Хищники будущего
Шрифт:
– Значит, надо постоянно следить за местоположением корабля, – произнес русич. – Систематическое измерение пройденного расстояния и отметки на карте. Другого решения нет.
– Если, конечно, буря не отнесет судно куда-нибудь в сторону, – скептически заметил Вилл.
Возражать Храбров не стал. В экваториальных водах ураганы явление нередкое. Аланские справочники постоянно предупреждали об этом морских офицеров. Для крейсеров природная стихия не страшна, а вот для разведывательных кораблей типа «Стремительного» она представляет реальную угрозу. Чем закончится новое испытание, воины
В первые дни путешествия наемники тщательно проверяли готовность судна к походу. А заодно и знакомились с ним. Конструкторы внесли ряд серьезных изменений в конфигурацию внутренних помещений и верхних надстроек «Стремительного». На корабле появились дополнительные коридоры. Теперь можно было добраться из трюма в рубку управления и орудийные башни, не выходя на палубу. Данное обстоятельство значительно упрощало действия экипажа в экстремальных ситуациях.
Очень долго воины разбирались с запасом продовольствия и воды. К счастью, на захваченном судне оказалось немало консервов, имеющих длительный срок хранения. И все же, когда Мелоун и Карс разделили продукты на сорок суточных порций, друзья поняли, Что рацион питания будет довольно скудным. Еще хуже обстояли дела с питьевой водой. В день на каждого человека приходилось около литра. Контроль над ее расходом Тино возложил на гетеру.
С тех пор, как Унима исчезла из виду, минуло двое суток. Олесь стоял на носу корабля и всматривался вдаль. Где-то на краю горизонта синяя гладь океана плавно переходила в зеленоватое небо. Создавалось впечатление, будто «Стремительный» движется не вперед, а вглубь морской пучины. Еще мгновение, и он исчезнет в бездне...
Пугающая и завораживающая картина. Порой даже не верилось, что это бескрайнее царство искрящейся в лучах Сириуса воды когда-нибудь закончится.
Глава 6
К АСКАНИИ!
Великолепная погода стояла около двадцати суток. На чистом безоблачном небе пылал огромный белый диск Сириуса. Его лучи отражались от воды и слепили глаза. Боясь получить ожоги, путешественники значительную часть времени проводили во внутренних помещениях судна. Каждые четыре часа вахтенные менялись на мостике управления. Обычная размеренная процедура. Океан был тих и спокоен.
В начале третьей декады с севера подул сильный ветер. На ровной глади появились пенящиеся волны. Резко усилилась качка. Храбров поднялся на палубу и прошел вдоль борта к рубке. Стюарт и Белаун взволнованно посмотрели на русича.
– Что-нибудь заметили? – спросил Олесь.
– Пока нет, – ответил Пол. – Небо чистое. Однако, у меня плохие предчувствия. Этот ветер – к перемене погоды. Не налетел бы шторм.
– Не исключено, – согласился Храбров. – Вилл, проверь на всякий случай двигатели, а я за тебя подежурю.
Шотландец не ошибся. Примерно через сутки северную часть небосклона заволокло черными тучами. Тяжелые темные облака быстро приближались к «Стремительному». Высота волн росла буквально на глазах. Воинам поневоле пришлось изменить направление движения. Развернув судно носом к урагану, путешественники с тревогой ждали удара стихии.
Описывать подобный кошмар вряд ли имеет смысл,
Гигантские водяные валы с грохотом обрушивались на судно, шквальный ветер пытался его перевернуть, а молнии словно целились в верхние надстройки.
От мощных раскатов грома уши закладывало так, что наемники пару минут общались лишь с помощью жестов.
Ливень стеной преграждал путь кораблю, а бурлящие потоки с шумом проносились по палубе. К счастью, люки имели надежную герметичную прослойку.
Состояние людей тоже оставляло желать лучшего. Морская болезнь свалила Николь, Олана, Салан и даже Карса. С позеленевшим лицом мутант пытался помогать друзьям, но толку от него было немного. Властелин еле-еле волочил ноги. На четвертые сутки урагана он окончательно сломался.
Как известно, беда не приходит одна. Поскользнувшись на лестнице, Рона сильно повредила левую руку. Таким образом, работоспособный экипаж сократился до шести человек.
Двигатели требовали постоянного контроля, и потому Белаун не поднимался в жилые каюты и ночевал в машинном отделении. Если они откажут, «Стремительный» станет неуправляем. А это приведет к неминуемой гибели судна. В конце концов, в помощь аланцу друзья отрядили Саттона. Остальные земляне постоянно находились на мостике. Спали воины урывками, по два-три часа в сутки.
Первое время Олесь пытался отмечать на карте пройденный путь, но вскоре понял, что погрешность слишком велика. Корабль двигался на северо-запад, а шторм относил их на юг. О намеченном курсе никто из наемников больше не вспоминал.
На девятый день в облаках появился первый просвет. Порывы ветра значительно ослабели. Ну, а когда лучи Сириуса вновь коснулись водной глади, земляне наконец облегченно вздохнули. К вечеру тучи полностью рассеялись. Выйдя на палубу, воины зачарованно смотрели на мерцающие в ночном небе звезды.
– Красота! – с восхищением в голосе вымолвил де Креньян. – Почему-то на нее обращаешь внимание именно в такие минуты. Человек – странное существо. Только оказавшись на грани жизни и смерти, он начинает осознавать, насколько прекрасен и удивителен этот мир.
– Что имеем – не храним, потерявши – плачем, – с улыбкой вставил русич.
– Замечательная поговорка, – произнес Аято. – Мы слишком заняты мелочной суетой. У нас часто нет времени поразмышлять о бренности бытия. А ведь пример Тасконы показателен. Развитая могущественная цивилизация погубила сама себя. Люди едва не уничтожили родную планету...
– Боюсь, и мы не долго будем любоваться великолепием природы, – грустно сказал Жак. – Уже завтра дела и заботы поглотят наш разум. Неизбежное, неминуемое зло.
Друзья просидели на палубе почти до самого утра. Двигатели были остановлены, и судно дрейфовало в неизвестном направлении. Общая расслабленность охватила весь отряд. Белаун находился на грани нервного и физического истощения и впервые за последнюю декаду спал до восхода Сириуса.
На рассвете из трюма выбрались Линда и Олан. Смотреть на них было страшно. Землистый цвет лица, провалившиеся щеки и тусклый, изможденный взгляд. Это плавание они запомнят надолго.