Холодные воды
Шрифт:
Когда граф вошел в зал, я с огромным трудом старалась не смотреть в его сторону. Обменявшись приветствиями с некоторыми важными господами, граф подошел ко мне. Казалось, что умру, пока дождусь его.
– - Надеюсь, вы не забыли о моей скромной просьбе?
– - шепнул он мне.
Хотелось воскликнуть: "Не забыла! Я постоянно думала об этом!". Однако вспомнились наставления сестры, и я с приветливой учтивостью произнесла:
– - Я готова сдержать свое обещание и отдать вам два танца,
– - Премного благодарен за любезность, -- улыбнулся граф.
Граф Н* по типажу похож на Тимоти Далтона. Автора портрета не знаю
– - Хотелось бы заметить, что наш первый танец следующий, -- произнесла я, чувствуя, как краснею.
О! Как ужасен этикет! В ресторации Кисловодска все гораздо проще, даже "водяное общество" из Петербурга забывает о вычурных манерах. Кавалер легко может пригласить на танец незнакомую даму, и никто не сочтет его грубияном.
Заиграли звуки вальса, и мы закружились...
После танца отправились в гостиную за мороженым...
Никогда не забуду взгляд графа. Мы снова оказались в пустой комнате одни... и тогда он поцеловал меня... Затем вдруг смутился и, извиняясь, попросил, чтобы я не рассказывала своей родне о его внезапном порыве.
– - Надеюсь, завтра вы посетите салон Софи Карамзиной?
– - поинтересовался он.
– - Возможно, -- сдержанно ответила я, -- но мне бы хотелось, чтобы вы нанесли нам визит завтра в обед... Простите за вольность...
Понимая, что мое предложение прозвучало слишком необдуманно, я спешно добавила.
– - Полагаю, мои родственники будут очень рады видеть вас своим гостем.
– - Я был бы счастлив нанести вам визит. Ваши родственники весьма уважаемые в свете люди...
"Уважаемые в свете люди"... Я вздрогнула. Ах да, опять светский снобизм! Будь мои родственники "неуважемыми в свете", граф не стал бы даже говорить со мною...
В это мгновение граф коснулся поцелуем моей руки и напомнил о следующем танце, что прогнало все мрачные мысли.
В зале мы встретились с Ростоцким, который окинул графа удивленным взглядом, будто не ожидал увидеть его на этом балу.
– - Простите, -- наконец, произнес Ростоцкий, -- граф, будьте любезны уделить мне пару минут...
– - С превеликим удовольствием, -- ответил граф, -- но после вальса. Барышня обещала мне этот танец. Если я его пропущу, то буду очень огорчен, поскольку другие танцы барышни Александры заняты...
Ростоцкий сдержанно кивнул.
– - Разумеется, я подожду, граф.
После танца я вернулась
– - Граф Н*, оказывает тебе внимание, -- удивленно произнесла она.
Да, она произнесла эти слова именно удивленно. Ничего не могу понять. Ростоцкий тоже не мог скрыть явного удивления. Неужели они уверены, что я недостойна графа? Неужто всему виною мои манеры? Или проклятый мистический дар?
К нам подошел Ростоцкий.
– - Мне стыдно признать, но я дурно думал о графе, -- произнес он натянуто.
– - Позвольте узнать причину?
– - прямо спросила я.
Серж замялся.
– - Граф был дружен с Коко, не так ли?
– - хихикая вмешалась в наш разговор одна из дам.
– - Неужто вы заподозрили его в убийстве?
Я внимательно смотрела в глаза Ростоцкого, ожидая ответа.
Мне были понятны его чувства и боль утраты любимой, но подозревать в убийстве всех, кто был знаком с Коко -- безумие.
– - Возможно, заподозрил, -- ответил он усталым тоном.
– - Все возможно, -- продолжала болтливая дама, -- граф мог убить Коко, как и любой из ее поклонников. Обычно эти прелестные особы слишком любопытны и умеют разговорить любого. А затем, после разлуки разлуки, куртизанки решаются на шантаж, желая заполучить от былого благодетеля хороший доход.
– - Да, нынче каждый знатный господин, который хотя бы однажды заговаривал с Коко, под подозрением, -- ироничным тоном заметила Ольга, -- а так же их жены или невесты...
Дама, не поняв иронии, важно закивала.
Ростоцкий, который явно почувствовал себя неловко, спешно покинул нас. Болтливая дама, к счастью, была приглашена на следующий танец, и мы были спасены от дальнейшего неприятного разговора.
Ольга не стала больше донимать меня расспросами о графе, вернувшись к переживаниям Адели Кулагиной, которая впервые на моей памяти танцевала все танцы подряд. Такой внезапный порыв к развлечениям порадовал ее опекунов, которые относились к Типанскому весьма предвзято, видя в нем очередного мошенника, выпрашивающего деньги у жалостливых барышень.
Денис Стахов еще не появлялся. Казалось, он нарочно испытывал терпение Кулагиной.
Этот бал обещал стать для меня одним из очередных собраний, где приходится отвечать на вопросы любопытных светских хлыщей, ни разу не выезжавших за окрестности Петербурга. Для них мои рассказы оказались чем-то невероятным, поэтому пришлось смириться с глупыми вопросами.
Но надо отдать должное, на балах бывают не только пустоголовые болваны, и я не обделен встречами с интересными собеседниками.