Хиттер
Шрифт:
— Разминайся. Наше время пришло.
— Хорошо, — с улыбкой ответил Зарубин.
Тренер жестом, показывающим встать, подтвердил слова Томина. Виталий спешно поднялся, надел шлем и стал разминаться.
Врач сказал, что если бы не протектор, колено было бы выбито, а так Артём отделался сильным ушибом. Эту игру он продолжать не может, а вот к следующей точно придёт в норму.
— У тебя есть пол-игры, — тихо сказал Михаил, подойдя, — твои пол-игры! Ты лучше. Я знаю это. Покажем им!
— Да!
Он
Получилось! Через секунду мяч был уже у Томина. Зарубин устремился вперёд и со всей силы толкнул руками в грудь заднего нападающего, сбивая его с ног. Как только Виталий проскочил мимо защитника, Томин отдал ему мяч и заблокировал контрольного, чтобы дать Зарубину пройти.
Комбинация прошла быстро и поэтому чисто. Если бы враг успел сконцентрироваться, то это вряд ли бы удалось. Но вторые защитник и нападающий настигли Виталия только у контрольной черты, и им не удалось сделать перехват.
Когда все поняли, что команда открыла счёт, радости не было границ. А противники стали обращать особое внимание на Зарубина. Дабы использовать это, Виталий перестал сам делать хиты, и обязательно с кем-то разыгрывал мяч. Без сомнений можно сказать, что эти пол-игры были для него настоящим звёздным часом, хотя на его счету было всего два хита.
Команда Зарубина победила восемь-пять. Во второй половине матча наблюдалось настоящее побоище. После этого всё тело Виталия ныло. Где-то болел синяк, где-то — перенапряжённая жила. Смертельно усталый, но безгранично довольный он рухнул на лавку, едва войдя в раздевалку.
— Заруба, тебя как подменили, — с восхищением сказал Юра.
— Да нет, я всё тот же.
— Как ты их напаривал по жёсткому на пару с Томом, — добавил Дима, — а они один хрен велись.
— Они же не знают, что я не собираюсь делать хит, вот и ломятся на меня.
— Уж больно накручиваете, больше передач — больше возможностей для перехвата, — недовольно пробурчал Железняков.
— Да ладно тебе, — вступил Мышевский, — они с первой же разыгровки сделали хит. А мы его минут десять пытались сделать.
— Мы команда.
— Ну извини, — начал Виталий, — что же, ждать, пока вся наша команда на поле прибежит, тогда и они все тут будут.
— Я говорил сбросить назад, а ты сам пошёл. Как это понимать? Ты уже не слушаешь, что тебе капитан говорит?
— А ты не заметил, что если сбрасывать назад, они ни хера за мячом не бегут? Они наоборот идут по защитной линии.
— Да ладно? Откуда же ты это узнал?
— Увидел в первой половине.
— Но все же пытаются отнять мяч.
— Эти нет. А играли мы сейчас именно
— Да ну?! — возмущённо спросил Коля.
— Зарубин, кстати, дело говорит, — неожиданно сказал тренер откуда-то сзади. Он слышал разговор, воспользовавшись тем, что никто не заметил, как он вошёл.
— Но капитан-то я!
— Но это же не значит, что ты всегда прав. Сегодня Зарубин нарушил правила, ослушавшись тебя, но мы победили, а победителей не судят.
Не дождавшись ответа, тренер вышел из раздевалки. Победное настроение Виталия было испорчено этим разговором, но всё равно оставалось на высоком уровне.
Выходя из раздевалки, Виталий ожидал увидеть Лену, но она, видимо, отправилась домой с остальными. Виталий поймал себя на мысли, что это его немного огорчило.
Он тяжело плюхнулся на сидение вагона метро. И хотя играл Виталий не целую игру, устал как будто провёл два матча.
— Меня этот Железняк выбесил, — злобно сказал Томин, когда они уже вдвоём направлялись домой.
— Да ладно тебе. Его тоже можно понять.
— Это ему надо понять кое-что! Ты уже начинаешь рулить круче него, вот он и бесится.
— Да ладно тебе. Хорош.
— Жопой чую, на следующую игру он обратно Артёма поставит.
— Но решать-то ему, — спокойно улыбнулся Виталий.
После следующей тренировки без ведома Зарубина, Томин собрал ребят и открыто обратился к Коле с тем, что они хотят видеть на поле Виталия. Сам Зарубин был приятно тронут таким поворотом, но немного опешил.
— Если он будет в норме, то вы кинете жребий, — ответил Коля.
— Понятно, — согласился Виталий.
— Мы и с ним побеждали, так что я не могу так однозначно судить.
— Ты же хиттер, — вступил Мышевский, — ты можешь решить.
— Жребий. Так будет честно.
— Ясно, — ответил Юра.
Многие из команды были недовольны таким положением вещей, учитывая успех Виталия на вчерашней игре.
— Тоже гонит, — бурчал Михаил по дороге домой.
— Да брось. Ну не сыграю я, и ладно.
— Нет. С тобой мне больше нравится. И он всё понимает, но его злит, что ты иногда его не слушаешь, и этим он может оправдать то, что не ставит тебя.
— Да и хрен с ним. По-своему он прав в этой ситуации.
— И в чём же?
— Пусть всё решит случай. Если судьба мне на поле выйти, то я выйду.
— Ну да, согласился Михаил, — хорошо. Ну ладно, пока.
— Давай. Завтра бежим?
— Ага, — кивнул Томин.
В отличие от Виталия, Михаил решил не доверяться жеребьёвке. Он знал, что при желании волю случая можно подчинить воле своей собственной. Именно это он и намеревался сделать. Придя домой, он спокойно переоделся, а потом достал из шкафчика в прихожей коробку с таблетками и стал их перебирать.