Хмурый

Кудрявцев Николай Федорович

— Игорь с вами не хочет идти.

— Это его дело. А вы?

— А у нас нет выбора.

— Тогда за мной. А ты, Игорь, Выбери себе оружие у часовых. И не задерживайся особо.

Он пошел к выходу из лаборатории. Все двинулись за ним.

Выглянув из палатки, Хмурый увидел Проныру, спокойно просматривающего свой сектор. Он показал Хмурому, что все спокойно. Тот приоткрыл полог входа и сказал:

— Быстро бегите через ворота и через сто метров остановитесь. Ранец возьмите.

Повторять не пришлось. Девушки

подхватили ранец и побежали к воротам. Подошел Проныра.

— Командир! Может пулемет с вышки снимем? Пригодится!

— Давай. Только быстро. Давай свою бандуру.

Проныра отдал ему РГ и побежал к вышке. Хмурый остался страховать. Он внимательно наблюдал за казармой, за Пронырой и за девушками. Игорь взял у мертвых охранников автоматическую винтовку, куртку и ботинки. Потом обшарил всех в поисках патронов и вышел за ворота.

— Все в порядке. Уходим, командир.

Проныра стоял рядом с ним. На плече у него плотно сидел танковый пулемет, а в правой руке, он держал три огромных обоймы с патронами. Обоймы были стянуты, друг с другом, снятым с пехотинца, ремнем.

— Хорошо, что он не успел выстрелить. — Хмурый с уважением посмотрел на ствол. — Давай помогу.

— Сам дотащу. Я поболее таскал. Бежим командир. Девушки запаникуют.

Они показали Борову, следящему за ними с вертолета, что уходят к посадочной площадке и побежали к воротам.

Когда все погрузились в вертолет и взлетели, Абориген стал вынимать из ранцев провизию. Освобожденные пленники набросились на еду с жадностью.

— Они нас не кормили. — Пояснила самая старшая из них, как бы извиняясь. — Говорили, что за нами прилетят и покормят.

— Ешьте, девчата, ешьте! Теперь все позади. Только вам придется с нами покататься несколько дней. — Хмурый гладил по голове маленькую девочку. — Нам еще несколько баз надо тряхнуть.

— Чтоб их все до одной тряхнуло бы. Хоть бы Зона против них, что-нибудь, придумала! — Старшая произнесла все это в сердцах.

— Придумает! Не боись! — Лис крикнул со своего места. — Против вакуумных зарядов придумала и против баз, что-нибудь придумает. А пока не придумала, мы сами их потрясем.

Хмурый повернулся к нему и сказал:

— Давай, Лис, к следующей базе.

— А я и даю к следующей базе. — Возмутился Лис.

И все засмеялись, как будто летели на пикник, а не на встречу смертельной опасности.

Две базы были разгромлены под ноль и совершенно неожиданно. Одна база прибалтов, а вторая польская. Были освобождены пять человек. И опять все были девушки. Видно при облавах, парни или успевали убежать, или погибали. Сталкеры забрали еще один пулемет и все боеприпасы к нему. Теперь у них на каждом борту было по пулемету. Еще пополнили свои запасы провизии и выгребли оружейки. Вертолет был мощный, так что не пропадать же добру. И потом, как сказал Лис, новым поселенцам будут нужны деньги. С эти доводом согласился даже Хмурый.

День

подходил к концу. Еще немного и будет темнеть. Вертолет стоял на большой поляне в лесу. До ближайшей базы поляков было восемь километров. Все сидели у костра и жарко спорили о том, что надо делать еще один налет или подождать до утра. Хмурый в споре не участвовал. Он задал вопрос и сразу же разгорелся спор. Лис с Пронырой были за то, что надо лететь на волне удачи до конца. Боров и Абориген, считали, что азарт ни к чему хорошему не приведет. Неизвестно, сколько бы все это продолжалось, но тут в спор встряла старшая с первой базы.

— Простите, а почему ваш командир молчит?

Все сразу повернулись к Хмурому. Они разинули рты и смотрели с удивлением, словно, он, только что появился. Из общего ступора, первым вышел Лис.

— А действительно, Хмурый, ты то чего молчишь?

— Я думаю.

— Нормально! Чапай думает, а мы тут копья ломаем. Ты сам-то, как считаешь?

— Я считаю, что вы правы.

— Кто, вы? Я с Пронырой или Боров с Аборигеном?

— Ты с Пронырой прав. Боров с Аборигеном, тоже правы.

— Так! Все ясно! Хмурый устал. — Лис воздел руки к небесам и продекламировал. — В потолке открылся люк…

— И вот, что я думаю… — Хмурый не обратил на подкол никакого внимания. — Нужна разведка. Ты, — он указал пальцем на Лиса, — как разведчик, должен понимать, что такое интуиция.

— Вообще-то да. — Проныра задумался. — У нас в рейды брали только добровольцев, если, конечно, не было конкретного поименного приказа от какого-нибудь чудозвона на букву «М». Старлей, Витек, так и говорил, что нутро противоречит наружности. А раз так, то лучше перебдеть, чем не добдеть.

— Молодец ваш Витек! — Хмурый втянул в рот верхнюю губу. Подумал немного и продолжил. — Если бы вы, в один голос заорали: «Вперед!», то надо было идти. Если бы заорали: «Ни-ни!», то надо спать. У нас получилось пополам. В этом случае нужна разведка. Проныра и Лис. Пойдете со мной?

— Обижаешь, начальник! — Проныра состроил обиженную рожу.

— Да, Хмурый! — Лис осуждающе покачал головой. — Мог бы и не спрашивать.

— Тогда спать! Через два часа выходим. А вы, — он посмотрел на Борова и Аборигена, — остаетесь здесь охранять. Вам в помощь оставляю Друга. Друг! Поможешь ребятам в охране?

Друг заскулил.

— Надо, Друг! Надо. Это очень важно. Все устали и могут нечаянно уснуть. На тебя вся надежда. Так что отнесись к этому серьезно.

Друг сидел и внимательно слушал. Хмурый прижался к нему лбом. Друг лизнул его небритую щеку.

— Ты самый лучший, Друг!

Тот счастливо завилял хвостом. Хмурый обратился к разведчикам:

— Приготовьте оружие, с которым пойдете и маскхалаты. Из еды возьмем только шоколад.

Проныра с Лисом стали готовиться к вылазке, а Хмурый улегся на землю и, почти мгновенно, уснул.