Холодок
Шрифт:
– И мальчика воспитывали бездушные создания вашей магии? – спросил я.
– Да, - вздохнул Мит-каль. – Ты прав, мальчик, это было моей основной ошибкой. Мне следовало нанять для ухода какую-нибудь добрую женщину – хоть бы и из крестьянок – которая была бы привязана к малышу, играла бы с ним и читала сказки на ночь. Но я самонадеянно полагал, что мальчик получает всё, что необходимо, и никакие лишние люди мне не нужны. Как же я ошибался… Аш-Асин вырос красивым и умным юношей, он оказался весьма способным магом и впитывал все знания, как губка воду. Мне мой ученик казался идеальным, но я так и не понял, что душа его жестока и холодна
– Но причём здесь Чоуроджи? – поразился я. – Возможный отец мальчика не знал о нём, вы сами сказали это…
– Именно так, - ответил Мит-каль. – Но ущербная душа Аш-Асина всё видела в другом свете. Он посчитал себя преданным и брошенным… и решил отомстить. Он возжелал уничтожить детей Моря и пошёл на всё во имя этой мести.
Ничего себе… Это из-за комплексов одного придурошного мага погибла целая подводная цивилизация, и был почти уничтожен народ Крылатых? Вот уж действительно – месть удалась. Нет, Старейшая была права – тот, кто свернёт шею этому ублюдку Аш-Асину - сделает благое дело.
Бывший маг помолчал и продолжил:
– О планах его я узнал случайно. Узнал и ужаснулся. Я попытался переубедить Аш-Асина, но он не поддавался никакому убеждению. Тогда я решил усмирить его магией… И тут только я понял, каким сильным он стал. К тому же втайне от меня Аш-Асин разработал несколько сильнейших заклятий… и ему удалось застать меня врасплох и одолеть. Аш-Асин забрал себе мою силу, а меня обратил в то жуткое существо, каким я являюсь сейчас. Более того, я не могу покинуть моих прежних владений… и умереть тоже не могу. Таково моё наказание. Махароджи боятся заходить сюда, их пугает мой облик. К тому же сразу после обращения… я потерял разум на несколько лет и вёл себя, как дикое животное. Поэтому меня до сих пор боятся, и никто из Махароджи никогда не зайдёт в эти места.
– А Орден? – спросил я. – Простите, но думаю, что его магам вполне под силу уничтожить вас.
– Думаю, да. Но мне кажется, что Верные неуклонно выполняют заветы Аш-Асина, а он хотел, чтобы я жил и мучился. Жрецы же Солнечных богинь не заходят сюда – они вообще не склонны к насилию. Но теперь появились вы… и моё освобождение близко.
– То есть? – хором спросили мы с Антошкой.
– В бытность мою Советником одного из Правителей я был знаком с одним предсказателем – его звали Май-эт. Этот Май-эт как-то написал Предсказание и для меня – но тогда оно показалось мне полнейшей чушью. Я забыл о нём и только недавно наткнулся на пластину, на которой оно было написано – она сохранилась в развалинах моего замка просто чудом. Так вот…
Но дослушать этот занимательный рассказ нам не дали – всё из той же рощицы донеслись громкие отчаянные крики о помощи.
========== Глава 15. Разбойники ==========
Но дослушать занимательный рассказ Мит-каля нам не дали – всё из той же рощицы донеслись громкие отчаянные крики о помощи.
Мит-каль зло зашипел:
– Кто оссмелилиссся нарушшшить границы моих владений? Совсссем ссстрах потеряли?
С этими словами он аккуратно отложил только начатую вторую рыбу в сторону и мгновенно вскочил на ноги. А потом всё так же странно вихляя, но с неимоверной быстротой стал перемещаться в сторону
Мы преодолели расстояние до рощицы в несколько прыжков и пробежали её насквозь – зелёный островок был не так уж велик. Далее вновь начиналась довольно широкая полоса песчаных дюн, а вдали виднелся лес. Именно по этим самым дюнам и нёсся по направлению к рощице совсем молодой парень – почти голый, если не считать белого платка на голове, повязанного на манер пресловутой арафатки, и коротких штанов серого цвета. На ногах у парня были сандалии, прикреплённые к ногам верёвочками, на шее – ошейник. Беглый раб, за которым охотятся? Странно всё это.
Между тем Мит-каль неподвижно застыл на границе между рощицей и дюнами – видимо, дальше идти он просто не мог. А странный парень нёсся, как от смерти, и даже внимания не обратил на жуткое чешуйчатое чудовище. А может, и не заметил – Мит-каль замер в тени, на его шкуру сквозь резные листья деревьев падали солнечные блики, да и колерчиком он изумительно вписывался в здешнюю флору.
Парень кое-как добежал до рощицы и рухнул лицом вниз, дыша хрипло, как запалённая лошадь. Но от кого же он всё-таки так удирает?
Долго страдать от неведения нам не дали, раздался гогот и пьяные крики, а потом из леса вылетела компания, численностью человек в десять – все на крепких сытых лошадях, вооружённые до зубов и явно недовольные побегом своей жертвы. Рожи у этой компании были прегнусные, а фразы, которыми они с хохотом перекидывались друг с другом, не оставляли никаких сомнений в злосчастной судьбе беглеца. Бедолагу хотели пустить по кругу, и не однажды, а затем его хотели пытать огнём, напоследок желая вспороть живот и заставить измерять длину собственных кишок. Это я так, в общих чертах. На самом деле там звучало столько креатива, что меня реально затошнило.
Вся шайка быстро разглядела в песке следы беглеца и с улюлюканьем полетела в погоню. Парень понял это и попытался встать, но ноги его не слушались, а ещё подняться явно мешала рана в правом бедре, в которой плотно засел то ли наконечник стрелы, то ли обломок ножа. Вот же уроды… И за что они так с парнем?
Между тем убегающий увидел-таки Мит-каля, его глаза расширились от ужаса, из горла вырвался даже не крик, а какой-то мышиный писк, и он ещё раз судорожно попытался встать. С тем же успехом. Нет, надо человека успокоить, не ровён час, инфаркт схватит. И мы, переглянувшись, подскочили к лежащему и, подхватив его под локти, утащили подальше в рощу. Нельзя сказать, что наш внешний вид его успокоил, но Чоуроджи он явно боялся меньше, чем Мит-каля, так что наш маневр удался.
Что же касается преследователей, то они тоже разглядели нас и радостно загоготали – бесплатный бонус в виде аж двух Чоуроджи был им явно по вкусу, а мысль о том, что от нас можно огрести нехилых люлей, в эти тупые – то ли пьяные, то ли укуренные - головушки просто не забрела. Да, привыкли гады к тому, что на рынках продают покорных и практически неразумных морских девушек в ошейниках, с вырванными клыками и когтями. Ладно, похуй, пляшем.
Что же касается парня, то он, убедившись в том, что обижать его мы не собираемся, робко прошептал: