Химеры. Том 1

Стригин Андрей Николаевич

– Все отказались, ждут вас, - отплёвывается от морской пены Геннадий.

Егор переходит на кроль, ловко взбираясь на вздымающиеся гребни волн, мы спешим за ним. Сквозь брызги и морскую пыль виден берег, на нём группа людей, машут руками и полотенцами, волнуются, но мы и так несемся, словно на рекорд.

Мы не успеваем, катастрофически быстро надвигается ночь, вода то теплеет, то жутко становится ледяной, появляются множество водоворотов, на дне вспыхивают, словно электрические разряды, фиолетовые огни. Словно призрак из пустоты возникает прогулочный катер, весь в огнях, на палубе обезумевшая толпа, глаза выпученные,

рты открыты в беззвучных воплях, из моря выплёвывается толстый столб воды, он подхватывает катер, возносит его наверх и, срывается в водоворот. Физически ощущаю животный страх гибнущих людей, через мгновенье, на месте трагедии, клокочет пена, и лопаются крупные багряного цвета пузыри.

Наши души в ужасе, мы в центре Хаоса, но Бог милует, водовороты не засасывают и волны не швыряют на скалы, мы плывём по, словно вскипевшей воде, к берегу, а там тоже начинается нечто невообразимое. Едва выбрались на пляж, как поверхность содрогнулась и нас бросает на четвереньки, пытаюсь встать, оглядываюсь. Внезапно вижу Мишу Шаляпина, он пытается схватиться, за истончающийся прямо на глазах, осколок булыжника, его рыдания переходят в вопли. Подлетаю к нему: - Где все!
– вздёргиваю за шиворот. Он видит меня, радостно улыбается, отталкивается от, почти исчезнувшей скалы, моментально цепляется за меня.

– Князь Аскольд так вовремя пришёл ... всех увёл ... я один здесь.

– Почему ты остался?
– невероятно удивляюсь я.

Миша смотрит на меня, в глазах искреннее недоумение: - Но, как же, если б вы никого не застали на берегу, то начали искать, а это смерти подобно, поэтому я здесь, чтоб вас предупредить, - он счастливо улыбается, но вдруг лицо искажает страх, на всём протяжении пляжа взвиваются, мерцающие звёздными искрами, смерчи.

– Что разлеглись? Бегом отсюда!
– слышу такой знакомый и родной голос Аскольда. Он бледен, бородка вызывающе топорщится, взгляд блуждает по сторонам.

– Пришёл, бродяга!
– несказанно обрадовался я.

– Да, куда я от вас денусь, вечно влипаете в неприятности, - беззлобно ворчит он.

Вскакиваем на ноги, нас разбрасывает в разные стороны, пытаемся удержаться, вновь падаем, всё вокруг движется, меняется, одни скалы наползают на другие, затем, с гулом падают в разверзшиеся бездонные трещины. Кошмарная тварь вынырнула из пустоты, увидела нас, глаза вспыхнули алчным огнём, но вдруг её спину пронзают чудовищные зубы ужасного монстра, едкая кровь выплеснулась прямо на нас, а через мгновенье они исчезли, в захватившем их огненном смерче.

– Что это?!
– в истерики бьётся Миша, я чувствительно встряхиваю его: - Только без паники, ты достаточно храбрый и это доказал всем, раз остался на этом берегу, не порть наше впечатление о тебе!

– А я и не боюсь, - Мишу сотрясает от ужаса, - просто я не понимаю, что происходит и эти чудовища, они кого-то мне напоминают!

– Мы оказались в точке слияния прошлого, настоящего и будущего!
– уверенно прокричал Егор.

– Так это динозавры?!
– на некоторое время Миша затихает, но внезапно обескураживает своим откровением: - Какое счастье увидеть такое наяву, всю жизнь мечтал и это сбылось!

– Тебе нехорошо?
– забеспокоился Аскольд.
– Держи себя в руках и не засыпай!
– заметив, что парень закатывает глаза, не на шутку испугался князь.

– Счастливчик наш, динозавров

увидел!- Катя неестественно громко смеётся, вот-вот начнётся истерика. Геннадий решительно встряхивает её за плечи, она очумело смотрит на мужа, но быстро приходит в себя и, потупив взгляд, произносит: - Прости ... нам надо как-то выбираться.

– Бегом!!! Хватит выяснять отношения!!!
– Аскольд взбешён и страшен, черты лица заострились, он бледный как смерть, глаза круглые, а бородка заострилась, как копьё.

Земля двигается, одни пласты исчезают, появляются другие, у ног суетливо проползла группа трилобитов, сверху спикировал летающий ящер, но его затягивает в огненный водоворот, закручивает по спирали, он вспыхивает, дёргается в конвульсиях и обгоревшую тушку бросает на нас. Внезапно из пространства выныривает допотопный мотоцикл с коляской, резко тормозит, я в потрясении вижу, там сидят немецкие солдаты времён второй мировой войны, их лица искажены паникой, они беспорядочно стреляют их автоматов, но из мрака появляется тираннозавр и, не раздумывая, давит их лапой и дробит чудовищными зубами мотоцикл и людей.

Петляя, перепрыгивая через неожиданно возникающие трещины, пытаемся вырваться из этого ада, но всё трясётся, ходит буграми, нас бросает на вздыбленную землю, мы уже не пытаемся подняться, ползём на четвереньках и, всё равно нас валяет и швыряет. Миша Шаляпин укачался, его выворачивает наизнанку, теряет ориентацию, ползёт прямо в сторону, искрящихся искрами, смерчей. Князь Аскольд пытается его поймать, но тот, словно ищет своей смерти, вползает в возникшее на пути искривляющееся пространство и ... растворяется в нём, делаю рывок, хватаю его за пятку, Миша неизвестно, что подумал, больно бьёт ногой по моей голове. Чертыхаюсь, как никогда раньше не ругался, но пятку не отпускаю, так и вползаю с ним в нечто извивающееся и полыхающее.

Будто заткнули ватой уши, воздух сухой, с металлическим привкусом, абсолютная тишина, покой и невесомость. Мимо проплывают, словно заснувшие, необычные существа и исчезают в разных направлениях. У меня чувство, что я здесь чужой. Ещё мгновенье, и меня сомнут неизвестные силы, а тело выкинут на "Помойку Вечности". Необходимо срочно возвращаться назад, но Шаляпин, будь он неладен, лезет вперёд, подвывая со страха и, вновь исчезает. Плыву за ним, нащупываю в пустоте его руку и, выдёргиваю из нечто серого и пульсирующего.

– Хватит, нагулялся!
– с размаху луплю по щеке. Он встрепенулся, едва не вцепился зубами в мою руку, но приходит в себя, лицо озаряет счастливая улыбка.

– Никита Васильевич, где мы? Как здесь тихо. Мы умерли?

– Приди в себя, - встряхиваю его как тряпичную куклу, - двигай назад!

Резко толкаю, он, растопырив руки, как космонавт летит к шарившей в пустоте руке Аскольда. Князь умело хватает за рубашку и вытягивает его из этого пространства, но я, от того что так резко оттолкнул от себя хорошо упитанного парня, неожиданно взлетаю вверх и, лечу в противоположную сторону. Затормозить не могу, за что-то зацепиться, тоже, парю в пространстве, в ужасе вращая глазами и размахивая руками. Внутренним зрением вижу лучик света, он вылетает оттуда, где остались мои друзья, и такой светлый и добрый, что я, не задумываясь, касаюсь его, он обвивает моё тело и исчезает, но на интуитивном уровне я чувствую с ним связь и она прочнее стального троса.