Холод на рассвете
Шрифт:
– Где вы были позавчера вечером?
Гаяне застыла, пораженная вопросом.
– Вы подозреваете меня… меня?! – Ее голос дрогнул. – Думаете, я могла бы убить… даже такого
– Я вас не подозреваю, просто мне нужно проверить все возможные варианты, – попробовала ее успокоить Настя.
Она говорила правду: если гипотеза о том, что убийца проник в квартиру с разрешения Калинина (а скорее всего это было так), то вряд ли это могла быть Гаяне.
– Я была дома, ужинала, потом мы с мужем смотрели сериал, – ответила Барсегян.
– Кроме мужа, это может кто-то подтвердить?
– Наш сын, ему два года.
Гаяне слабо улыбнулась.
– Как вы думаете, кто мог убить Сергея Калинина? – спросила Снеговая.
– Не знаю, – сказала Барсегян. – Я точно так же не осведомлена о его жизни, как он – о моей.
***
Ника Коваль привычно зашла в паб Rob’s Choice, в маленькую комнату за синей занавеской, где ее ждал Брем. Он мрачно смотрел
– Безалкогольное, – объяснил он. – А ля гер ком а ля гер.
«На войне как на войне». – Коваль знала перевод этого французского крылатого выражения. И даже несколько раз слушала на ютубе песню из «Трех мушкетеров».
– Мы на войне? – спросила Ника.
– Пока нет. Но я не исключаю ее начала.
– Тогда закажу себе клюквенный сок. Что случилось, шеф?
– Сегодня я встречался с кандидатом на роль нового «кошелька», – сказал Брем. – И заметил слежку.
– Вы кому-то говорили о встрече?
– В том-то и загвоздка, что никому. И кандидат тоже не говорил.
– Тогда откуда они знают? – Коваль была поражена.
– Видимо, вели меня еще от конторы, а заметил я только на встрече. Потерял хватку.
– Шеф, вы уверены, что это была именно слежка?
– Конечно, блять, уверен, – страшно тихим голосом произнес Брем. – И мне нужно выяснить, Питон это или нет.
Конец ознакомительного фрагмента.