Холодный космос

Strelok

Макс нервно сглотнул.

– Учту.

– Для старта нажмешь здесь, -указал Кларк на одну из панелей и направился к выходу.
– Удачи вам.

– И тебе, Айзек, -искренне сказал Максим.
– Э, постой!

Инженер обернулся.

– Передавай Тайдманну и Элли привет.

– Какой Элли?

– Скоро узнаешь... а еще пристрели того ненормального, с которым вы вместе сбежали из больницы, пока он твоей будущей девчонке глаз не выковырял отверткой.

– Ты про Стросса?

– Да.

Кларк пожал плечами, явно не знал, как реагировать на озвученные ''пророчества''.

–

Я прослежу за ним.

– И когда закончишь с Обелиском, не опускай руки, Элли на штурмовике вернется за тобой, и вы спасетесь.

На этом пришельцы из прошлого расстались с Айзеком Кларком. Макс сел в кресло пилота, нажал на иконку с надписью ''старт''. Боковая аппарель челнока автоматически закрылась, заработали реактивные и гравитационный двигатели, вся телеметрия отображалась на экранах.

Аппарат приподнялся над посадочной площадкой, совершает рывок и беспрепятственно проходит сквозь плазменный экран, отделявший пространство ангара от внешнего вакуума.

– Мы справились...
– парень позволил себе расслабиться впервые с момента попадания в альтернативное будущее. Он был до предела вымотан, хотелось есть, пить и спать. Евгения на пассажирском сидении тихо разрыдалась, накопившимся эмоциям стоило дать выход.

''Что ж, до пункта назначения девять часов лету. Можно немного отдохнуть.''

Глава 3

– Успокоилась?

– Да, -женщина достала из кармана куртки платок, вытерла слезы, потекшую тушь с косметикой.
– Вроде.

– Теперь пора подумать, как быть дальше.

– Я хочу домой.

– Думаешь, я не хочу?
– Макс разделял настрой попутчицы, ему не улыбалось находиться в мире, балансирующем на грани полного уничтожения. С момента обнаружения Черного Обелиска или Маркера в кратере Чиксулуб на дне Мексиканского залива. Если знания Максима верны, а они пока не подводили, ничего хорошего ожидать не стоит. Через два-три года земное правительство падет в ходе восстания юнитологов, апофеозом этого станет полноценный апокалипсис с пробуждением Кровавых Лун и, вероятно, конец местного человечества.
– У меня там остались родители, друзья, устроенная жизнь. Последнее, что я хотел: оказаться в будущем, бегать по космической станции, отстреливаться от ожившей мертвечины.

– Получается, мы здесь застряли.

– Именно, Жень. У тебя дома кто-нибудь остался? Муж, дети?

– Только мама, -поделилась женщина.
– С мужем четыре года назад развелась... изменил, козлина, а детей не нажили.

– Чем ты занималась?

– Парикмахером работала.

– Не густо, -высказался парень.
– Впрочем... на станции я мельком видел парикмахерские, видать, твоя профессия и сейчас востребована.

– А ты кем был?

– Инженер-проектировщик. Всякие строительные проекты, связанные с прокладкой вентиляции, проводки и прочих коммуникаций.

– Еще сказал, что воевал.

– Воевал, -кивнул он.
– По юности записался добровольцем на фронт.

– За деньги? Слышала, платили неплохо.

–

Мне плевать было на бабки, я был идейным малым. Сейчас, конечно, успокоился, понимаю, в чьих интересах та заваруха была, и кто выиграл в итоге... Не важно. Дела минувших дней. Наши навыки, опыт в нынешней ситуации могут оказаться бесполезными. Двадцать шестой век на дворе.

– Угу.

– Ты ж понимаешь, Жень, нам начнут задавать вопросы. Кто такие? Откуда? А у нас ни документов, ни регистрации, ни нормальных знаний об окружающем мире. Как будем отвечать?

Женщина пожала плечами.

– Не знаю. Тут путешествия во времени сильно распространены?

– Вряд ли, -в кармане джинсов Максим нащупал смартфон.
– Твой телефон у тебя?

– Потеряла.

– Ладно, мой у меня. Какое-никакое доказательство нашего происхождения.

– Вдруг нам не поверят?
– в глазах Евгении появился испуг.
– Упекут в дурку до конца жизни.

– Не упекут, я постараюсь, чтоб этого не случилось.

– И как именно?

– Говорить буду я, ты старайся молчать.

– Я все равно инглишем не владею нормально. В школе плохо училась.

– Зато я был хорошистом. Даже имел небольшую практику в общении с носителями языка.

– Ездил в штаты?

Парень хитро улыбнулся.

– Скорее они к нам, я участвовал в допросах пойманных американских специалистов. После двух-трех отрезанных пальцев они становятся очень разговорчивыми.

Женщина цокнула.

– Кошмар.

– Мой военный опыт отчасти позволил нам пережить ад на Титане.

– Интересно, Катя выжила?

– Не думаю. Сама виновата.

– Я тоже была готова сбежать, -возразила Евгения.
– Когда впервые увидела ту тварь.

– Почему не убежала?

Она неопределенно пожала плечами.

– Оцепенела. Я не могла поверить, что зомби реальны.

– Теперь сомнений не осталось, Жень?

– Для глюков слишком реалистично выглядят.

Максим взглянул на окна кабины пилота. За бортом не было ничего кроме непроглядной черноты открытого космоса, Сатурн находился вне поля обзора. Выжившие могли рассчитывать только на автоматическую навигацию челнока.

– О, я только заметил. Тут нормальная гравитация.

– И?
– не поняла попутчица.

– До чего техника в XXVI века дошла, мы не ощущаем ни невесомости, ни перегрузок. Люди научились управлять гравитацией.

– Круто.

– Не представляешь насколько. В нашем времени это считалось фантастикой!

– Я б не отказалась от машины времени.

– Пока забудь. Нам стоит выработать линию поведения при общении с представителями властей. Подозреваю, сперва окажемся в карантине, потом... Советую везде соблюдать спокойствие, никаких истерик, качания прав, не дай им повода считать себя неуравновешенной личностью. Будут допросы, очень долгие, потребуется по сотне раз, без преувеличений, повторять ответы на одни и те же вопросы. Они захотят найти в твоей версии противоречия, нестыковки. Не исключаю, что окажут элемент морального давления? Жень... ты меня слушаешь?