Ход конем
Шрифт:
— Простите, сэр, я сделал все, что мог… И победил с ба-а-альшим трудом!
— Аж взмок, наверное, — фыркнул Харитонов. — Ладно, сойдет и так. Можешь расслабиться и посмотреть шоу «погоня за зайцами».
Кого как, а меня шоу не восхитило: восемь истребителей Вел’Арров неслись к точке погружения на пределе возможностей движков их истребителей. А следом летела группа из трех десятков «Беркутов» и изредка продавливала щиты какого-нибудь из беглецов сосредоточенным залпом «Мурен». Циклоп, получивший в корму пять-шесть десятков БЧ, вспухал маленьким,
Пять… четыре… три… — мысленно считала я, провожая взглядом тающий ордер непрошеных гостей. И в какой-то момент даже засомневалась, помнят ли Бренда со товарищи поставленную перед ними задачу.
Оказалось, что помнят: предпоследний Циклоп развалился на части секунд за десять до достижения скорости перехода. А последний… Последний ушел. Прямо из-под носа пущенной вслед «Мурены».
— Задача выполнена, сэр! — заложив вираж в точке перехода, радостно доложила Бренда.
— Ага! Одна падла сумела уйти, — в унисон ей добавила Линда.
— Не расстраивайтесь вы так, госпожа Горобец, — ехидно поддел ее генерал. — «Одна падла» обязательно вернется! Эдак часов через двадцать пять.
— И что с того? Ее сожжет либо Вик, либо кто-то еще, — обиженно пробормотала Горобец. — А я, как конченая нубасина, буду караулить какой-нибудь особо ценный астероид, местный пояс Койпера или фотосферу Рантаила.
— Не будете! Даю слово, — усмехнулся генерал. Потом вышел в эфир и рявкнул: — Майор Заремба?
— Я, сэр! — отозвался командир транспорта «Вардан», болтающегося где-то в поясе астероидов.
— Я подсветил «посылку»… Видите?
— Да, сэр!
— Действуйте.
Глава 27
Генерал Харитонов
Отстыковавшись от «Вардана», истребитель Циклопов полыхнул единственным уцелевшим эволюционником, кое-как развернулся носом к точке погружения и дал тягу на маршевые движки. АЛБ бэкашки Харитонова тут же подсветил метку вражеского корабля красным цветом, а через мгновение обвел ее фиолетовым кантиком и выдал список вероятных повреждений. А также рекомендации по оптимальным векторам атак и дистанциям эффективного поражения.
Наскоро проглядев первые пару десятков строк этого списка, генерал схватился за голову: истребитель явно доживал последние мгновения своей жизни. И должен был развалиться еще до выхода из гипера: его движки дышали на ладан и фонили на всю систему. А оплавленные и местами перебитые энерговоды давали энергию с перебоями, из-за чего отрубались то системы ориентации в пространстве, то гиперпривод, то фокусировка двигателей.
Да что там двигатели — прочный корпус, напрочь лишенный антенн, оружейных пилонов, крышек элеваторов подачи торпед и эмиттеров силовых полей, просто рассыпался на ходу! И оставлял за кораблем хорошо заметный «пунктир» из потерянных деталей.
— Майор Заремба? — подключился к командирскому каналу «Вардана» Харитонов.
— Я, сэр!
— Вы
— Да, сэр! Она только выглядит неважно. А на самом деле у нее такой запас прочности, что при достаточном количестве топлива она долетит хоть до Малого Магелланова Облака!
— Да? А как тогда вы обеспечите своевременность взрыва движков?
— Они уйдут вразнос по команде с пэгэмэски, сэр, — она ж все равно на борту! И рванут… тогда, когда потребуется.
— Хм… Логично, — согласился генерал. Потом еще раз посмотрел на тактический экран, по которому, все ускоряясь, ползла одинокая красная метка, еще раз перечитал список повреждений и кивнул. Сам себе: — Что ж, тогда подождем.
Как только «Посылка» ушла в гипер, на тактическом экране бэкашки появился новый таймер. Полюбовавшись на цифры, показывающие время, оставшееся до всплытия истребителя в системе Циклопов, Харитонов свернул окно в трей и потянулся: на ближайшие десять часов об Одноглазых можно было забыть. И заняться чем-нибудь еще.
Сходив к пищевому синтезатору за стаканом сока, генерал упал в кресло, вывесил перед собой список текущих дел и криво усмехнулся: «чем-нибудь еще» подразумевало что угодно, кроме отдыха.
«Что ж, начнем с первого пункта…» — сделав пару глотков, подумал он. И вызвал Забродина…
Как ни странно, аналитик отозвался практически сразу. Мало того, он вспомнил о поставленной перед ним задаче:
— Добрый вечер, сэр! Программа готова и уже запущена в работу!
— Запущена? — удивился Харитонов. — В каком смысле?
— Ну… я подумал, что особой необходимости отзывать Тишкина с Дейр’Вард’Ини нет: перелет сюда, а потом в сектор клана Дийн’Нар — это пустая трата времени. Тем более что восемьдесят три процента необходимой информации и моторных навыков он может усвоить через бэкашку…
— А оставшиеся семнадцать? — поинтересовался Харитонов. Хотя уже представлял себе ответ.
— На «Посейдоне». Во время прыжка между подбором и новой заброской…
Мысль была здравой, поэтому генерал открыл файл с набросками плана третьей части операции «Невод» и впечатал туда напоминание: «Усилить группу заброски „Посейдоном“. Уточнить список оборудования, необходимый для проработки моторных навыков курсантов Академии Бейт’Ло. Проработать изменения в последовательности прыжков и методике подбора подполковника Тишкина…»
Когда он дописывал последнее предложение, Забродина повело, и он, на время забыв об особенностях удаленного обучения с использованием бэкашки, принялся рассуждать сначала о тех блоках, которые необходимо разработать для оптимизации процесса усвоения моторных навыков, а потом — о недостатках тел-метаморфов, используемых в «Проекте-С».
Идеи, которые он генерировал походя, были настолько важны, что Владимир Семенович немедленно подключил к разговору полковника Родригеса. Правда, в режиме «инкогнито». И кинул ему на бэкашку текстовое сообщение, набранное большими буквами: