Хитман

Харт Брет

Я был невероятно подавлен, как и Хито. Он пригласил меня в раздевалку, но у меня не было желания торчать там, и в первой же половине дня я вылетел в Калгари. Позже я узнал что запретил мне биться в МСГ не Винс МакМэн, а его сын Винс МакМэн младший. который только-только стал главой ВВФ. Я поклялся "Винс, вот увидишь: когда-нибудь я выступлю в МСГ назло тебе. Клянусь, что выступлю, и докажу тебе что у меня достаточно громкое имя!"

Глава 7: Все по-настоящему

Когда

я вернулся домой, все были заняты планированием свадьбы Элли и Джима. Дом Хартов никогда не выглядел таким величественным, как в день их свадьбы. Канделябры были отполированы столь тщательно, что их блеск можно было разглядеть еще с улицы. Снаружи снег скрыл останки погибших Кадиллаков. Внутри дрова потрескивали в камине, девушка-музыкант настраивала свою акустическую гитару, нанятый бармен в костюме обслуживал бар, а стол в гостиной ломился от кучи закусок. Оуэн развлекал всех, растянувшись на ковре в гостиной и столкнув лбами кота Хэтклиффа и его заклятого врага, игрушечную обезьяну. Эти трое сделали прекрасное шоу, проводя и выбираясь из болевых, а хвост Хэтклиффа молотил по коврику, пока он пытался придумать контр-прием.

Наконец, Стю сошел с Элли вниз по лестнице, она была великолепна. Когда священник спросил, возражает ли кто-то против их союза, никто из нас не раскрыл рта: мы считали Джима идеальной парой для Элли, потому что он был единственным парнем с таким же взрывным характером, как у нее. Но Шеп, наш старый, полуслепой колли, резко загавкал, и все засмеялись. Возможно, Шеп знал что-то, чего не знали мы.

Пока меня не было, бизнес пошел под откос. Арт Нельсон из Амарильо занимался букингом, а самый скучный рестлер на планете, большой, медленный, надменный ветеран Ларри Лэйн был в мэйн-ивенте. Их скоро бесцеремонно прогнали с территории. После этого я стал букером снова - Кит и Брюс вернулись к учебе, чтобы получить квалификацию учителей, и могли работать только в выходные. Я рассматривал возможность снова поставить бизнес отца на ноги как личный вызов. Уэйн и я работали вместе на местах, а Росс и мама руководили офисом; Хэлен, казалось, нашла в себе силы терпеть этот бизнес и теперь часто была в приподнятом настроении, наслаждаясь забавными случаями и байками о рестлинге, которые я с удовольствием рассказывал ей. Мы знали, кто скоро появится в команде, а кто скоро покинет территорию, и я сидел с Россом и Стю, продумывая букинг на три недели вперед. Казалось, мы смогли организовать дела в своей территории, в кои-то веки.

Ненадолго вернулся Динамит. В Японии он побрился налысо и нарастил еще более внушительную мускулатуру. Я подумал, что он похож на мускулистого Пи-Ви Хермана. Первый британский панк очаровал Японию, и он не собирался оставаться у нас долго, получив приглашения на участие в нескольких турах в Японии. Стю сильно полюбил Тома и дал тому все, что мог, чтобы тот закрепился в Японии; а Том платил Стю тем, что работал упорнее остальных, когда бывал в Калгари. Также я не мог не заметить, что Том слишком полагается на стероиды, принимает уйму таблеток за одну ночь и запивает их ящиком пива, однако в ринге он был неподражаем.

Росс лихорадочно искал талантливых ребят в других территориях и смог заполучить Стива Райта, худого, лысеющего англичанина, имевшего репутацию "шутера". Его тренировал Тед Бетли, который также оказал большое влияние на Тома, и мы надеялись, что из Райта получится сделать второго Парня-Динамита. Когда Том отправился в Англию на несколько шоу перед его следующим трехнедельным туром в Японию, он помог нам заполучить Гиганта Хэйстэкса, чью настоящее имя было Мартин Руан. 210-сантиметровый, 250-килограммовый мастодонт, Мартин получил звание "английской версии Гиганта Андрэ" и должен был прибыть вместе с Райтом в феврале.

Я оказался

в Реджайне снова в конце первой недели января 1980 года. Казалось, фанаты соскучились по мне, и я понял, что тоже скучал по ним. Шоу закончилось, и я паковал мою сумку, когда Джил, пожилой охранник, заглянул в раздевалку и сказал, что меня ждет Джули. Сначала я хотел незаметно сбежать. Она с сестрой поселилась у меня, когда я отправился на Гавайи, но вернулись в Реджайну спустя лишь неделю, и я не слышал никаких новостей от них все это время. После приключений в Атланте я не верил, что у нас что-то получится с Джули, и в итоге решил сказать ей об этом напрямую.

Арена опустела, и почти все прожекторы были выключены. Джули сидела на апроне. Она улыбнулась мне, и я подумал, что не нужно делать скоропалительных решений.

– Ты все еще хочешь встречаться со мной, или все кончено?

Кто-то нажал на клаксон фургона, чтобы поторопить меня.

– Если хочешь продолжить с того места, где мы остановились, я готов, - сказал я.
– Но я должен ехать. Мы заедем на следующей неделе. Тогда будет удобнее поговорить.

Мы поговорили. Она рассказала мне историю своей жизни, я рассказал ей о своей. Как какой-то мафиози, я попросил ее не задавать вопросов о "бизнесе"; мне было проще ничего не объяснять, а ей было бы проще ничего не знать.

Дела потихоньку шли в гору. Кит и я держали командные пояса; Лео Берк, уважаемый ветеран, разменявший четвертый десяток, был чемпионом Северной Америки, а нашего рефери, Сэнди Скотта, мы сделали великолепным хилом, что сработало идеально, потому что очень легко заставить фанатов ненавидеть судью. Словно подлый директор, наслаждающийся своей властью, Сэнди никогда не был неправ, даже когда всем было очевидно, что он неправ. Он никогда не замечал очевидного, но всегда видел какие-то мелкие нарушения. Он грозил штрафами и отстранениями, сжимая губы и размахивая пальцем у вас перед лицом. Зрители стали откровенно презирать его. Они рассуждали, был ли Сэнди в сговоре с кем-то или он просто полный осел. Любая реакция зрителя - это хорошо.

А потом прибыли два английских рестлера. У Стива Райта был свой набор приемов, но, к несчастью, он не был Динамитом.

Гигант Хэйстэкс был волосатым чудовищем, вспыльчивым, но остроумным брюзгой. Люди пялились на него всю его жизнь, и он устал от этого. Я поменял его имя на "Лох-несское чудовище", и мы начали продвигать его. Он не делал много работы в ринге, но его трудно было сбить с ног, а когда он уложил одного из японцев мощным шлепком по животу, зрители ахнули.

Одно из главных правил букера - никогда не делай себя главной звездой, но нам был нужен достойный соперник для Лео Берка в борьбе за североамериканский титул: тут уж был или я, или никто. Лео отличался этакой грубоватой красотой, напоминая Берта Рейнольдса, по улыбке на его лице я понял, что он рад возможности поработать со мной.

В первом нашем матче я прислушивался к каждому его слову: Лео Берк мог помочь мне вырасти из просто хорошего рестлера в отличного. Мы боролись целый час и оба слегка напугались, когда я чуть не задушил его до потери сознания. Стю просиял, когда я вошел в раздевалку. Истекающий потом Лео радостно обнял меня и сказал: "Прекрасно, это было прекрасно".

За пару дней до Дня святого Валентина я забрался в фургон, направлявшийся в Реджайну, с полутораметровой Розовой Пантерой, которую я усадил поверх сумок, чтобы она не запачкалась. Парни подкалывали меня всю дорогу по Прериям. Когда начались матчи, мы с Джули пошли за кулисы. Я бы хотел подарить ей что-то более ценное, но ей очень понравилась Пантера. В конце вечера, когда наш фургон уже отъезжал, мое сердце вдруг что-то кольнуло, когда она исчезла из зеркала заднего вида; она махала мне вслед, держа большую игрушку, словно маленькая девочка.