Холодные объятия
Шрифт:
Дикий смех вырвался у меня, и возникло такое чувство, будто я могу смеяться до бесконечности.
– Что ты делаешь?
– Уношу тебя отсюда, от греха подальше. – Он двинулся вперед, легко раздвигая толпу.
Бар я увидела вверх ногами.
– Все ходят по потолку.
Он засмеялся напряженно, будто нехотя, когда переместил меня в своих объятиях. Теперь моя голова лежала у него на груди.
– Так лучше?
Мир вернулся на место.
– Кто были все эти люди?
Он плечом открыл дверь, проходя в тускло освещенный коридор.
– Суккубы и инкубы. Я называю их Сукками и Инками. Думаю,
Я скользнула пальцами по его шее.
– Они были не такими уж плохими.
– Знаешь, что я тебе скажу? – Ухмылка не коснулась его прекрасных глаз.
– Что?
– Потом тебе так не покажется.
Я хихикнула.
– Кретин.
Его смех прозвучал веселее, когда он свернул в сторону лестницы.
– Вообще-то мне нравится, когда ты такая.
– Может быть. – Я поболтала ногами в воздухе, хихикая. – Все, опускай меня. Я могу идти.
Но вместо этого он понес меня вверх по ступенькам с такой легкостью, будто я была перышком. Он прошел по коридору, потом стал подниматься по другой лестнице.
– Еще оступишься и сломаешь себе шею, а то и завалишься на одного из наших охранников. Или попытаешься его приласкать.
– Что за охранники? – Я огляделась по сторонам. – Никого не вижу.
Рот не ответил, продолжая подниматься. Обычный человек не смог бы преодолеть пешком пятнадцать этажей, но он даже не запыхался. Когда он толкнул очередную дверь, я увидела то, чего раньше здесь точно не было. Прямо перед дверью его апартаментов в самом конце коридора сидели две собачки размером с чихуахуа.
Я взвизгнула, хлопая в ладоши.
– Я хочу их погладить! Они такие крохи!
Он вздохнул.
– А мне говорили, что размер не имеет значения.
– Кто-то тебя обманул.
– Ах, ну да, возможно. – Он осторожно поставил меня на ноги, придерживая за талию. – Имей в виду, что внешность бывает обманчива.
Я сделала движение, но одна из крысиных собачек встала в стойку.
– Я могла бы носить ее в дамской сумочке, как… как дорогой кошелек.
– Не думаю, что им понравится эта идея.
И он как в воду глядел. Теперь они обе стояли, прижав уши, и рычали. Одна тявкнула. Правда, это больше походило на писк.
Я засмеялась.
– Что они задумали? Тяпнуть меня за лодыжки?
Рот притянул меня к себе, чему я не сопротивлялась. Мне нравилось тепло его тела, нравилось, как гармонично мы смотрелись, хоть он и возвышался надо мной. Как я раньше этого не замечала? Да нет же, замечала. Просто забыла или старалась забыть, только вот не могла понять почему. А сейчас мне хотелось в этом признаться, прокричать с высоты этого здания и совершить много чего еще.
Забыв про «Чайные чашки» [35] , я повернулась и положила руки ему на грудь.
35
Один из множества ярлыков, закрепившихся за породой чихуахуа.
Его собакам это не понравилось.
Одна из них издала писк, постепенно переросший в грозное рычанье. Я крутанулась, шарахаясь в сторону. Пока собаки лаяли, рычали и ревели, их тела увеличивались в размерах.
Они стали размером с медведей, и самым краешком сознания я поняла, что это адские гончие [36] .
– Ни хрена себе! – прошептала я, зная, что должна бояться, но все еще пребывая в трансе.
– Место, – скомандовал Рот, вдруг оказываясь передо мной. – Vos mos non vulnero suus! [37]
Они дружно попятились и сели возле двери. Хотя все еще с прижатыми ушами, они больше не выглядели так, будто хотели меня съесть. Я увидела в этом добрый знак.
36
Огромная черная собака со светящимися красными или желтыми глазами, очень сильная и быстрая, имеющая призрачную или фантомную суть и неприятный запах, а иногда даже способность говорить.
37
Вы не причините ей боль! (лат.)
Рот взглянул на меня через плечо.
– Ты права. Размер имеет значение. Они ничего тебе не сделают. Пошли. – Он протянул мне руку.
Я взяла его руку, поглядывая на зверей. Один обнюхал мою ногу, пока Рот открывал дверь, а другой перевернулся на спину, высовывая язык. Рот нагнулся, похлопывая выставленное напоказ брюхо.
– Хороший мальчик, – проворковал он. – Кто у нас хороший мальчик?
– Как их зовут? – спросила я, прислонившись к двери. Голова наливалась тяжестью.
Он посмотрел вверх, усмехаясь.
– Этот – Колокольчик, а тот, – он жестом указал на того, кто нюхал мои ноги, – Цветочек [38] .
Я скорчила рожу.
– Откуда такая любовь к «Бэмби»? [39]
Он плавно разогнулся.
– Это американская классика.
Улыбаясь, я закрыла глаза.
– Ты смешной.
– Открой глаза, малышка.
Я снова почувствовала свою ладонь в его руке и нехотя открыла глаза.
– Зачем?
– Ты должна видеть, куда идешь. – Он потянул меня в темноту. В следующее мгновение мягкий свет залил комнату, и он отпустил мою руку. Опущенные тяжелые жалюзи закрывали солнце.
38
Скромный и застенчивый скунс из мультфильма «Бэмби».
39
Классический полнометражный анимационный фильм, снятый студией Walt Disney Productions по мотивам книги австрийского писателя и журналиста Феликса Зальтена «Бэмби».