Хищник
Шрифт:
Мой член снова начал твердеть.
Левенькая отсасывала мне всего день назад, но, черт возьми, мне нужно было кончать чаще. И все время пока ее губы были вокруг моего ствола, я представлял ротик Лейлы.
От ожидания этого мои яйца просто ныли от боли.
Я: Я правда счастлив. Но пока еще не удовлетворен.
Лейла: Вот
Я: И что ты предлагаешь?
Лейла: Я лучше бы сказала тебе об этом, чем печатала в сообщениях.
Я нашел ее номер телефона в своих контактах и прослушал две гудка, прежде чем девушка взяла трубку.
— Быстро ты, однако, — сказала она.
— Я не люблю тянуть резину.
— Совсем никогда?
— Ты исключение. Потому что ты не позволяешь мне сделать этого.
Я все еще чувствовал ее талию на кончиках своих пальцев. Хотел припасть лицом к ее киске и вылизать ее всю.
— Дай мне трахнуть твою киску, Лейла. Обещаю, что буду нежным.
— Нет, не будешь. Потому что ты даже не знаешь, что значит это слово, — засмеялась она.
— Но я могу попытаться.
— Нет, тебе это не удастся. По крайней мере, исходя из того, что я о тебе знаю.
Я расслышал шум на заднем плане в трубке и посмотрел на часы. Мне было интересно, была ли она еще в офисе или уже дома. Я хотел знать, во что она одета, и была ли ее подружка внутри киски Лейлы сегодня.
— Я думаю, тебе повезло, что мне нравится, когда это делают и грубо, и жестко, — прошептала она в трубку.
— Вот это моя девочка.
— Если я скажу, что хочу, чтобы ты трахнул меня, ты быстрее вернешься?
Я потянул вниз джинсы и поправил член.
Я не мог дать ей конкретный ответ, не переговорив с Шэнком. С тех пор, как вернулся, у меня еще не было времени свериться с расписанием, и мне нужно было узнать, собираемся ли мы заменить одного уборщика на другого.
— Я посмотрю, что можно придумать.
— Вот значит как? Это лучшее, что ты можешь мне ответить?
Я сел на кровати, желая, чтобы мой член успокоился.
— Лейла, ты прекрасно знаешь, как сильно хочу тебя. Я никогда не скрывал это. Так что могу пообещать тебе, как только моя задница прибудет в Майами, я буду у тебя. И когда я узнаю дату прилета, ты тоже сразу будешь в курсе.
— Ну, вот так-то лучше.
Мой член по-прежнему стоял колом.
— А теперь, что ты там говорила о том, чтобы помочь мне снять напряжение?
Дверь моей комнаты резко отворилась, и Шэнк сразу опустил глаза.
— Засранец, слава Богу, ты тут!
Я зажал рукой динамик, чтобы не дать Лейле услышать его. Но я осознавал, что уже слишком поздно. Он был слишком громким, и его голос определенно достиг цели.
Черт, он приперся так не вовремя.
— Я разговариваю по телефону, — одними губами проговорил я.
Затем я убрал руку с динамика.
— Лейла, я обязательно тебе перезвоню.
Я закончил разговор раньше, чем она смогла что-то ответить, и бросил мобильный на кровать.
— Господи, ты можешь не врываться в следующий раз, когда я разговариваю по телефону!
Шэнк прекрасно знал, что на самом деле, мне плевать на то, что он меня прервал. Я просто не хотел, чтобы Лейла или еще кто-то, несвязанный с тюрьмой, знали, с кем я бываю, и как звучат их голоса. Такие мелочи могли вынудить ее задавать лишние вопросы, а я всячески хотел избежать этого дерьма.
— Я как-то не подумал об этом, дружище.
Я понимающе кивнул и удобнее сел на кровати.
— Я рад, что Игрушка выздоровел. Просто Диего сказал, что все было очень плохо.
— Ты знаешь, как бывает ужасно, когда слишком много наркоты и слишком много водки.
Мы многое повидали с Шэнком за эти годы, и работа на наркопроизводстве показала нам, как выглядит передозировка.
Шэнк прекрасно знал, что нельзя позволять Игрушке смешивать наркоту со спиртным. Он мог даже не говорить, как его это беспокоит. Все было видно по его лицу. Я также был уверен, что он не позволит больше случиться такому в тюрьме.
— Ты здорово придумал с трубкой и водой, — сказал я. — Видимо, не первый раз проворачиваешь этот трюк, не так ли?
— На самом деле каждый из нас делал это в прошлом, и не один раз.
Шэнк вошел в мою комнату и встал у окна, слегка подтянув спортивные штаны. Он потянулся к веревке на них и затянул покрепче, Демон все это время сидел на его плече и умудрялся удерживать равновесие. У этих двоих была какая-то необъяснимая связь.
— Диего там все разрулил?
— Да. Я только что дал им пожрать. Все кажется спокойным... по крайней мере, пока...
— Третья камера пошла на шестой день. Этот ублюдок потерял половину языка сегодня утром, но так и не раскололся, — сказал Шэнк, посмотрев на меня.
— Может, стоит попробовать что-то другое? Вы использовали цепную пилу на нем? — спросил я, сдвинувшись на край кровати и скрестив ноги на полу.
— Даже лом использовали. Этот мудак очень удачно выносит боль. Мне нужно наполнить его камеру, так он быстрее сломается.
— Попробуй для начала утюжок для волос.
— Черт, как же я об этом забыл!