Хочу тебя

Шагурова Евгения

Кажется, я поняла, в чем дело. Хоть и поверить в то, что Миша, ярый приверженец здорового образа жизни и питания, в таком состоянии, оказалось довольно непросто.

— Ты пьян.

— Я? Поду-у-умаешь! Меня жена бросила! И из-за кого? Своей гр-р-ребаной работы. Поэтому имею право!

— Не имеешь! — зло выкрикнула в ответ, хоть и понимала, насколько это все было сейчас бесполезно. — Ложись спать, Миш. Завтра проснешься, и поговорим нормально.

— Не указывай мне! И без-з-з тебя знаю, что делать.

— Отлично. Тогда делай!

Может, и не стоило так резко заканчивать

разговор. С другой стороны, я была больше не намерена слушать гадости. Поэтому оборвала вызов, сунула телефон в карман куртки, присела на корточки, облокотилась на парапет и зарылась пальцами в волосы.

Черт, как же плохо мне сейчас было! Не физически. Душевно. Будто там разрасталось что-то черное и активно поглощало меня изнутри. Неужели я и правда поступила плохо? Бросила мужа, променяв его на работу? А ведь она не приголубит, не утешит, не обнимет. Она просто есть. А мужа нет. Ну почему? Почему такой сложный выбор? Почему нельзя получить все, чего хочется, и при этом ничем не пожертвовать?

— Майя? Все нормально? — раздалось обеспокоенно над головой.

— Если до конца честно, то нет, — призналась, сложив ладони перед собой домиком и упершись в них лбом.

— Я могу что-то сделать или как-то помочь?

— Да. Объяснить, почему люди, вместо того чтобы начать решать проблему, предпочитают утопить ее в алкоголе?

— Может, до него наконец начало доходить, что он тебя теряет и сделать с этим уже вряд ли что-то может?

— А ты, смотрю, только рад, — отозвалась, глянув на мужчину через плечо снизу вверх.

— Не без этого.

— Знаешь, чего мне вдруг прямо сейчас до чертиков захотелось? — спросила, одновременно приняв руку помощи, чтобы подняться с корточек.

— Залепить мне еще одну пощечину? — усмехнулся собеседник, одновременно всем своим видом демонстрируя, что он не против.

— Какой догадливый. Всю охоту сразу отбил!

Ответом мне стало тихое насмешливое хмыканье.

— Ладно, победитель, что там у нас дальше в твоей ночной программе развлечений?

— А тебе, смотрю, не терпится.

— Просто становится прохладно, — призналась, начав активно растирать руки, а уже в следующее мгновение, к собственному удивлению, оказалась в плену мужских объятий. — Эй, ты что творишь? Не трогай меня.

— Успокойся. Не съем. Просто не хочу, чтобы замерзла и простудилась, — отозвался Женя, продолжая крепко удерживать рядом с собой, несмотря на мои попытки скинуть его ладонь с моего плеча. — Пойдем внутрь. Кофе еще хочешь?

— Кофе — нет. А вот от чая с имбирем и лимоном точно не откажусь, — заявила, решив включить привереду, а с ней и соответствующие запросики, что б кому-то жизнь медом не казалась.

Кто знает, может, если буду слишком капризной и требовательной, Жене это быстро надоест, и он отпустит меня домой раньше срока. Маловероятно, конечно, но попытаться стоило.

— Я знаю, где такой можно раздобыть. Через дорогу есть еще один кафетерий. Вместе сходим, или подождешь в фойе?

— Вместе, — ответила, почувствовав, как начала согреваться.

Плюс в уме уже созрел план развести мужчину не только на чай. Еще один минус в мою репутацию и дополнительный шанс отвадить от

себя этого дамского угодника.

Заведение славилось помимо напитков и десертов отличным магазином сувениров, косметики и другими средствами по уходу за лицом, телом, волосами и бог знает чем еще. А посему вышла я оттуда с двумя большими пакетами, в одном из которых в контейнерах аккуратно было сложено по одной единице всей имевшейся на витрине выпечки. Во втором лежали новенькие духи, спрей для волос, расческа, заколка, гель для душа, лосьон для тела и гламурный розовый блокнот с единорогом на обложке. На последний была вся надежда, чтобы Женя взглянул на меня иначе и перестал воспринимать серьезно. Но мужчина лишь вежливо покивал на мои хотелки и молча за все заплатил. Посему, что теперь делать с этим жутко гламурным и откровенно девчачьим ежедневником, не имела ни малейшего понятия.

— Довольна? — поинтересовался Евгений на выходе, забрав у меня пакеты, чтобы не мешали пить чай.

— Не то слово. Словно передо мной только что грузовик с пряниками перевернулся.

Была в этом доля правды, так как пряник в пакете со вкусняшками тоже имелся.

— Эх, Майя, Майя, не умеешь ты притворяться, — снова приобняв меня за плечи, принялся нашептывать на ухо Женя. — Хотя попытка хорошая. Но я знаком с транжирами и покруче. Ты по сравнению с ними просто ангел.

Какова вероятность подавиться сначала салатом, а потом и чаем за один вечер еще и с перерывом меньше, чем в полчаса? Минимальная! Но это же я. А это Женя. Ко всему прочему, моя вконец обнаглевшая персона, кажется, кого-то еще и прилично так повеселила сначала своей выходкой в магазине, а теперь и реакцией на эти слова.

— Порядок? — участливо похлопав меня по спине, продолжая посмеиваться, поинтересовался мужчина.

Не иначе как дежавю. Только вчера это была Кира. А уже сегодня — ее брат.

— Да. Спасибо, — отозвалась хрипло и, решив, что на сегодня с меня хватит приключений, молча последовала с мужчиной в гостиницу.

Хотя не факт, что там меня не ждали еще большие эмоциональнее горки. Уж Женя постарается. В чем-чем, а в этом я нисколько не сомневалась.

Глава 16

Номер, в который мы направлялись, оказался на третьем этаже, определенно был люксом и вполне ожидаемо выходил окнами на Севастопольскую бухту. Красота! Это я про вид. Впрочем, внутренняя отделка, обстановка и интерьер в целом тоже не могли не впечатлить. Бежевые и коричневые пастельные тона успокаивали и одновременно продолжали нашептывать о роскоши. Посему, стоило очутиться внутри, мне даже лишний шаг было страшно сделать. Будто в музее очутилась. Все вокруг казалось невероятно дорогим, жутко ценным и таким необычным, в результате чего я начала испытывать довольно противоречивые чувства. Мне стало одновременно любопытно и некомфортно среди всех этих дорогих вещей. Или мнимо дорогих. Не знаю, так как в живописи, впрочем, как в статуэтках, вазах и другом интерьерном хламе, который считала исключительно одним сплошным бесполезным пылесборником, не разбиралась совершенно.