Хо

Raptor

— Что это? — девушка наконец поняла, о чём он говорил.

— Понятия не имею.

— Денис, мне страшно.

Нос корабля уткнулся в седое полотно неведомой вуали, и начал оттягивать его вперёд. При этом слышался едва различимый звук натяжения, похожий на тихое позвякивание туго натянутых струн. Утыкаясь в призрачное полотнище всё сильнее и сильнее, корабль продолжал двигаться вперёд, пока вдруг с громким треском не прорвал его. Обвисшая ткань потусторонней вуали тут же обволокла его, и с лёгким шуршанием прошлась по всей его длине, от носа — до кормы.

Сначала

Сергей почувствовал её нежное, слегка щекочущее касание, а потом, когда она сошла с него, ощутил электрическое покалывание по всему телу, и лёгкий рывок вперёд, сопровождающийся странным чувством, как будто бы корабль мгновенно остановился на месте, но вместе с этим, продолжал двигаться вперёд. Тихое шелестение стихло где-то в кормовой части судна, и всё вновь стало как обычно, только туман заметно уплотнился. Сигарета Сергея погасла сама собой. Судя по отдалённым восклицаниям курящих на палубе пассажиров, то же самое произошло и с их сигаретами.

— Давай уйдём отсюда, — предложила девушка.

— Пошли.

Они направились в обратный путь, но, сделав несколько шагов, остановились, почувствовав несильный толчок и лёгкую вибрацию в корпусе корабля. Началось!

— Уходить! Уходить! Надо уходить! — Сергей бросился было бежать, таща за собой спутницу, но вдруг сознание его помутилось, и он провалился в тёмную глубокую яму.

Его закружило, бросая из стороны в сторону. Наконец, он упал на что-то твёрдое, и замер. Впереди расплывалось широкое светлое пятно, неторопливо принимающее очертания прямоугольника.

— Силовые установки не выдержали такого резкого энергетического перепада во время экстериоризации, поэтому всё так и получилось. В энергетической субстанции произошёл взрыв, который затронул даже отслоившуюся физическую материю, вызвав в ней возгорание. В результате мощного деструктивного всплеска, корпус корабля начал деформироваться… — откуда то из далёких глубин доносился булькающий голос.

— Что со мной, — Сергей усиленно пытался напрячь своё расфокусированное зрение, продолжая сжимать одеревеневшую руку девушки. — Это. Это кино?

Он понял, что сидит в кресле, а его рука сжимает подлокотник соседнего сиденья. Впереди светился киноэкран, на котором демонстрировался фильм «Сталкер», персонаж которого глубокомысленно рассуждал: «Эксперимент. Эксперименты, факты, истина в последней инстанции. Да фактов вообще не бывает, а уж здесь и подавно. Здесь всё кем-то выдумано. Всё это чья-то идиотская выдумка. Неужели вы не чувствуете?.. А вам, конечно, до зарезу нужно знать, чья. Да почему? Что толку от ваших знаний? Чья совесть от них заболит? Моя? У меня нет совести. У меня есть только нервы. Обругает какая-нибудь сволочь — рана. Другая сволочь похвалит — еще рана. Душу вложишь, сердце свое вложишь — сожрут и душу, и сердце. Мерзость вынешь из души — жрут мерзость. Они же все поголовно грамотные, у них у всех сенсорное голодание».

— Эй! — Сергей попытался подняться, но предательская слабость в ногах не позволила ему этого сделать. — Кто включил фильм?

С трудом оторвав онемевшую руку от подлокотника, он начал

её разминать.

— «Ведь я раньше думал, что от моих книг кто-то становится лучше. Да не нужен я никому! Я сдохну, а через два дня меня забудут и начнут жрать кого-нибудь другого. Ведь я думал переделать их, а переделали-то меня! По своему образу и подобию. Раньше будущее было только продолжением настоящего, а все перемены маячили где-то там, за горизонтами. А теперь будущее слилось с настоящим. Разве они готовы к этому? Они ничего не желают знать! Они только жр-р-ут!»

Превозмогая слабость, Сергей начал медленно подниматься из кресла, опираясь на спинку переднего кресла. Колени дрожали, ступни прокалывали сотни иголок.

— «Ну и везет же Вам! Боже мой… да теперь…» — голос Сталкера оборвался, изображение перекосилось, обнажив плёночную кромку, по экрану заскользили какие-то символы и знаки, в конце концов завершившиеся обрывочным кадром, и пустым белым экраном. Сутулый силуэт Сергея чётко проецировался на светлое полотно. Спотыкаясь о сиденья, парень начал медленно пробираться к выходу. Добравшись почти до самого конца ряда, он вдруг заметил что-то странное, и опять взглянул на экран.

— Какого лешего? — прошептали его губы.

Теперь, помимо его силуэта, на экране присутствовал ещё один. Он постепенно увеличивался в размерах, поднимаясь и вытягиваясь, словно распрямляясь. Ростом он был гораздо выше Сергея. И ещё, особо поражала форма его головы, угловатая, похожая на ромб. Сергей хотел было повернуть голову, чтобы посмотреть, кто стоит у него за спиной, но не успел.

— Не оборачивайся, идиот! Прячься!

Чьи-то цепкие руки, взметнувшись откуда-то снизу, схватили его за запястье, и резко потянули вниз — в междурядье. Сергей даже не успел адекватно отреагировать на этот бросок, и поддался без малейшего сопротивления.

— Ч-что? Ты кто?

— Тихо! — прошипел голос сокрытого в полутьме человека, который тут же зажал ему рот своей прохладной рукой. — Ни единого звука. Понял? Кивни, если понял.

Сергей кивнул.

— Будешь слушаться меня — есть вероятность, что сумеешь пережить сегодняшнюю ночь. Не будешь слушаться — расстанешься с жизнью быстрее, чем сможешь опомниться. Ничего не предпринимай без моего указания. А сейчас, представь, что ты один из этих стульев. Никаких звуков, никаких движений, никаких мыслей.

— Хо! Хо! — пронеслось по залу.

Силуэт на экране начал шевелиться. Он озирался по сторонам, и как будто принюхивался. Прижав голову Сергея рукой к полу, незнакомый спаситель слегка приподнялся, и украдкой выглянул в проём между двумя спинками стульев. Увидев что-то, он молниеносно пригнул свою голову, и вдавил лицо Сергея в пол ещё сильнее. Тот не сопротивлялся. Страх и непонимание происходящего были слишком сильны, чтобы выказывать гонор. Чёрный силуэт начал двигаться, смещаясь к краю экрана, пока наконец не скрылся за его пределом. Около минуты они оставались недвижимыми, прислушиваясь к тихому стрекоту киноаппарата. Затем, незнакомец, скорчившийся на полу рядом с Сергеем, зашевелился.