Хищники
Шрифт:
ГЛАВА 9
Изменения я почувствовал уже на следующий день, когда пришел на работу. Впервые я увидел за прилавком дядю Гарри, ведь из всех пуэрториканцев появился только один. Остальные смылись, так как не хотели попасться на глаза сотрудникам призывных пунктов. Большинству из них уже перевалило за восемнадцать, но на повестки они предпочитали не откликаться.
— Чего ты так поздно? — рявкнул на меня дядя Гарри. — Ты же знал, что сегодня мне потребуется твоя помощь!
— Я, между прочим,
— И где этот чертов Бадди? — не унимался он. — Обычно в это время он уже трется здесь.
— Не знаю, — ответил я. — Может, пошел на призывной пункт.
— Только не он, — хмыкнул дядя Гарри. — Я еще неделю назад слышал, что он собирается пойти работать на оборонный завод.
— Кто тебе такое сказал? — спросил я, продавая таксисту пачку сигарет.
— Мне есть у кого спросить, — самодовольно ответил он.
Я искоса глянул у него. Пожалуй, я знаю, у кого он спрашивал. У своей чернокожей подружки. Я повернулся к Толстой Рите.
— Как Эдди? Что у него с призывом?
— Порядок. Медицинская комиссия определила его в категорию четыре-эф, потому что правая нога у него кривая и короче левой.
Гарри посмотрел на меня.
— А у тебя какая категория? — — Еще не знаю. Школу я заканчиваю в конце следующего месяца, тогда и пройду медицинскую комиссию. Думаю, получу один-а.
— Помнится, твой отец говорил, что в детстве у тебя была астма. Возможно, из-за этого в армию тебя и не возьмут.
— Я в этом не уверен. И о своей астме слышу впервые.
— Может, нам навести кое-какие справки на твоем призывном участке? Немного куриного смальца могут подмазать колесики.
Я рассмеялся.
— Дядя Гарри, на моем призывном участке даже не знают, что такое куриный смальц. Это же гойский [14] район.
Гарри усмехнулся.
— Деньги есть деньги. Они говорят на любом языке.
Я пожал плечами.
— Сможете вы управиться вдвоем с Хосе? — спросил дядя Гарри. — Мне надо сбегать в агентство, чтобы завтра прислали новых пуэрториканцев.
14
Гоями евреи зачастую называют представителей всех других национальностей.
— Сейчас-то мы управимся, — ответил я. — Но не знаю, что будет в шесть часов, когда народ повалит с работы.
— Если у вас будет запарка, я помогу, — подала голос Толстая Рита.
— Я ненадолго, — пообещал Гарри.
Я наблюдал, как он входит в дверь и поднимается на второй этаж. После этого я его не видел. Из кабинета Гарри всегда уходил черным ходом.
А вскоре и посетителей стало поменьше. Я подошел к Рите.
— Народу было много?
Она кивнула.
— Все говорят только о войне. Никто такого не ожидал.
— И
Она помолчала.
— Ты не знаешь, Гарри не собирается уволить меня?
— Я ничего такого не слышал. С какой стати? Он только что прибавил тебе зарплату.
Тут Рита встретилась со мной взглядом.
— Гарри беседовал с твоей подружкой. Я знаю, что в этом месяце она заканчивает колледж и получает диплом бухгалтера. Думаю, он предложил ей вести и его бухгалтерию. У меня-то диплома нет.
— Мне Китти ничего такого не говорила. Но я уверен, что сказала бы, если б Гарри предложил ей стать его бухгалтером. А кроме того, дипломированный бухгалтер получает приличные деньги. Вряд ли Гарри захочет оплачивать ее услуги.
— Дело в том, что всю неделю она каждое утро приходила к нему в кабинет. Часов в одиннадцать.
Китти говорила мне, что могла бы помочь дяде Гарри с налоговой декларацией. Но она не упоминала о том, что обращалась к дяде Гарри с таким предложением. Я обдумал слова Риты, обслуживая покупателей. Потом повернулся к ней.
— Я не сомневаюсь, что тебе беспокоиться не о чем. О бизнесе Гарри ты знаешь все, что только можно.
Тут с другого конца прилавка я услышал голос Бадди:
— Дай мне «пепси» и пачку «Лаки страйк». Я принес ему и то, и другое.
— Когда ты пришел? Как твои дела? Он распечатал пачку, достал сигарету, закурил. Глубоко затянулся и отхлебнул «пепси», — Я в жопе!
Бадди уставился в прилавок. Никогда я не видел его таким расстроенным.
— Что случилось?
— На верфи босс заявил мне, что не может брать новых людей, поскольку война уже началась.
— Чушь какая-то. Раз идет война, им, наоборот, нужны рабочие руки, чтобы расширять производство.
— Точно, — кивнул Бадди. — Но им не нужны ниггеры.
— Ты связался со своими друзьями? — спросил я.
— Первым делом. Но они ничего не могут поделать. Все бруклинские верфи, включая военные, контролируют итальяшки.
— И что ты теперь собираешься делать? Бадди пожал плечами.
— Еще не знаю. Может, смотаюсь из города. Семьи у меня нет.
— Они выследят тебя по призывному удостоверению.
— Не выследят, если я буду жить в другом городе и под другой фамилией.
— Но тебе все равно понадобится призывное удостоверение, так ведь?
— Да, но это не проблема. Изготовить его — пара пустяков, — Ну не знаю. Они все равно могут добраться до тебя.
— Могут. — Бадди нервно забарабанил пальцами по прилавку. — Наверное, придется искать другой выход.
В половине пятого у киоска начали останавливаться таксисты новой смены. В соседнем квартале располагались два гаража такси, и водители всегда отоваривались у нас сигаретами и «пепси». Несколько таксистов справились о Гарри. Я сказал им, что он скоро подойдет. Они пообещали подъехать попозже.