Хищная Орхидея

Полянская Катерина

Косой взгляд заметил грустную полуулыбку на губах Морриса. Они всегда отлично понимали друг друга.

А я всегда ощущала себя лишней, как сейчас.

Моррис опять зачем-то попытался взять мою руку.

Голос мамы соскользнул с наших личностей на немногочисленных приближенных. Так верной экономке достались бусы из жемчуга, тетушке, живущей на другом конце королевства, — рояль и старые книги, а Филиппу Руа — шкатулка с письмами, кою мы должны будем ему передать.

Это без меня.

— Моему

воспитаннику Моррису я оставляю шкатулку с несколькими памятными вещицами. Найдешь ее в первом тайном отделении секретера, что стоит в моем кабинете. Ты был мне почти как сын и очень жаль, что не сделался зятем. Тогда бы мы стали настоящей семьей. Люблю тебя.

Как трогательно. Я сейчас разрыдаюсь.

А в фиалковых глазах фейри на миг блеснула самая настоящая влага.

— Верю, ты найдешь того, кто сделал это со мной, и… предашь правосудию. Будь осторожен. И с Маей тоже, иногда мне кажется, что она не умеет любить. Но надеюсь, ты подберешь к ней ключик, и все у вас сложится хорошо.

Когда преисподняя замерзнет.

Но… она серьезно только что почти прямым текстом сказала, что ее убили?!

Зазвучавший вновь голос помешал мне сориентироваться:

— Моей упрямой дочери Эмае оставляю родительский дом и даже не возражаю, если она устроит там ведьминскую лавку, а также счет с личными сбережениями и все драгоценности.

Нежных слов на мою долю не досталось, но я все равно приоткрыла от изумления рот. Серьезно? Все — мне?! Я-то считала, меня позвали, исключительно чтобы в последний раз отчитать.

— На случай, если брак между Моррисом и Эмаей все-таки состоится, хочу всем напомнить, что они не являются родственниками, из этих соображений я не стала усыновлять мальчика, которого любила, как родного сына. А со всеми, кто станет чесать языками, пусть разбирается сила рода.

Как серьезно… Я трепыхнулась и неожиданно для себя обнаружила, что моя ладонь надежно зажата в руке «жениха». И вырвать ее не получается. А фейри сидит с отрешенной миной и смотрит на нотариуса, а не на меня.

— Титулом и поместьем распоряжаться я не могу, поскольку не являюсь урожденной Аргард-Гердери. С ними тоже решит сила рода.

Листы на столе перед Штутом слабо засветились.

— Вот и все, — выдохнул он и промокнул платком вспотевший лоб.

— Благодарю. — Моррис встал первым.

Поскольку моя рука все еще была зажата в его ладони, мне тоже пришлось встать.

— Госпожа Эмая, документы на владение имуществом будут у вас ближе к вечеру, — уведомил меня поверенный.

— Спасибо.

Я первая вылетела в коридор.

Полумрак… Здесь прохладнее.

Почему она все оставила мне?! Она же меня с трудом переваривала. Могла бы сделать

наследником обожаемого Морриса, тем более что речь шла о ее личных вещах. Нет, я не то чтобы против, это вроде как справедливо. Теперь, наверное, я смогу купить понравившуюся квартирку, пить кофе с видом на пробуждающийся город и выделить больше места под мастерскую. Но это совсем не радовало. Вообще.

Все-таки почему я?

— …Вы просили сообщить, если вдруг появится что-то, вот я и говорю. — Слух уловил обрывок разговора.

Отлепившись от стены, я подалась ближе к открытой двери.

И тут же снова отпрянула.

Никогда не имела привычки совать нос в чужие дела и не хотела, чтобы обо мне так думали.

— Что вы сделали с находкой? — Моррис говорил уверенно, даже властно.

И куда девался очаровательный пай-мальчик?

— Как вы и велели, надел антимагические перчатки и передвинул на другое место, — подрагивающим голосом отчитался Штут. — Если они и придут за своим добром, то на прежнем месте его не найдут. Но, я думаю, до вечера не сунутся.

Какая-то дрянь в их тихом болотце определенно происходила.

Но ведьму, кажется, просвещать никто не собирался.

— Отлично. — Кажется, любимец моей мамочки мысленно потер ладони. — Сейчас доставлю Маю домой и сразу к вам.

— Уж пожалуйста. А то, знаете ли, как-то не по себе.

Беседовали они вроде бы не таясь, но я все равно благоразумно отошла на несколько шагов. Там и застал меня высунувшийся в коридор Моррис. И хорошо. Пока не пойму, что тут у них происходит, лучше не светиться.

— Я тебя провожу. — Он не спрашивал разрешения, просто поставил перед фактом.

Дернув плечом, я направилась вниз по лестнице.

И без его руки не упала.

Я всегда и со всем могла справиться сама.

Так что нечего вздыхать у меня за спиной!

С экипажем, впрочем, трюк не удался: Моррис каким-то мистическим образом оказался рядом и подсадил.

— Нянчиться со мной необязательно, — проворчала, устраиваясь на сиденье.

— Мы оба устали. — В этот раз фейри сел не рядом, а напротив. — Это довольно выматывающая процедура.

Тут он прав. Настолько опустошенной я себя даже после вчерашнего колдовства не чувствовала. Тогда я хотя бы могла завалиться спать!

— Было странно вновь слышать ее голос, — осторожно поддержала я разговор.

Его рука дернулась, будто он хотел опять взять мою руку, но в последний момент передумал.

— Тебе придется остаться до ритуала, когда сила рода выберет наследника, — буднично сообщил Моррис.

— Знаю. Я в курсе того, как это происходит.

На самом деле я старалась об этом не думать.