Хит сезона
Шрифт:
— Джейсон! Сынок, где ты?
— Папа, я здесь!
Ночную тишину нарушил громкий скрежет и в этот момент крыша дома
обрушивается, комнату полностью охватывает пламя. В этот же момент пожарные направляю
первые потоки воды, смешанные с пеной, в надежде потушить пожар.
— Папа!
Джейсон рванул в сторону дома, и добрался до крыльца, когда кто-то схватил его за
пояс.
— Пустите меня, — приказал он, вырываясь со всей силой. — Он все еще в доме.
папа. Он думает, я наверху в своей комнате. Я слышал, как он звал меня. Но...
В дом вбежала пара пожарных. Он слышал, как они переговаривались внутри.
— Дайте мне руку. Кого-то придавило балками. — После чего один из них вышел на
улицу, вынося на плече обмягшее тело. — Врача! Нам срочно нужен врач!
Телом, вынесшим из дома, был отец Джейсона.
— Мой сын, — бормотал он, хватаясь за ботинок пожарного. Его слова сейчас
напоминали бессвязные звуки. — Спасите моего сына. Я запер его в комнате. И не смог
открыть дверь. Крыша обвалилась. — Он закашлялся, его глаза пронзила боль. — Он все еще
там. — Если бы не знакомый голос, то Джейсон никогда бы его не узнал. Кожа его отца была
полностью обожжена.
Джейсон нависал над ним и его трясло.
— Папа, я здесь. Со мной все хорошо.
— Вертолет уже на подходе, — сказал парамедик. — Мы доставим его в ожоговый
центр, как только сможем.
— Как ты выбрался оттуда? — бормотал отец. — Это ты поджог дом? Ты это сделал?
Скажи мне, паршивец, ты это сделал, да? За то, что я наказал тебя? Отобрал твою глупую бас-
гитару и спрятал ее в гараже?
Джейсон мотал головой.
— Нет. Я этого не делал. — И посмотрел на свою комнату. Без сомнения, пожар
начался именно в ней. Да и основные повреждения дома тоже были по большей части там.
Пока Джейсон смотрел на окно, он видел, как водой тушат нечто похожее на одеяло на крыше
крыльца. Это было его одеяло. Оно торчало из окна, и оно же упало на его обогреватель.
Обогреватель, который он забыл выключить, после того, как обжог себе запястье.
Затем он понял. Именно из-за него начался пожар.
Джейсон сдавил свое правое запястье, прижимая кожаный браслет к ожогу, наказывая
себя, причиняя себе боль до тех пор, пока в глазах не потемнело.
Парамедики разрешили ему полететь на вертолете, у него не было другого варианта
добраться до больницы. У него не было близких. О нем некому было позаботиться. Он не мог
выносить их жалостливые взгляды. Или бессознательные стоны отца. Отец бредил от боли и
повторял одни и теже слова.
— Это ты во всем виноват. Это все твоя вина. — Джейсон забился в угол, закрыл уши
руками,
Бездомный. Он был один. Никто больше не причинит ему боли. Не ударит тогда, когда он в
этом нуждается больше всего.
Врачи отвезли его отца в ожоговый центр. Спросили у Джейсона, хотел ли он побыть с
отцом. Предупредив, его отец вряд ли переживет эту ночь.
— Сынок, ты наверно захочешь с ним попрощаться, — сказал один из врачей.
Но он не хотел. Он был также напуган, как и в момент смерти его мамы. Его
последним воспоминанием об отце будут его полные боли глаза, смотрящие на него всю
дорогу до ожогового центра.
Джейс резко проснулся, его сердце учащено билось, а перед глазами стоял образ
обгоревшего отца. В комнате было темно, но он слышал ее размеренное дыхание, ощутил
покачивание движущегося автобуса. Они были в дороге. И он любил ее. Его Агги.
Его рука погладила Агги под одеялом. Он сцепил их пальцы, чувствуя себя глупо из-за
желания ощутить ее рядом, знать, что она поддержит его, даже если всего лишь спит рядом и
не знает о его кошмаре. Вина сжирала его изнутри, вместе со страхом.
А может она могла? Она помогла ему справиться с болью утраты его матери. Память о
ней хоть и была призрачной, но теперь она не изводила его. Он обрел спокойствие. И именно
Агги дала ему это. Она всегда готова дать ему все, в чем он так сильно нуждается. Даже в тех
вещах, которые были ему неважны, до недавнего времени. До самого рассвета Джейс
наблюдал за ней спящей, представляя, сможет ли он выжить, если потеряет ее.
***
Открыв глаза, Агги наткнулась на сотрящего на нее Джейса. Она улыбнулась и лениво
потянулась.
— Доброе утро, милый, — промурлыкала она. — Что заставило тебя так рано
проснуться?
— Я готов, — сказал он.
Она улыбнулась, обнимая его за шею, вжимаясь в его горячее тело.
— Я думала, после вчерашнего ты будешь удовлетворен как минимум на пару дней
вперед.
— Я не это имел в виду, — серьезным тоном ответил он. — Я готов рассказать.
Ее сердце пропустило удар, улыбка спала.
— О твоем отце?
— Ага.
Она не была уверена, хотела ли слушать его рассказ. Он говорил, что убил его. А что
если он делал нечто непростительное? Изменит ли это ее чувства к нему? Этого Агги не
хотела. Она была безгранично счастлива с Джейсом. Она еще никогда не испытывала таких
чувств ни к одному мужчине, поэтому не была готова к их завершению. Она понимала,