Хозяка
Шрифт:
С виду вполне самостоятельная красотка, а внутри полна противоречий. Как только расслабится, так такое скажет, что не знаешь, как ее понимать. Но и лавировать между правдой и ложью умеет. Джи в нее влюблен. Маг сказал королю перед балом, чтобы тот был аккуратнее. Ребенок собирается испробовать на нем самодельное приворотное зелье. За последствия Риваз не поручился.
Мечислав уже прочитал полное досье на Викторию, и получается нелогичная картина. Сильно не логичная, что требует детального разбирательства. Король уже дал поручение
Теперь надо думать о том, что делать дальше. Мечислав был уверен, что ему достаточно сделать официальное объявление, и Викки не отвертеться от свадьбы, но… это слишком похоже на насилие. Не хотелось бы так начинать семейные отношения. Кроме того, Викки была забавна, а вот желания к ней не было. Но когда они танцевали, Мечислав вдруг подумал, что хочет ее поцеловать. Как только Викки сделала два шага назад, желание прошло.
Я провернула операцию побега с блеском. После свидания с королем, которое закончилось только в три часа утра, я отправилась к Джи. Знаю, что нельзя будить детей, но если очень надо…
— Джи!
— Заходи, я не сплю, — информировал он.
На столе у него я увидела колдовской шар.
— Понятно за нами подглядываешь, — я так и предполагала. — Мне нужно сонное зелье.
— Зачем?
— Меня уже порядком достали домашние. Я приду, даже не высплюсь. Помоги от них на время избавится.
Джи принял мои объяснения и выдал склянку с порошком. Достаточно чуть-чуть, — предупредил он.
— Спи давай, — я погладила его по голове. Если у меня все выйдет, то мы с ним не встретимся. Он сонно кивнул. — Джи, знаешь, я тебя люблю, — вот так я первый раз призналась в любви.
— Правда? — он засветился изнутри.
— Так получилось, — я пожала плечами. Не знаю, чувствую себя растерянной. — Я решила, что должна это сказать, раз поняла. Мы мало знакомы, но я тебя люблю.
— Тогда обними, — разрешил ребенок.
Я уходила от него в состоянии полного раздрая. Не могу остаться, не могу признаться, а сердце щемит от тоски. Первый раз в жизни я поняла, что хочу иметь ребенка.
Подсыпать зелье в питье и напоить Ларюшу было легко. Я собралась смыться, пусть в обличьи Викки, но пора мне отсюда.
— Стой! — прижал меня к стене Олаф.
Я и забыла про этого типа. Он неприязненно злобно на меня шипел.
— Шляешься здесь по кроватям, — сплюнул он на пол. — Отвечай, иначе умрешь, — потребовал слуга.
Я испугалась потому, что поняла, этот тип психические неуравновешен.
— Я на короля не претендую, — вырвалось у меня.
— Где Чех? — огорошил меня Олаф. Я поняла, что чувствует король, когда вздымает брови. Мои тоже вверх полезли.
— Кккакая Чех? — С испуга у меня появилось заикание.
Олаф меня тряхнул.
— Где? Где? Где? — он сказал это как-то знакомо. Мне вдруг померещилось.
— Ты кто? Укул? —
— Откуда ты меня знаешь? — Он почти перекрыл мне доступ кислорода.
— Папа? — я почти прохрипела. — Я — Чех.
— Что? — Олаф чуть сдвинул руку. Стало легче дышать. — Теперь подробно, — видимо сообразил что и как.
Я поколебалась минуты две, потом потребовала, чтобы он показал, кто он.
Олаф чего-то разбил о дверной косяк и стал Укулом. После моего короткого экскурса в историю моей жизни после побега из камеры, Укул мне поверил.
— Она драконка? — переспросил он, кивая в сторону спящей Ларюшы. — Значит, могла так сильно колдонуть. Мы сбегаем?
— Да, Укул. Но ты бы объяснил, что ты здесь делаешь?
Укул начал рассказывать, когда нас прервали. В дверях появился Слизка. Укул вытянул руку в сторону убийцы и тот упал.
— Дверь закрой, — велел новоприобретенный отец, подхватывая тело Слизки.
Я захлопнула дверь. Укул объяснил, что это кольцо самострел. Последняя новинка, реагирует на определенный тип людей. Так, что не ошибешься в цели. Сделано для защиты.
— Нам бы отсюда выбраться, тогда и поговорим, — Укул вернул себе образ Олафа и смог на мою личину нацепить еще одну личину. Я стала маленькой, кривоногой старушкой.
Через час мы уже мчались по дороге в поместье.
Я вела машину и думала о том, зачем Укул объявился здесь. Я была знакома с ним всего несколько дней и не думаю, что он искал меня из большой любви.
— Укул, — я резко затормозила. — Почему ты здесь?
Что плохо, так это то, что в этих машинах не предусмотрены ремни безопасности.
— А почему ты едешь по дороге? — вдруг спросил он.
— Что?
— А то, что мы могли бы срезать путь, — Укул пожал плечами на мою глупость. — Машина же на подушке.
— Нет, — мне не понравилось, что Укул меня отвлекает. — Я не знаю местности, это во-первых. А во-вторых, подушки в основном работают на определенной высоте от дороги. Как ты себе представляешь мой полет по лесу? Между деревьев что ли?
— Ладно, как хочешь, — Укул пожал плечами. — А ты поесть не захватила?
— Нет, — во мне закипало раздражение. Тоже мне навязался на мою голову. — Укул, еще раз, что ты здесь делаешь? Ты же меня искал? Я не убивала твою племянницу.
— Я знаю, — просто ответил он. — Ее убил мой племянник.
В этот миг мне стало легче. А я то и не подозревала, что на сердце такой камень из-за подозрений в убийстве.
— Как это было?
Укул рассказал, я поморщилась. Жестокость моего мира вернулась ко мне.
— Укул, а как дед? В смысле Чукмедал? Как он это воспринял? — мне было плохо. Что-то все навалилось: и расставание с Джи, и вот эти рассказы.
— Нормально, — Укул скрыл свою улыбку. — Он все продал и теперь ищет тебя.