Холод
Шрифт:
Снег перестал, и видно стало, как облака быстро бегут по небу. На душе стало как-то грустно. Дома сейчас меня ждет доченька, а я сижу здесь и жду того кто критикует мою работу. А если быть точнее не работу, а проверенный материал. И почему Юра решил, что нет там сильных чувств?
– Черство как-то. Такое чувство, что ты никогда не любила!
– корил он по телефону.
– Давай встретимся, и я подробно покажу, где именно тебе надо доработать.
Вот я и жду, пока он придет на встречу или передаст напечатанный материал, с заметками
Чувствуя, как настроение упало полностью, я посмотрела, как сквозь серые облака пробиваются лучи солнца. Один лучик, второй..., третий. Вот один самый яркий пробился сквозь снежные облака и осветил улицу, потом прошелся по крыше дома и заглянул в окно кафе, как бы говоря, что не надо унывать.
Я закрыла глаза и подставила лицо солнышку. Как приятно ощущать тепло, пусть не такое теплое как весной и летом, но тепло. Но через которое-то время я почувствовала на себе чей-то взгляд и обернулась. Я поняла, что сделала большую ошибку, потому что наткнулась на холодный цвет серебристых глаз. Они смотрели на меня так пристально, что захотелось сначала поправить прическу, а потом собраться и убежать.
Мне стало страшно. Мое сердце на мгновение замерло, а потом забилось с ускоренной силой. Я почувствовала, как мое лицо побледнело. В глазах, явно был виден ужас. Как будто я увидела призрак. Но для меня так и было.
Конечно, я узнала эти глаза. Еще бы не узнать, они мне снились все эти шесть лет. Только во сне и в памяти они были как расплавленное серебро с голубым отливом и вечным озорством. А сейчас такое чувство, что меня осуждают за то, что я появилась здесь. Но я не искала с ним встречи. Мне еще тогда он дал понять, что я для него никто. Просто дочка богатенького папочки, с которым он работал тогда год или два.
Просто девушка по уши влюбленная в крутого парня. А сейчас мой мозг стал понимать ту простую истину - Он жив! Тогда он выжил.
Я заметила, как между его бровями залегла морщинка и у меня появилась надежда, что он меня не узнал. В этот момент его окликнула девушка с каштановыми волосами. Она что-то ему говорила, но он не обращал внимания ни на кого, только смотрел на меня. И я не могла отвести глаз. Что я делаю? Это не правильно! Если я буду так на него смотреть, он точно узнает кто я!
Я краем глаз заметила, что девушки, те самые беременные тоже повернули головы и смотрят на меня, потом перевели взгляд на него и снова на меня. Одна из них что-то шепнула другой, а та только нахмурилась. Как бы за что-то её ругая и не одобряя её поведения.
А я все смотрела на мужчину которого считала погибшим, которого каждую ночь оживляла в своих снах, мечтах, мыслях. Я смотрела на него и понимала, что еще немного и я расплачусь. Это большое потрясение и, если я себе просто запрещала при свидетелях плакать, то сейчас внутренний голос говорит, что бессилен что-то сделать.
Он только хотел подняться,
Я вздохнула, отгоняя мысли о призраке прошлого, и улыбнулась Юре.
– Не смотри на меня так.
– сказал он целуя меня в щеку.
– Я не собираюсь тебя убивать, просто несколько замечаний.
– Знаю я твои замечания.
– засмеялась я тихо.
И правда, Юра очень ответственно подходит к этой работе. Он любит её и хочет, чтоб у его клиентов все было самое лучшее. Он был хорошим, веселым, легким на подъем человеком. Очень редко можно было увидеть его без настроения или чем-то недовольным. Даже в работе у него нет недовольства. Есть замечания, есть исправления, но он не показывал своих эмоций даже, когда я или кто-либо другой настаивал оставить все так, как есть.
– Ну что начнем?
– спросил он, потирая свои, красные от мороза, руки.
– Может, лучше чая горячего выпьешь?
– заботливо спросила я.
– Вот за, что я тебя люблю, так это за то, что ты все время спешишь, но когда и вправду хочется закончить все побыстрее, ты становишься спокойной и уравновешенной девушкой.
– Юра смотрел на меня своими практически черными глазами и улыбался.
– Но так уж и быть сначала выпью чай, потому что замерз, как не знаю кто.
Я засмеялась от его жалоб. Юра всегда в такой шутливой манере говорил о своих ощущениях. Все в издательстве знали, что он не любит холод и все время мерзнет. Даже летом укрывается теплым одеялом.
– Это не смешно! Это ты у нас морж, а я теплокровное животное.
– с наигранным возмущением сказал он и подозвал официанта.
– Горячий чай и мороженого вот этой девушке, только похолоднее.
Я снова рассмеялась. Видя в его глазах тоже веселые искорки, я просто не могла удержаться от смеха. Мне всегда было легко с ним. Я его считала своим лучшим другом, но беда в том, что Юра питал более нежные ко мне чувства. И это осложняло задачу. Я не могла его обманывать не могла давать надежды обещания, потому что знаю, что ничего не выйдет.
Мне двадцать четыре года. Я была замужем, конечно недолго, но была. После рождения доченьки я сбежала от мужа. Он был жесток ко мне и на двенадцать лет старше меня. Мне пришлось выйти замуж за этого садиста в восемнадцать лет, потому что так было выгодно моему отцу и ему было плевать, что его дочь несчастна, что не любит своего мужа, что он поднимал на нее руку и называл шлюхой.
Я за эти два года супружеской жизни, даже не смотрела на других мужчин, мне просто было не до них. Учеба, беременность, роды. Потом я все свое время отдавала ребенку, конечно, пока не видел Стив. Потому что он считал, что для детей есть специально обученные няни.