Хиттер
Шрифт:
— Привет, — он остановился, когда поравнялся с ней.
— Привет.
— Гуляешь?
— Ага.
— Понятно.
— А ты откуда?
— А я ниоткуда. Просто бегаю.
— Что-то я тебя раньше тут не видела.
— Я тебя тоже, — улыбнулся Зарубин, — как с уроками дела?
— Да как всегда. Не очень.
— А чего так?
— Плохо задание сделала, что на каникулы давали, да и тест наверно, на пару написала.
— А чего ж ты мне не позвонила на каникулах?
— Не знаю. Даже как-то не думала.
— А новый
— С родителями. А ты?
— С друзьями.
— Понятно. Ну, вот и мой подъезд.
— Сейчас спать?
— Ага. А ты?
— Я тоже, в ванную только загляну.
— И прости, что я вчера так с тобой поговорила мало.
— Да ладно. Я же всё понимаю.
— Спасибо.
— Спокойной ночи, — сказал Виталий, и направился к дому.
— Спокойной ночи, — ответила Аня.
Следующую игру, которая проходила в ближайшие выходные, Виталий сидел в стороне, и грустным взглядом следил за развитием событий. Грустно стало уже тогда, когда он надевал форму, зная, что играть ему сегодня вряд ли придётся. Но потом, когда начался матч, выяснилось, что, как ни странно, в этом положении было много пользы. Он начинал чётче воспринимать общие ходы команд, и даже иногда правильно предсказывал, чем закончится тот или иной выпад.
Эту игру команда их проиграла, уступив противнику всего одно очко. Причём, противник был не самый сильный. Из-за подавленного настроения участников, в раздевалке после игры царило молчание. А вместо обычных красноречивых комментариев тренера было только «Эх, вы!». Всю дорогу Томин не говорил Виталию ни слова, пока они не вышли из метро.
— Пойдёшь завтра бегать? — спросил Михаил.
— Завтра тренировка. И так побегаем.
— Ах, да, блин, забыл.
— Ничего, бывает.
— Значит, побегаем послезавтра?
— Побегаем, — согласился Зарубин.
— Что скажешь по поводу игры?
— Ой, даже не знаю.
— В чём был наш промах?
— Например, Колян часто уходит от основных действий, вместо того, чтобы взять мяч.
— А ещё?
— А их хиттер так не делает, поэтому у них здесь есть перевес. Он хоть и слабее, но больше влияет на игру.
— Интересно, а я как-то не заметил.
— И ещё этот новенький, как его?
— Артём.
— Да. Он иногда начинает финты, вместо того, чтобы отдать мяч. Поэтому его иногда перехватывают, и неплохой прорыв не заканчивается хитом.
— Да. Это понятно. Но ты всё равно много разглядел.
— Обычные наблюдения.
— Нет! Виталик, это круто!
— Почему? Это всё видно сразу.
— Ты выдаёшь нормальный анализ игры и ещё спрашиваешь!
— Просто взгляд со стороны.
— Тогда гляди ещё внимательнее, и если придётся выйти на поле, ты им покажешь.
— Будем надеяться, что выйду.
Знание тактики, несомненно, мощное оружие в любой игре, но без игровых навыков оно никому не поможет, и Виталий это понимал, поэтому не уменьшал объёмы обычных тренировок.
— Как прошла
— Продули. Шесть-пять.
— Понятно, — с досадой сказала она.
— Я теперь запасной.
— Да, я знаю. Но почему? — удивилась девушка.
— Новый передний лучше играет. В принципе, это видно, но почему-то не очень помогает.
— Это несправедливо.
— Да ладно, — улыбнулся Виталий, — не всё же ещё потеряно.
— Теперь на игры будет неинтересно ходить.
— Почему?
— Просто, ты клёво играешь.
— Не может же быть, что я лучший игрок.
— Но что-то особенное в тебе есть. Поэтому тебя и поставили.
— Даже так.
— Да.
— Ну, я могу выйти на поле в любой момент. Если Артём заболеет или получит травму.
— Ну тогда я буду ходить при возможности.
— Это хорошо.
Подобными мыслями Виталий обнадёживал и себя, хотя знал, что в школьных играх травмы встречаются гораздо реже, чем в уличных.
— Я смотрю ты уже неплохо начинаешь разбираться в тактике, — Михаил Виталий легко бежали по улице.
— Ну, не совсем, — ответил Зарубин, — будь ты на скамейке, ты бы тоже это заметил.
— Ну, нельзя сказать, что я в тактике совсем не секу, но ты играешь относительно недолго, и уже такие выводы.
— Стараюсь.
— Ну-ка, давай усложним задачу, — Михаил ускорил бег.
Виталий тоже ускорился, чтобы догнать Томина, но у него с трудом это получалось.
— Слабоват ты ещё, — сказал Михаил, снова замедлившись.
— Не всё же сразу.
— Ну да. Ну-ка лови!
Томин достал из кармана мяч и бросил Зарубину. Извернувшись, Виталий с трудом удержал резиновый шар.
— Сам лови! — едва поймав мяч, Зарубин кинул его обратно Томину.
— Вот так, да? — улыбнулся Михаил и кинул обратно Виталию.
Так они пробежали круг, который планировали и разошлись по домам.
Команда Виталия провела без него ещё несколько игр с переменным успехом. Сидя на скамье запасных, он умело анализировал и сопоставлял увиденное со своими мыслями. Потом они с Томиным во время пробежек играли разные варианты, отрабатывали передачи и перехваты.
Дни становились длиннее. Незаметно начало теплеть, снег таял, набухали почки на деревьях. В город приходила весна.
В одно из апрельских воскресений состоялась очередная игра. Виталий спокойно сел на скамью запасных, ожидая, что скорее всего, как обычно, просидит на ней всю игру, и наблюдал за обстановкой на поле, иногда обмениваясь взглядами и сообщениями с Леной. Но сегодня был не тот день.
Противник был жесток и беспощаден. Он с первых минут игры получил преимущество в два хита и потом ситуация на поле продолжала накаляться.
Виталий смотрел на Артёма как раз в тот момент, когда он попал в самый накал страстей и получил сильный удар в колено. Игра была остановлена. Пока врач осматривал нападающего, Михаил подбежал к Виталию.