Хитрый, как лис

Чейз Джеймс Хедли

Грейс молча вручила инспектору удостоверение. Тот едва взглянул на него и тотчас же вернул.

– Спасибо, мисс, и примите мои извинения, – сказал он с жалобной улыбкой. – Мистер Крейн недоволен мной, но я выполнял свой долг. Возможно, к тому же я еще и любопытен. – Он посмотрел на свои огромные золотые часы и направился у выходу. – Прошу прощения еще раз, сэр, – сказал он Крейну.

Тот кивнул. Джеймс снова взглянул на свои часы, потом перевел взгляд на Грейс.

– Надеюсь, вы не больны, мисс?

– Нет, – ответила Грейс и отвернулась.

– Это хорошо.

Может быть, вас заинтересуют мои часы? Они показывают не только часы и минуты, но и секунды, а также дни недели. И у них отличный бой. Они принадлежали еще моему прадеду. – Джеймс вложил часы в руки Грейс. – Многие обращают на них внимание…

Грейс почувствовала холодную тяжесть золота. Она взглянула на Крейна, который сделал ей предостерегающий жест, и торопливо вернула часы Джеймсу.

– Хорошие часы, – машинально сказала она, чувствуя, что случилось что-то неприятное, и удивляясь, как бережно Джеймс опускает часы обратно в карман.

– Очень, очень хорошие, незаменимые, – согласился Джеймс. – Ну, я должен идти. Пожалуйста, простите меня. – Он поклонился.

Когда дверь за ним закрылась, Крейн быстро подошел к Грейс.

– Надеюсь, ваше имя не фигурирует в тюремных архивах? – спросил он спокойно. – Он только что снял у вас отпечатки пальцев.

Глава 13

Все это время Эллис нетерпеливо прислушивался.

Что они делают? Почему не заходят? Он слышал голос инспектора, который сказал: «Очень мило с вашей стороны, мэм, что вы разрешили мне зайти». И Эллис назвал Грейс проклятой дурой. Он пытался встать, но не мог поднять даже головы, так как был еще очень слаб. Никогда он не чувствовал себя настолько беспомощным да еще в такой ловушке. Потом он услышал, как открылась и закрылась дверь гостиной, и подумал, что теперь уж инспектор обязательно войдет к нему. Эллис сжал кулаки, но ничего не случилось. Затем раздались шаги по коридору и стук открываемой двери. Он узнал шаги Крейна. Что же теперь будет? Снова молчание, потом голоса в холле. Он едва поверил своим ушам, когда инспектор сказал: «Ну, я должен идти, пожалуйста, извините меня».

Эллис хотел ринуться к окну, чтобы убедиться, что инспектор действительно ушел, но у него не было на это сил. Услышав, как Крейн сказал Грейс: «Надеюсь, ваше имя не фигурирует в тюремных архивах? Он только что снял ваши отпечатки пальцев». – Эллис яростно потряс кулаками. Эта маленькая дура попалась на старую полицейскую уловку, которая известна всему миру, и теперь все кончено… «Капут, – как говорил Харш. – Капут!» Это дело нескольких часов, и все из-за этой дуры.

– Эй, вы! – заорал он. – Идите сюда! Перестаньте там шептаться, черт бы вас побрал!

Пауза. Потом дверь открылась и вошел Крейн, а за ним тащилась потрясенная Грейс.

– Дорогой мой, вы не должны волноваться, – с упреком сказал Крейн. – Вы же больны.

– Я слышал ваш разговор, – огрызнулся Эллис. – Он снял ее отпечатки пальцев.

– Не стоит волноваться из-за этого. У них нет ее данных. – Крейн посмотрел на нее. – Ведь нет?

Грейс умоляюще посмотрела на Эллиса.

– Нет, –

сказала она и бессознательно прижала руки к груди. – У них ничего нет.

Эллис смотрел на нее во все глаза. Он ее ревновал, эту девчонку, и едва узнавал ее теперь, когда на ней не было поношенной одежды и стоптанных туфель. Дорогая одежда и чистота преобразили ее. Он знал, что она теперь попалась в руки пижона. И она готова продать себя. Ну нет!

– Она лжет, – сказал он. Это был для него волнующий момент – видеть, как она изменилась в лице. Она забудет об этом принце и снова будет с Эллисом, когда Крейн узнает, что она уголовница.

– Она только что из тюрьмы! – торжествующе объявил Эллис. – Она карманная воровка.

Крейн стоял со спокойным видом, склонив голову набок. Его зеленые глаза потемнели. Он долго молчал, потом спросил:

– Это правда?

Грейс закрыла лицо руками и беспомощно заплакала.

– Конечно, правда, – сказал Эллис. – Сейчас ее ищет полиция.

Крейн не обращал на него внимания. Он взял Грейс за руку.

– Не бойтесь, – сказал он, когда она посмотрела на него. – Я помогу вам, но надо только знать правду. У них есть что-нибудь против вас?

– Продолжай лгать, – усмехнулся Эллис, – скажи, что ты святая.

Никто из них не смотрел на Эллиса. Теплая твердая рука Крейна ободряла Грейс. Она кивнула, сдерживая рыдания.

– Да.

Крейн шевельнулся, пытаясь овладеть собой. Он отпустил руку Грейс и поправил галстук.

– Это очень неприятно, – сказал он, и Эллис, который наблюдал за ним, заметил, что он боится.

– Выгоните ее отсюда, – потребовал Эллис. – Я хочу с вами поговорить.

Грейс повернулась к Эллису.

– Нет! Вы только солжете ему. Вы жестокий, ненавидящий всех человек. Вас не интересует ничего, кроме вашей собственной безопасности. Вы все скажете ему, чтобы спасти свою шкуру, – и что есть во мне, и чего нет!

Крейн прикоснулся к ее руке.

– Пожалуйста, пойдите в свою комнату и немного подождите. У нас мало времени, так что идите и не волнуйтесь.

– Но вы не знаете его, так, как я. – Голос ее дрожал. – Он такого наговорит вам обо мне… – Она резко замолчала, увидев его страдающий взгляд. – Хорошо, – сказала она. – Если вы не хотите слушать меня, я уйду. – Грейс снова заплакала. – Мне наплевать, что будет дальше со мной. Меня тошнит от всего этого. Никакой справедливости! Я устала. Устала!

– Выйди, сопливая неряха! – заорал Эллис. Он схватил настольную лампу и хотел кинуть в нее. Удивительно ловко и быстро Крейн выхватил у него из рук лампу и снова поставил ее на место.

– Не сметь! – резко крикнул он.

Грейс выбежала из комнаты.

– Она любит вас, – жестоко ухмыляясь, сказал Эллис, – но вы ее не получите. Она моя! Вы понимаете? Я знаю, что вы планируете, но держитесь от нее подальше.

Крейн придвинул кресло и сел напротив.

– Не стоит говорить об этом, – спокойно сказал он. – Если мы собираемся помочь ей, надо немедленно решить, что нам делать.

Эллис чуть не задохнулся от гнева. В зеленых глазах Крейна было нечто такое, что пугало его.