Холостяк
Шрифт:
Роман повернулся к среднему брату:
— Рик, ты однажды уже женился, ты не обязан делать это снова.
Хотя у Романа не было ни малейшего желания предлагать свою кандидатуру, он не хотел, чтобы брат повторил то, что уже однажды сделал — принося себя в жертву, женился, чтобы помочь другому человеку.
Рик замотал головой:
— Ошибаешься, братик. Я приму участие. В прошлый раз было совсем другое дело, а сейчас речь идет о семье.
И Роман его понял, для Чандлеров семья была всем. Поэтому он вернулся туда, откуда они уехали. Вернется
У Романа сосало под ложечкой, но он с готовностью кивнул Чейзу:
— Давайте покончим с этим делом.
— Как скажешь.
Чейз подбросил монетку в воздух. Роман кивнул в сторону Рика, предоставляя выбор ему. И тот крикнул: «Орел!»
Монета, словно в замедленном кино, завертелась и взлетела в воздух. Перед глазами Романа пронеслась его беззаботная жизнь: женщины, с которыми он встречался и флиртовал, среди них — те немногие, которые продержались достаточно долго, чтобы между ними завязались какие-то отношения. Ни одна из них не была второй половинкой, сейчас, когда он стал старше и разборчивее, короткие, но страстные отношения случались в его жизни реже.
Чейз хлопнул ладонью о ладонь. Этот звук резко вернул Романа к действительности. Он встретился взглядом с Чейзом — тот смотрел очень серьезно.
Перемена жизни.
Смерть мечты.
Роман напряженно застыл, подавленный серьезностью ситуации. Рик шумно втянул воздух.
Чейз раскрыл ладони, посмотрел на монету, потом посмотрел на Рика, после того посмотрел в глаза Роману. Затем он исполнил свою роль так, как исполнял всегда — твердо, не колеблясь и не отступая.
— Младший брат, думаю, тебе сейчас не помешает выпить. Ты становишься жертвенным ягненком в маминых мечтах о внуках.
Рик тяжело вздохнул, но это не шло ни в какое сравнение с тяжестью, навалившейся на Романа.
Казалось, у него в желудке лежал камень. Чейз подошел к Роману.
— Если хочешь выйти из игры, сейчас самое время. Никто не будет тебя винить, если ты не захочешь это сделать.
Роман принужденно усмехнулся, сразу став похожим на Чейза в восемнадцать лет.
— Ты думаешь, выбирать женщин и делать детей — трудное задание? К тому времени, когда я закончу, ты еще пожалеешь, что не оказался на моем месте.
— Ты уж постарайся, выбери цыпочку покрасивее, — подсказал Рик, но в его голосе не слышалось искреннего юмора. Он понимал состояние брата, хотя его собственное облегчение от того, что выбор пал не на него, было почти физически ощутимым.
Роман оценил попытку брата поднять ему настроение, хотя она и не сработала.
— Куда важнее, чтобы она не
Женщина, на которой женится Роман, должна с самого начала знать, что он собой представляет, и смириться с тем, чего от него ждать не стоит.
Чейз хлопнул брата по спине.
— Я тобой горжусь, малыш. Такое решение принимают раз в жизни. Только прежде чем жениться, убедись, что сможешь с ней жить, ладно?
— Я не собираюсь ни с кем жить, — пробурчал Роман.
— Тогда какие у тебя планы? — спросил Рик.
— Удобный дистанционный брак, который не так уж сильно изменит мою жизнь. Я хочу найти женщину, которая будет рада сидеть дома и растить детей и будет рада видеть меня, когда у меня получится вернуться.
— Что, груз прошлого давит? — спросил Рик.
Роман нахмурился. Попытки брата поднять ему настроение зашли слишком далеко.
— На самом деле в детстве у нас была отличная жизнь, и уж я постараюсь, чтобы та, на которой я женюсь, смогла обеспечить то же самое моему ребенку.
— Итак, ты будешь разъезжать, а жена должна оставаться дома. — Чейз покачал головой. — Как бы при таком отношении ты не отпугнул потенциальных кандидаток еще в самом начале поисков.
— Ну нет, с ним такого не случится. — В школе его хотели все девчонки до единой — пока он не отправился на поиски приключений.
Несмотря на всю серьезность положения, Роман усмехнулся:
— Это началось только после того, как ты окончил школу и твое место освободилось. Я пошел по твоим стопам.
— Ну, об этом я даже не говорю. — Рик скрестил руки на груди. — Но будем справедливыми, мне пришлось занять место Чейза, а это было ого-го какое место. Девушкам нравился сильный немногословный парень. Но как только он окончил школу, они обратили взоры на меня. — Он хлопнул себя по груди. — А как только школу окончил я, поле освободилось для тебя. И тобой интересовались все.
«Не все». Воспоминания об увлечении школьных лет нахлынули, как всегда, неожиданно. Красивая девушка с черными как смоль волосами и зелеными глазами, Шарлотта Бронсон, произвела бурю в его подростковых гормонах. Ее отказ жалил его до сих пор, боль была такой свежей, словно все это случилось только вчера. Роман считал, что она сбежала и забыла о нем, а вот он так и не смог ее забыть. И хотя ему хотелось считать это подростковым увлечением, которое осталось в прошлом, правда состояла в том, что его чувства были очень глубокими.
Конечно, тогда он не сказал братьям о своих чувствах, не собирался говорить и сейчас. Некоторые вещи мужчина должен хранить в тайне. Последнее, что Роман слышал о Шарлотте, была новость, что она переехала в Нью-Йорк, столицу мировой моды. Роман снимал квартиру в том же городе, но ни разу случайно не столкнулся с Шарлоттой и не искал ее специально. Роман редко оставался в Нью-Йорке надолго, обычно он ночевал одну ночь, переодевался и снова двигался в путь. В последнее время он не слышал и никаких сплетен от матери. Сейчас любопытство взяло в нем верх.