Хозяин

Анкай Виктория

Отошла в сторону, туда, где заканчивается каменистая коса и начинаются камыши. Вода здесь, конечно, грязнее, и живности больше... Но тут как-то спокойнее - при свете дня светить собственным телом на виду у всех я пока морально не готова. Скинула ботинки, штаны, футболку, оставаясь в спортивном голубом лифчике и... чёрных бесшовных высоких трусах с эффектом утяжки. Обычно я ровно отношусь к белью в походах, главное - удобно. Но сейчас с невольной тоской вспомнились кружевные полосочки, в которых я обычно встречаю Теймураза... Сука, надо было взять хоть парочку...

С каким-то остервенением стянула с растрёпанных волос резинку,

перевязала её в неаккуратную пальму на макушке. С разбега влетела в воду, не концентрируясь на обжигающих тело брызгах. Почти сразу окунулась, поплыла подальше от берега, чувствуя течение и сопротивление воды, не позволяющее концентрироваться ни на чём другом...

Позади послышался хохот. К нему примешивались визги, крики...

Оглянулась, наблюдая за тем, как Влад тащит к реке упирающуюся Тому, визжащую и ржущую одновременно. Стиснула зубы, загребая руками волны, глядя на то, как он по пути стягивает с неё одежду, а она хоть и сопротивляется для виду, но вполне поддаётся... Кружевные. Милые чёрные трусики с красными шнурочками. И лифчик такой же. Аккуратная тройка, не меньше... Чёртова барби.

Пока Тома зажимала ладошками все свои доступные места, кроме стратегических, Влад молниеносно скинул с себя штаны и футболку, снова схватил её поперёк живота, поволок в воду... Как не оглох только от её жеманных натужных попискиваний. Лучше бы матом его покрыла, раз так сильно купаться не хочет. Но, видимо, хочет...

Повернула к берегу, принципиально не обращая на них внимания. Вылезла из воды, накинула на плечи полотенце. Собрала свои вещи, поплелась обратно в палатку - не мешать же, блять, людям развлекаться...

***

Я успела вытереться и переодеться, а Влад с Томой до сих пор плескались в воде. К ним присоединились Галя, Юра, потом Борис, а некоторые девчонки просто бродили по мелководью...

– Надюш, настроения нет?
– Зина подлила мне в чашку свой свежезаваренный кофе.

Вообще-то, это моя обязанность - греть воду, хлопотать о завтраке и прочее, но... Как же приятно, когда о тебе кто-то беспокоится, да. Даже халявный кофе кажется вкуснее.

– Есть такое, - я рассеянно обняла кружку ладонями. В сотый раз тормознула себя, чтобы не оглянуться на доносившиеся с реки всплески и смех.
– Что на завтрак готовить будем, Зинаида Алексеевна?

– А что хочешь, Наденька, - Зина тоже выглядела невыспавшейся и сосредоточенной.
– Можем просто воды вскипятить и кашу заварить на всех, ты говорила, у тебя с запасом...

– Давайте, - на автомате кивнула, бросив взгляд на почти полное ведро, недавно снятое с костра - тут делов-то на пять минут.
– Ещё палатки же собирать, - я тяжело вздохнула, испытав знакомое чувство жалости к себе любимой. Отхлебнула кофе, в очередной раз безжалостно напоминая себе о том, что я здесь исключительно в качестве второго инструктора. И если вечером ставить чёртовы палатки было весело под игривое настроение, то сейчас бегать из стороны в сторону и помогать всем подряд правильно свернуть ткань и сложить каркас желания нет вообще. Но обязанности есть обязанности, да...

– Надь, ты чего такая кислая? Чего приуныла?
– к нам подсел мокрый с головы до ног Борис, не удосужившийся даже накинуть полотенце.

Машинально отсканировала плотный мужской торс с чуть выпирающим животиком, узкую задницу, на которую тем не менее с трудом натянулись синие плавки

явно слишком маленького размера, почему-то обратила внимание на выбритые подмышки, на несколько скудных закрученных волосин вокруг сосков, на бледную кожу, очевидно сто лет не видевшую солнца... Нет. Можно было бы, но - нет. Возможно, позже, через день-два... И то вряд ли. Не мой типаж. Вот к Лёхе я бы, пожалуй, присмотрелась... Но у него слишком отвратительный характер, не люблю таких людей. Да и вообще, надо оно мне?! Было вот не надо, пока эти двое, Влад с Томой, не дали повод для зависти...

– Не выспалась, - буркнула в ответ, поднимаясь на ноги и больше не глядя в сторону Бори.
– На завтрак каша, если что. Кому не нравится - на самообслуживании.

– Ну... каша так каша, - Борис немного стушевался от моего резкого тона.
– Как скажешь, - он поднялся вслед за мной.
– Пойду в палатку переоденусь...

Дурацкое чувство, будто я обидела человека на пустом месте...

Со злостью покосилась в сторону реки - Влад как раз направлялся к берегу, неторопливо шагая по пояс в воде, вытирая лицо мокрыми ладонями и стряхивая с коротких волос крупные брызги. За его спиной маячила неизменная Тома, посиневшая от холода, но вполне себе счастливая...

Отвернулась. Схватила было ведро, но тут же отдёрнула руку - обожглась... До крови закусила губу, не показывая виду - потом мазью намажу, пройдёт. Гораздо аккуратнее перелила часть горячей воды в котелок, подвесила его над огнём...

Спину словно жгло от чужого взгляда. Но, возможно, это просто иллюзия - слишком сильно мне бы хотелось, чтобы Влад смотрел именно на меня...

– Что готовить будешь, Надь Сергеевна?
– хриплый и какой-то... вибрирующий голос раздался совсем рядом, по плечу небрежно хлопнула мужская прохладная от воды ладонь, мгновенно насквозь промочив сухой рукав моей футболки...

– Кашу, - я даже не повернулась, старательно не обращая внимания на чужую руку, искренне надеясь на то, что грохот моего сердца в этот момент не слышит никто.

– Мммм... Какую?

Да не пофиг ли тебе какую?!

Я с раздражением дёрнула плечом.

– Овсянка у меня.

– Мммм... Хорошо, - ладонь исчезла...
– Долго это, Надь?

Да чего привязался-то?! Тома вон от озноба зубами стучит, того и гляди заболеет...

– Обычная заварная овсянка, Влад Андреевич!
– я резко повернулась к нему, прекрасно понимая, что явных причин для проявления злости и обиды у меня нет, но сейчас я просто не в силах сдержать собственные эмоции. Невольно мельком пробежалась глазами по влажному смуглому животу, по обильной чёрной растительности на груди, по стекающим по широким плечам каплям, по упёртым в пояс крепким кулакам...
– Залить кипятком, перемешать - и вуаля! Кашу никогда не ел?! Или ты в своих экстремальных походах горных баранов привык на завтрак жарить?

Всего на миг в серых глазах Влада вспыхнуло что-то тёмное, не менее яростное, чем моё грохочущее раздражение. Через секунду оно потухло, сменяясь жёстким холодом и отстранением, хотя взгляд он не отвёл...

– Влааад! Ну пошли...
– Тома облезлой кошкой промяукала где-то в стороне, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

Я отвернулась к котелку, сгорая от стыда за собственную несдержанность.

– Извини, - тихо промямлила, позорно краснея.
– Что-то бесит всё с утра...