и тихонько погладил меня по плечу.

— Ты видел? Что это такое?

— Не знаю, но у тебя и глаза красные.

— Ааалеша, ты просто Кэп Очевидность! Конечно, красные, так всегда бывает, когда плачешь.

— Но красную радужку я вижу впервые.

Надеюсь,

он шутит. В противном случае, все очень-очень плохо.

— Да брось, — он похлопал меня по коленке, — у каждого свои недостатки. Так ты мне тоже нравишься. Подумаешь, поменялся цвет глаз. Вот если бы ты стала мужчиной… Или я чего-то не знаю?

— А-алеша!

Я легонько пихнула его локтем в бок. Лиходей притворно застонал, ухватившись за пострадавшее место. Рядом с ним даже горевать не выходит, пара слов — и все оборачивается не заслуживающим переживаний фарсом.

— Что это такое? Я становлюсь как… Змей.

Странно, стоило озвучить терзавшую мысль, и я успокоилась, словно бы приняла этот факт.

— Формально ты несколько минут побыла его женой, возможно, этого хватило для появления второй головы. А теперь, когда силу Хозяйки заблокировали, голова начала стремительно расти. Видишь ли, ворожейники в один голос ругали Змея за глупость: его сила несовместима с силой Хозяйки. Потому-то у него ничего не вышло после свадьбы.

Из-под моей руки, сжимавшей простынь, заструился темный дымок и появился запах гари. Я дернулась и разжала пальцы. Только этого еще не хватало! А если кто-то узнает? Они же запрут меня рядом с бывшим муженьком.

Раскаленная слеза потекла по щеке, оставляя за собой полыхающую дорожку.

Алеша вытер ее платком, таким же белоснежным, как и в прошлый раз.

— Хочешь, я отведу тебя к себе в квартиру, посидишь там, пока приступ не пройдет?

— За поцелуй?

— Сейчас это как угроза звучит.

Я не удержалась и хихикнула.

— Но, — продолжил Алеша, мечтательно уставившись на стену, — после, когда все уляжется… Ты же помнишь про долг перед вселенной?

— Могу сейчас отдать, как раз выдалась свободная минутка. Неужели не перетерпишь пару-тройку ожогов?

— Да ты ж такое динамо, — он махнул рукой, — успеешь передумать, пока я свитер снимать буду.

— А ты не трать время на болтовню, и все успеешь.

— Хорошо, пошли ко мне.

Алеша встал, затем подхватил меня на руки и закинул на плечо. Я попробовала брыкаться, но лиходей подбросил меня и крепко обхватил за ноги. Так мы и вышли на дорогу между мирами. Что ж, лучше хорошо ехать, чем плохо идти, повишу так немного, все равно скоро Алеша устанет и прекратит забаву.

— А меня не будут искать? — поинтересовалась я, после чего выпрямила спину, чтобы не болтаться головой вниз.

— Да брось, все уже привыкли к твоим выходкам.

— Хам. И слабак. Гор меня играючи носит и на-а-амного удобнее. Знаешь, это так романтично, когда высокий, сильный мужчина несет тебя на руках, прижимая к разгоряченной груди. И вот наши глаза встречаются, я тону в этой серо-золотистой бездне, оставляя где-то за ее границами Хорошую девочку, со всеми ее моральными устоями…

Алеша

хмыкнул и, как бы невзначай, сместил руки поближе к моей упругой, качаемой трижды в неделю, попке. Хотя, если вспомнить: последние время у меня сплошные прогулы, зато пирожки поедаются в утроенной норме. Так что проворонили вы свою упругость, Лилия Александровна.

Решено: вернусь домой — и бегом в спортзал. А то такими темпами меня и боярин не поднимет, не то что Алеша.

— А сейчас? Никаких бездн, одно унылое любование пейзажем и твоей спиной.

Лиходей крутанул меня жестом заправского рок-н-рольщика и уложил к себе на руки:

— Чувствуешь, как сдаются бастионы?

А глаза у него такие же серые, как у Гора, только темнее. И крапинки скорее зеленые, чем золотые, но тоже затягивают. Почему я раньше этого не замечала?

— С тобой почему-то схема не срабатывает, — я отвела взгляд и пожала плечами.

— Злой ежик, — Алеша поставил меня на землю, — топай своими ножками.

— Хиляк, — я задрала нос повыше и пошла вперед.

Почти все время до Алешиной квартиры мы все так же пикировались. Вслух в этом никогда не признаюсь, но мне нравится этот бестолковый дружеский треп. С одной стороны, с Алешей легко и весело, с другой — он такой Алеша. И я еще не забыла про Ярославу.

Когда мы, наконец, дошли, лиходей оставил мне ключи и сразу же исчез.

Я включила телевизор, затем ноутбук и завалилась на диван: возвращаться к цивилизации, так полностью. Надеюсь, Алеша не обидится за такое самоуправство. Новости в соцсетях закончились быстро, интересных фильмов не нашлось, поэтому я решила немного осмотреться в этой холостяцкой берлоге. Заодно узнаю, такой ли Алеша несговорчивый, или просто ищет девушек подальше от Заставы.

Начать решила с ванной, но ни запасных зубных щеток, ни женских халатиков, ни расчесок с длинными волосами не нашлось. Только несколько

полотенец, мужской гель для душа, шампунь и пена для бритья. И подозрительная чистота повсюду. Мне даже неудобно стало за свою пыль на полках и мыльные разводы на кафеле. Вернусь домой — сразу же сделаю генеральную уборку.

Еще в шкафчике обнаружилась гора лекарств. В основном — бинты, лейкопластырь, средства для дезинфекции ран и обработки ожогов. А еще — антибиотики и обезболивающее средства. Многие пачки были вскрыты, заметно, что всем этим регулярно пользуются.

Сразу стало жутковато и стыдно за свое неуместное любопытство: привыкла считать Алешу беззаботным раздолбаем, который живет за счет брата, а сегодня уже во второй раз убеждаюсь, насколько неправа. Наверное, и при нашей первой встрече ему синяк не дружки-собутыльники поставили.

Я закрыла шкафчик и вернулась в гостиную. Взгляд зацепился за книжную полку: томиков было много, все разной степени потертости, но также без пыли и расставлены аккуратно, в основном — фантастика и фэнтези зарубежных авторов. Из наших только Стругацкие, Олди и Лукьяненко. Только книга «Правила оказания первой помощи» валялась поверх остальных. Сильно истрепанный том с коричневатыми пятнами на страницах. Словно бы за нее хватались окровавленными пальцами.