Хозяин моего сердца
Шрифт:
— Мудрые слова, сын мой! — улыбнулся Асмус, а потом обернулся к Зерту. — Ты с нами, друг мой?
— Я слишком стар, чтобы спешить, поэтому только задержу вас, — сказал ученый. — Попрощаемся сейчас здесь, а если свидимся — значит, вы выстояли и победили.
Саорги по очереди обнялись с Гермором Зертом. Последняя к нему подошла Диана и, поднявшись на носочки, поцеловала морщинистую щеку. Глаза старика увлажнились.
— Спасибо тебе, дитя, за чистую душу и доброе сердце. Ты спасла мне жизнь.
— Жаль, что ненадолго, —
— Это не важно, — ответил ей старик. — Благодаря тебе, я умру свободным.
А дальше они бежали по коридорам дворца к ближайшей террасе. Тайрон еще из кабинета императора приказал подать туда катер, на котором прибыл Асмус. В летуне уже ждали взволнованные Толла и Сайта.
— Что случилось, любимый? — спросила сенатора жена.
— Я люблю тебя дорогая, — просто ответил Асмус. — И очень скоро мне понадобиться вся твоя любовь.
— Можешь забрать ее всю до капельки, — прошептала женщина, — ведь она по праву принадлежит тебе.
Юстис молча взял руку Сайты и переплел пальцы. Только после этого гримаса боли ушла с его красивого лица. Небольшой кораблик аскедов был готов к своему страшному, возможно последнему путешествию. Как только на борт взошли шестеро пассажиров, он тут же устремился в гущу виссонов.
— Ди! Ди-и! — раздался до боли знакомый шепот, стоило Диане удобно расположиться в кресле кают-компании.
— Денни! — выдохнула девушка. — Как ты здесь очутился?
Из-за дивана вылез мальчишка, сжимая в руках испуганного кролика.
— Скай не хотел меня брать, а отправил спать, как только ему сказали о виссонах. — Ребенок был серьезен. — Я не хочу без тебя и Тайрона!
Девушка нежно улыбнулась брату и раскрыла объятия, крепко обнимая мальчика.
— Чем нас больше, тем больше шансов победить, — подмигнула ребенку Толла.
Юстис и Сайта так и не разжимали рук. Они заняли небольшой диванчик и молчали, наслаждаясь обществом друг друга. Диана очень хорошо их понимала, другой возможности может и не быть.
Вошли Асмус и Тайрон. Сенатор подошел к небольшой панели на обшивке и что-то набрал на ней. Тут же стена стала прозрачной, но за ней был не космос. Нет! Там, рваными, зловещими сгустками висели виссоны. Они словно пульсировали, то сжимаясь, то увеличиваясь в размерах.
— Как будто чувствую нас, — тихо произнесла Толла.
— До расстояния контакта меньше минуты, — оповестил сенатор усаживаясь рядом с женой. Он нежно обнял ее за плечи, а она склонила голову на широкое плечо саорга. — Готова разделить со мной вечность? — тихо, так, чтобы слышала лишь Толла, спросил Асмус.
— Всегда, — так же тихо ответила женщина.
— Не могу отказать себе в удовольствии, — нежно улыбнулся Тайрон, глядя в растерянные глаза Дианы. Она кивком показала на брата.
— Да, целуйтесь уже! Отвернусь я! — разрешил Денни и повернулся к ним спиной.
Быстрый страстный поцелуй обжег уста девушки, а потом Тайрон
— Дамы, постарайтесь вспомнить самые счастливые моменты вашей жизни и думайте только о хорошем, — предупредил женщин сенатор прежде, чем закрыть глаза и сосредоточиться на своих ощущениях.
Толла вспоминала тот день, когда впервые увидела Асмуса. Она влюбилась в него с первого взгляда и ни секунды прожитой вместе жизни не пожалела о том, что их судьбы переплелись когда-то.
Сайта вспоминала свою родную планету, бирюзовое небо над тихой гладью озера и домик, скрытый раскидистыми фруктовыми деревьями. А потом все счастливые моменты детства затмили глаза незнакомца — карие, почти рыжие, с зелеными крапинами вокруг значка, живые и родные с первой секунды. Сейчас они были закрыты. Но девушка любовалась профилем саорга, широкими плечами, равномерно вздымающейся грудной клеткой. Его близость волновала ее и заставляла сердце петь. Вот он самый счастливый миг ее жизни — просто быть рядом с ним, вдыхать его запах и каждой клеточкой ощущать, что она тоже не безразлична Юстису.
Диана… Диана просто любила, всем сердцем, всей душой. Она не была Дианой в тот миг — она была частью Тайрона, его половиной, его любовью.
Прошло несколько секунд, а может минут, а возможно столетий. Никто не замечал времени.
— Ого-о-о-о-о-о-о… — шепотом выдохнул Денни.
Золотое сияние, идущее от каждого саорга, затопило все помещение. Его концентрация все усиливалась и усиливалась, пока внутри сгустка не стали проскальзывать ослепительно белые разряды, похожие на маленькие молнии. И когда субстанция достигла критической плотности, она устремилась в космос, пройдя сквозь обшивку корабля. Она устремилась туда, где ее поджидали виссоны.
Денни во все глаза смотрел, как огромный золотой шар энергии, наполненный жаждой жизни, любовью и, конечно, надеждой, на лету трансформируется в тонкую, как паутинка, сеть, поистине чудовищных размеров. Мальчик видел, как она накрывает виссонов, как сгустки тумана дергаются, пытаясь освободиться из ловушки саоргов, постепенно растворяясь. Вот последний виссон превратился в белесое облачко и исчез вместе с золотой сетью. За огромным иллюминатором теперь простирался обычный космос. Мирный. Свободный. Безопасный.
— Мы победили, Ди! Мы победили! — закричал Денни, вскакивая с колен саорга.
Он прыгал, кричал и обнимал по очереди то сестру, то Тайрона. Радовались все, но не так бурно. Скорее, устало. Каждый отдал почти все силы, отпущенные ему мирозданьем. Ради победы. Ради жизни. Во имя любви.
— Как ты, любимая? — тихо спросил Тайрон, когда Денни отбежал поделиться своим восторгом с остальными.
— Когда рядом с тобой — хорошо, — улыбнулась Ди, и, обхватив лицо своего саорга ладонями, прижалась к его губам поцелуем.