Хищник
Шрифт:
— А вот что. Воспользовавшись тем, что вы с ней спите, ты продал ей кучу дерьмовых бумажек, получив свой процент. Теперь же, когда она умерла, ты воротишь от этой сделки нос и отказываешься принять у меня даже часть того пакета, который всучил Ленке.
— Это неправда!
— Что здесь происходит? — осведомился громкий начальственный голос. Крис сразу узнал его. Это был голос Херби Экслера, который только что вошёл в конференц-зал.
Отвращение к происходящему переполнило Криса.
Он повернулся к своему прежнему боссу.
— Очень может быть, что это ты подбил
— Немедленно убирайся отсюда! — взревел Экслер. — Чтобы я тебя здесь больше не видел!
— У меня самого нет ни малейшего желания здесь оставаться, — сказал Крис. Хлопнув дверью, он вышел из конференц-зала, пробрался через кишевший людьми зал, миновал приёмную и направился к лифтам.
5
Меган дожидалась Криса в кабачке «Дрейтон армз», купив себе пинту горького. Криса забавляло то обстоятельство, что американки, оказавшись в Лондоне, обычно заказывали себе именно пинту, считая это английской традицией, и их, похоже, совсем не заботило, что огромная кружка, из которой они тянули пиво, отнюдь не прибавляет им женственности.
— Я опоздал, извини, — сказал он. — Давно здесь сидишь?
— Минут десять.
— Подожди минутку. Пойду тоже возьму себе кружку.
Вернувшись за столик с пинтой тёмного, Крис сразу сделал большой глоток.
— Вот что мне было необходимо.
— Здесь вкусное пиво, — заметила Меган.
— Я рад, что тебе нравится. Хорошо провела день?
— О да. Я побродила по галерее «Тейт», смотрела «Коллекцию Уолласа» [3] , а потом заглянула в Музей современного искусства.
— И ты успела обежать все эти галереи за один день?
— Приходится шевелиться. Мне нравится живопись, а в Лондоне так много музеев… Ну а как сложился день у тебя?
3
Музей выдающихся произведений искусства, фарфора и французской мебели. — Примеч. ред.
— Ужасно! — сказал Крис, покачав головой. — Боюсь, я лишился единственного шанса избавиться от пакета бумаг, которые не стоят и гроша.
— О Господи! — только и сказала Меган.
— Извини, — улыбнулся Крис. — Мне не следует обременять тебя своими проблемами. Впрочем, сегодня я узнал кое-что интересное. Ты помнишь Йена Дарвента?
— Он был на яхте в тот роковой день, верно? И прыгнул в море, чтобы спасти Алекса? Если мне не изменяет память, это англичанин с хорошими манерами, очень интересный внешне…
Крис поморщился:
— Я лично никогда не считал его интересным. Выяснилось, однако, что Ленка придерживалась того же мнения, что и ты. — Крис в нескольких словах поведал Меган о происшедшем.
Меган, узнав о связи Йена и Ленки, большого удивления не выказала.
— Неужели тебе не кажется странным то, что Ленка и Йен были любовниками? — спросил Крис, выгнув бровь.
— Что же тут странного? Ты ведь знаешь характер Ленки? — сказала
— Я, видишь ли, мало что знаю о личной жизни Ленки. Она мне о своих увлечениях не рассказывала, а я её об этом не спрашивал.
— И правильно делал.
Эти слова Меган показались Крису любопытными.
— Уж не хочешь ли ты сказать, что она была… хм… слабовата на передок?
— Ну, не совсем так, — улыбнулась Меган. — Мы изредка разговаривали с ней о мужчинах — к примеру, когда вместе ездили в Бразилию. Так вот, она говорила мне, что иногда не встречалась с мужчинами по несколько месяцев. Правда, такие периоды воздержания сменялись периодами активности, когда у неё внезапно появлялись сразу два или три любовника, которые быстро сменяли друг друга. Она любила секс и любила мужчин, но сама мысль, что отношения с мужчиной могут как-то её связать и лишить желанной свободы, была для неё непереносима. Возможно, по этой причине её любовниками часто становились очень странные типы. Йен по сравнению с ними — просто ангел.
Крис покачал головой:
— Рад, что я ничего об этом не знал.
Меган подняла глаза и посмотрела на Криса в упор.
— Неужели у вас с Ленкой никогда ничего не было?
— Ты на что это намекаешь?
Меган смутилась.
— Да так, ни на что в особенности, но вы с ней так хорошо ладили, что…
— Правда, мы хорошо относились друг к другу. Не стану отрицать также, что я всегда считал её чертовски привлекательной женщиной. Но я никогда не смотрел на неё с вожделением или страстью. Быть может, потому, что я не считаю себя привлекательным мужчиной. Если бы я попытался за ней приударить, она могла меня отвергнуть, а это сильно отразилось бы на моей самооценке, но главное — мы уже не смогли бы с ней дружить, как прежде, а больше всего в наших отношениях я ценил дружбу. Нет, я не хотел подвергать нашу дружбу такого рода испытаниям.
— Может быть, ты и прав, — тихо сказала Меган, не сводя с Криса глаз.
— Ленка говорила тебе что-нибудь о своих отношениях с Йеном? — спросил Крис, которого пристальный взгляд Меган смущал и тревожил.
— Нет. На прошлой неделе мне удалось всего один раз поговорить с ней по телефону, но темы её отношений с мужчинами мы не касались. Хочу тебе заметить, состояние духа у неё было угнетённое.
— Из чего ты сделала такой вывод?
— Она торопливо сказала мне, что произошло нечто важное, о чём она хочет посоветоваться со мной, когда я приеду. О чём она хотела поговорить, я не знаю.
— Даже и догадок никаких нет? Не имело ли это отношения к её работе?
— Говорю же тебе, я не знаю. Меня, конечно же, разобрало любопытство, но я была уверена, что все узнаю, когда приеду в Лондон.
— Скажи, такую фирму, как «Эврика телеком», она не упоминала?
— Нет.
— А человека по имени Маркус?
— Маркус? Тоже нет. А кто это такой?
— Высокий, худой американец, который приходил к ней в офис на прошлой неделе. Судя по всему, он чем-то основательно расстроил Ленку. Но я не имею ни малейшего представления, кто бы это мог быть.