Хищник
Шрифт:
— Он выглядит не очень, но это идея. Мы можем починить его, сделав нашим собственным.
Дэмиан открывает дверь, когда моё лицо краснеет от его слов. Он использует такие слова как «мы» и «наш», из-за этого я чувствую себя неловко.
Я следую за ним в пыльную маленькую комнату. Тут только один диван и крошечный телевизор. Частицы пыли танцуют в воздухе вокруг нас.
— Спальня здесь, — говорит Дэмиан, и я следую за ним в ещё меньшую комнату. Здесь только двуспальная кровать и старый шкаф. Я смотрю, как Дэмиан снимает всё
— Залезай.
Ему не нужно говорить мне дважды, меня не волнует, в каком состоянии находится постельное бельё. Я просто хочу спать. Я медленно заползаю под одеяло и нахожу удобное положение для моего чувствительного тела.
Дэмиан достаёт бутылку воды из сумки и ставит её на пол, рядом с тем местом, где я лежу. Также он оставляет пачку болеутоляющих.
— Я проверю тебя через некоторое время. Отдохни немного.
Когда он поворачивается, чтобы покинуть комнату, я шепчу:
— Спасибо.
Он дарит мне одну из его редких улыбок, которые заставляют воздух со свистом проноситься из моих лёгких, и затем он уходит. Он не закрывает дверь, и я могу слышать каждый шаг, который он делает. Дэмиан открывает и закрывает шкафы, а затем я слышу звон ключей. Звук закрывающейся двери говорит мне, что он ушёл.
Пыльный запах от подушки щекочет мой нос, и я засовываю руки под голову, используя их как барьер между моей кожей и тканью подушки.
Здесь тихо, и мне это нравится. Нет людей. Ничего, кроме нас.
Запах чего-то вкусного будит меня. Я не знаю, как долго спала. Я медленно встаю, и когда боль начинает пульсировать в моём животе, быстро тянусь к болеутоляющим таблеткам. Я принимаю две и затем отправляюсь на поиски Дэмиана.
Я нахожу его на кухне, где он что-то перемешивает в кастрюле.
— Ты готовишь?
Я чертовски удивлена. Дэмиан никогда не готовил раньше, ну, за исключением того раза, когда он сделал карри для как-её-там.
— Да, просто чили. Также я купил немного свежего хлеба и ещё кое-что, — он указывает на старый чайник. — Он только что вскипел, если ты хочешь сделать кофе.
— Спасибо, — шепчу я. Я делаю себе кофе, а затем выхожу на небольшое крыльцо. От каждого шага, что я делаю, дерево скрипит под моими ногами.
Я осматриваю окрестности, и когда не вижу каких-либо домиков или людей рядом с нами, я чувствую трепетание чего-то близкого к счастью.
Я слышу движение внутри и оглядываюсь через плечо. Дэмиан снова снимает всё постельное бельё, а затем я наблюдаю, как он достаёт совершенно новое постельное бельё из сумки.
Жаль, что у меня нет сил, чтобы помочь ему, я уже снова устала. Кажется, как будто что-то высасывает каждую каплю силы из моего тела.
Я допиваю кофе и ополаскиваю кружку, а затем иду в ванную. Это самая маленькая комната с ванной, умывальником и туалетом. Я колеблюсь секунду, прежде чем закрыть дверь. Я чувствую панику, поднимающуюся
— Ты закрыла дверь, — заявляет он, а затем улыбка растягивает уголок его рта. — Это хорошо.
Он идёт на кухню, а я возвращаюсь в спальню. Одеяло откинуто, и лёгкая улыбка растягивает мои губы, когда я забираюсь под новенькое одеяло. Я вздыхаю и закрываю глаза, позволяя сну забрать меня снова.
Дэмиан
Когда чили готово, я зачерпываю немного в тарелку для себя. Кара всё ещё спит, и нет никаких шансов, что я разбужу её. Ей нужно как можно больше отдыхать. Она может поесть, когда проснётся.
Я беру свою тарелку чили и бутылку воды и сажусь на старый потрёпанный диван. С этого ракурса мне видно Кару, и мои глаза не покидают её, в то время как я ем.
Как только ей станет лучше, нам нужно будет поговорить. Она может либо остаться со мной, и я надеюсь, что она решит сделать это, либо она может рискнуть на свободе. От мысли о том, что она снова уйдет, кровь стынет в жилах. Она пережила достаточно дерьма в жизни.
Мысль о том, чтобы отправиться в Южную Африку и убить этого её никчёмного дядюшку, очень заманчива.
В день, когда я достал Кару из того контейнера, я никогда бы не подумал, что мы закончим вот так. Я никогда бы не подумал, что там будет женщина, которая заставит меня бросить всё. Я до сих пор не знаю, почему я делаю всё это для неё. Конечно, чёрт возьми, это не любовь.
— Ты просто защищаешь её, — шепчу я себе. — У неё никого нет и у тебя никого нет, поэтому это вполне естественно, что вы держитесь вместе.
Я насмехаюсь над собой и своими глупыми рассуждениями.
— Да, верно. Продолжай врать себе.
Когда приближается полночь и становится ясно, что Кара не проснётся, я быстро купаюсь. Я ненавижу купание. Мне нужно поставить здесь душ. Я натягиваю спортивные штаны, а затем проскальзываю рядом с Карой. Она лежит на боку, спиной ко мне. Я просто смотрю на её силуэт на несколько минут дольше, прежде чем я подползаю ближе к ней. Я убеждаюсь, что не касаюсь её, когда кладу руку под голову. Ее волосы раскинуты по подушке, и я прикасаюсь к шелковистым кончикам.
Я, должно быть, уплывал в сон, но, кажется, будто я спал лишь несколько секунд, когда движение будит меня. Я открываю глаза и вижу, что Кара сидит на краю кровати. Когда она встаёт, я замечаю, что её движения вялые. Её тело поворачивает влево, и она врезается в стену.
Я быстро вылезаю. Когда я добираюсь до неё, то замечаю её влажные щёки.
— Прости, — шепчет она, — я не хотела тебя разбудить. Я просто хотела взять воду.
Я беру её за руку.
— Возвращайся в постель. Я быстро схожу тебе за бутылкой.