Хирург сердца моего

Коршун Кира

Саша с улыбкой взглянул на девушку, что была росточком ему по грудь и, подойдя к девушке, легонько щёлкнул ее по носу.

– Нужно учиться работать с любыми людьми, такова наша доля, – он говорил спокойно и с улыбкой.

– Но вы ведь сами сегодня на нее почти накричали! – Света смотрела на своего начальника чуть ли не влюбленными глазами.

Александр Валентинович Баринов был ведущим акушером-гинекологом-хирургом городского роддома, считавшимся лучшим в городе. Его специализацией были сложные роды, когда роженица не могла обойтись без вмешательства хирурга.

Обаятельный,

добрый, улыбчивый и приятный в общении молодой мужчина. Его обожали все особи женского пола, от мала до велика. Он умудрялся находить общий язык почти со всеми. Всегда поможет, всегда поддержит. Никогда не кричал и не повышал голоса на своих коллег, и даже нерадивых студентов, что проходили у них практику. Весь женский коллектив роддома недоумевал, почему такой шикарный мужчина, и до сих пор не женат.

Пациентки строили ему глазки, студентки беззастенчиво флиртовали, но Александр Валентинович лишь улыбался, и шел заниматься своей любимой работой.

– Да, за что непременно извинюсь, – кивнул Саша, мягко направляя девушку к ее рабочему месту.

– Но…. – хотела возмутиться та.

– Света, запомни, когда мы на работе, мы врачи….

– Медсестры, – с улыбкой поправила его девушка.

– Или медсестры, – кивнул он, улыбаясь. – Мы в первую очередь профессионалы, а профессионал оставляет свои эмоции перед дверью роддома.

– Но если невозможно?

– А если невозможно, у тебя есть начальство, к которому ты можешь обратиться.

– Я обращаюсь к вам! – топнула ножкой девушка.

Сашка тихо рассмеялся.

– И я тебя услышал, а сейчас иди, проверь как наша пациентка в вип-палате.

– Хорошо Александр Валентинович, – кивнула девушка и поскакала выполнять поручение.

– Болтушка, – Александр с улыбкой покачал головой и направился в кабинет заведующего роддомом.

Мужчина постучался, и отрыв дверь вошел в кабинет заведующего. Там, как и говорила болтушка Света, было довольно много людей: заведующий послеродовым отделением, заведующий приемным отделением, хирургии, Марго и сам заведующий роддомом.

– Вызывали, Эдуард Константинович?

– Да Саша, проходи!

Солидный мужчина, слегка за 60, с почти полностью седыми, но густыми волосами, аккуратной бородкой и цепким, мудрым взглядом. Он был врачом от Бога, и руководил роддомом железной рукой. Воспитал достойную смену и, уверившись, что его врачи достойно справляются со своими обязанностями делегировал им большую часть своей мед-практики, переключившись на административные дела. За 10 лет он сколотил, можно сказать, золотой состав роддома, выведя его в число лучших в городе. К ним везли самые сложные случаи. Роддом был полностью ориентирован на деток. У них была лучшее перинатальное отделение, детская реанимация, постродовое отделение, приемник с лучшими аппаратами диагностики. Палаты разного уровня комфорта, от общих палат, до вип. Надо отдать должное, что общие платы были прекрасно оборудованы, и мамочки, что поступали к ним по скорой, ни в чем не нуждались. Отношение персонала и уход был на высшем уровне. Заведующий очень трепетно относился

именно к этому факту, не разделяя Вип пациентов и тех, кто поступал по полису.

– Саша, – начал Эдуард Константинович. – Думаю, ты догадываешься, по какому поводу мы собрались.

Саша кивнул, и присел на стул, перед Марго, что сидела по другую сторону стола.

– Да, если позволите, во-первых я хотел бы извиниться перед Марго, за неподобающее отношение к ней, как к даме. Я был груб Марго, за что приношу свои извинения, – мужчина смотрел в глаза женщины, что сидела напротив. – Во-вторых, что касается рабочих моментов, ответственности с себя не снимаю, но если подобное бы повторилось, поступил бы так же.

Марго шумно выдохнула и отвернулась от Саши.

Эдуард едва не закатил глаза. Марго являлась раздражителем для всего коллектива и никто уже не мог с ней нормально работать, жалобы сыпались ото всюду.

– Саша, Марго утверждает, что ты грубо отобрал у нее пациентку, и унизил при всем коллективе.

Саша удивленно выпучил глаза.

– Чем же я тебя унизил, Марго?

– Ты еще спрашиваешь? Ты оттолкнул меня! – вскинулась женщина.

– Марго, – Саша чуть наклонился к ней, и заговорил спокойным, миролюбивым голосом. – Ты давила на пациентку, говорила с ней грубо, и довела ее до слез. Девочка, у которой отошли воды, и уже почти сутки были схватки, было раскрытие, просилась отпустить ее домой, и плакала. Ты считаешь, что такое поведение приемлемо? Особенно если учесть, что у нее был крайне сложный случай.

– Она не понимала, что я ей говорила, мне пришлось повысить голос.

– Марго не ври! – подала голос заведующая приемным. – Я была там, девочка дала тебе согласие на операцию, а ты продолжила на нее чуть ли не орать. А когда она заплакала, всем вообще показалось, что ты готова ее убить.

Марго только поджала губы.

– Марго, ты прекрасный врач, – Саша хотел коснуться ее руки, но женщина отдернула ее. – Но твое психоэмоциональное состояние вызывает опасение всего коллектива.

– Я знаю, что вы все так и ждете, чтоб меня уволили!

– Марго, никто этого не хочет…. – начал Эдуард.

– Ой, да перестаньте уже сопли разводить, – раздался голос Дмитрия, ведущего врача перинатального отделения. – Марго, никто не хочет, чтоб тебя увольняли, но ты откровенно всех достала. Все хотят нормально работать, а не терпеть твои истерики. Еще бы десять минут выяснения отношений в приемнике, и у младенца началось бы кислородное голодание, не мне рассказывать тебе, что это значит.

– И что ты предлагаешь, Дима! – вскочила женщина.

– Марго, если тебе нужна помощь, мы готовы тебе помочь, – Эдуард смотрел на женщину. – Отпуск, смена отделения….

– Психолог…. – предложил Саша.

– Что, думаешь, я с катушек съехала? – взвилась женщина.

– Я думаю, ты устала, что тебе надо отдохнуть и подумать, чем ты хочешь заниматься. Любой может выгореть, Марго!

Женщина гневно и ожесточенно смотрела на своих коллег, понимая, что ее загнали в угол и оставить все как есть, уже не дадут.