Хмарь
Шрифт:
– Пошли по следам Олегыч! – Андрюху наоборот, казалось все это начало забавлять, превращаясь в захватывающее приключение.
– Пошли! – Идея убраться с этой непонятной поляны, еще с утра бывшей эталоном дачной идиллии и спокойствия, показалась Олегу как нельзя кстати.
Старательно обходя серые кляксы следов, они двинулись в обратном направлении. И как они не замечали столь очевидного по дороге на поляну? Цепочка следов неровно петляла меж древесных стволов в направлении поселка. Олег остановился. Они все более удалялись от оставленных у дороги велосипедов, но вернуться за ними, значит потерять столь
– Ты чего Олегыч? – Андрей тоже остановился, – Пойдем!
– Велики не списдят?
– Да не должны! Мы же их хорошо приныкали! – Андрюха прямо-таки рвался вперед , – Пойдем! Тут до поселка то всего десять минут топать, поглядим куда это чмо очкастое потопало и вернемся, заберем!
– Ладно! – Олег мысленно согласился с доводами друга, за пол часа ничего не случится с великами, тем более на эту полянку кроме них особо никто не хаживал. – Пошли быстрее тогда!
– Ага! Сейчас, погодь только немного! – Андрюхе наконец приспичило по нужде, и он вознамерился немедленно провести эксперимент. Достав из штанов инструмент, он принялся старательно поливать покрытый серой плесенью след.
– Ты чего? Ипанулся что ли Андрюх? Нахрена на следы ссышь?
– Да блин, какого хрена она красным красится? – Андрюха в панике перевел струю со следа на траву и чуть успокоился, по траве текла обычная желтоватая моча. – Поссы ты Олегыч!
– Зачем это? У меня нормально все с мочой!
– Да сыкани!! Я знаю что нормальная! У меня тоже, вон на траве нормальная, а плесень эта красится!
– Не хочу я ссать! – Олег раскидал концом рогатины окрасившийся красным след, – Пошли скорее, а то так никогда не найдем этого козла старого!
Мальчишки двинулись вперед. Чем дальше они шли, тем все менее четкими становились следы. Кляксы серой плесени уже не походили на человеческие следы, очертания потеряла четкие границы, красные прожилки пропали совсем и вскоре идти по следу стало практически невозможно.
– Так скоро они пропадут совсем! – Андрюха оглядел окружающее пространство, до поселка оставалось с полкилометра, а следы метров через пятьдесят скорее всего исчезнут совсем.
– Странно как-то! Там на поляне следы были пипец четкими, а чем ближе к поселку, тем глядишь совсем пропадут!
– Нужно значит было в другую сторону идти, откуда этот придурок приперся из леса! На кой мы за ним поперся? Небось уже дома сидит, водку пьет!
– Так поперли по быстрому, вернемся!
– Поперли!
Развернувшись, мальчишки, прибавив шаг, двинулись обратно. Следы снова обрели четкие границы, внутри них стали появляется красные прожилки. Вскоре достигнув поляны, они пересекли ее, старательно обходя серую паутину вокруг следов. Казалось, за время их недолгого отсутствия, она немного увеличилась в размере, но возможно это было лишь в их разыгравшимся воображении.
Обойдя молодой ельник, они пошли по следам, углубляясь в лесополосу. Пройдя с полкилометра, Олег остановился. Ковырнув рогатиной землю вокруг серой плесени заполнившей отпечаток человеческой ступни он поморщился.
– Ты чего, серанул!? Вот вонища то! – Андрюха сморщился,
– Чего? – Олег резко развернулся и сунул конец рогатины практически в лицо Андрюхи, – На, вот это нюхни!
Андрюха проворно отскочив, злобно уставился на Олега.
– Акуел что ли? В говне поковырялся, и в лицо суешь?
– Сам ты в говне! Иди посмотри!
Андрюха все еще злясь, неохотно подошел. Опустив рогатину Олег снова ткнул им в землю подле серой кляксы. Снова пахнуло зловонием. Земля вокруг серого островка плесени словно намокла, загустела и стала похожа по консистенции на мазут. Сам след тоже претерпел изменения, красные прожилки стали толще, заметно побагровели и теперь слегка выползали за серую границу уходя вглубь черной вонючей земли.
– Чего это за хрень?
– Да я почем знаю! – Олег внимательно оглядел окружавший их лес. Прислушался. Деревья вроде те же, ветер колышет высокие кроны, кроме следов из серой плесени ничего необычного.
– Слышишь? – Андрюха легонько ткнул его в бок.
– Чего?
– Птиц не слышно! Вообще ни одной!
И вправду. Только сейчас Олег ощутил пустоту леса! Ту самую пугающую тишину чащи, что заставляет одиноких путников нестись в ужасе прочь не разбирая дороги.
Нащупав в кармане перочинный ножик, он крепко сжал его в кулаке.
– Пошли отсюда Андрюх!
– Пошли! – Гнетущая тишина леса напрочь стерла в Андрее авантюриста. Ему вдруг захотелось оказаться как можно дальше от этого места.
Развернувшись мальчишки быстро пошли обратно, подойдя к поляне они остановились, как вкопанные, с нее снова доносилось равномерное пощелкивание. Очень вовремя. Друзья переглянулись.
– Обойдем? Или поглядим, что там?
Олег заколебался. Прислушался. Вроде где-то вдали закаркала ворона, какая то птица защебетала высоко над их головами. Шум леса потихоньку возвращался.
– Ладно, давай, только не лезь на меня больше!
– Да пошел ты! Я и не лез!
Опустившись на корточки, Олег стал осторожно продвигаться в сторону поляны, следом, держась в паре метров, крался Андрей. Вскоре, достигнув границы поляны, они залегли и, карябая локти и колени о корневища деревьев и сучки, потихоньку подползли вплотную к той самой молодой елке, что отгибал в сторону Олег, показывая обнаруженные им следы. Лежать рядом с серой плесенью было не очень то уж и комфортно, но молодая елка надежно укрывая их, одновременно давала прекрасный обзор того, что находилось на поляне. Осторожно подползя к Олегу, Андрюха стал внимательно осматривать поляну. Щелчки монотонно раздавались в районе корневища, но их источник пока не удавалось локализировать.
– Чего-нибудь видишь?
– Нет! Не шуми!
Мальчишки притихли, наблюдая. Прошла минута, другая. У Андрюхи запершило в горле и он зажав рукой рот, мучился, стараясь не кашлянуть. У Олега зачесалась спина и он изгибая руку, тщетно пытался ее почесать. Прошло еще несколько томительных минут и когда терпение мальчишек было на пределе, щелчки резко смолкли. Друзья замерли. На поляне по прежнему никого не было видно. Полежав еще минуту Андрюха придвинулся ближе к Олегу.
– Может пойдем? Сколько тут лежать то еще? Хрен его знает что там щелкает! Когда в избе ночью вот так щелкало, бабка покойница говаривала, что это шашель шумит!