Химера
Шрифт:
Гнездо пульсировало. Стены и потолок пещеры покрывало мягкое кожистое покрытие, ткань, что разрасталась в разные стороны, начиная с гнезда. Обычно его пульс был медленным и неторопливо проталкивал воду и питательные вещества к фермам. Сейчас пульс стал частым, и кожистая поверхность, что покрывала всю пещеру, заметно для глаза подрагивала. Далеко, в лавовой трубке, где дворфы впервые вторгнулись в земли гнезда, края "кожи" вытягивали тонкие нити, которые быстро прорастали в камень, оплетали препятствия, а потом на них начинал образовываться тот самый кожистый пружинистый нарост.
Тонкие нити выбрались наружу, в холодное заброшенное поселение дворфов, и несколько часов спустя пустующие каменные дома скрылись под покровом кожистой, пульсирующей ткани. Нити тянулись дальше, в коридоры и тоннели.
Шли часы, они превращались в дни. Поток Крысолюдов не иссякал. Фуражиры обчистили до камня большой участок подземелья, как будто здесь прошла подземная саранча. Разведчики продолжали исследовать подземный лабиринт, и медленно приближались к Ногг Кальдир.
Старший-Пять стоял на месте Рисскиного костра и возмущённо свистел. Кто-то останавливался здесь, кто-то опасный для гнезда. Стершему-Пять только что исполнилось несколько дней.
С воинственным писком и свистом, он бросился дальше по коридорам. За ним бежала его команда, а в его голове снова и снова пульсировал приказ:
"Разведай территорию. Найди врага".
Он нашёл врага в сотнях метров от костра, когда его торопившийся отряд выскочил прямо на гигантскую подземную жужелицу. Огромное насекомое ростом больше метра в холке, шипело и щёлкало жвалами, отгоняя незваных гостей.
"Уничтожь врага. Преврати в еду" — прозвучал в голове приказ, которому Старший-Пять не мог сопротивляться.
— Враг! Напасть! Убить! — закричал он на ломаном крысолюдском. За последние дни он научился внятно говорить. Его группа бросилась на бронированного на жука — двенадцать крысолюдов, в шкурах, с примитивными копьями и арбалетами. Из коридоров к ним бежала подмога.
Бронированное насекомое плохо поддавалась их копьям, и костяным стрелам. Их оружие не могло пробить плотный панцирь огромной жужелицы. Стрелы отскакивали, копья проскальзывали и не проходили в сочленения. Жук умело защищался, и рвал жалами нападающих крысолюдов, у которых из брони была лишь рваные шкуры.
Общими усилиями они перевернули взбесившееся насекомое. Старший-Пять чудом нашёл слабое место на брюхе жука, смог проткнуть его обломком своего поломанного копья, и огромное насекомое, наконец, затихло. Тут же из тьмы вынырнули фуражиры и потащили насекомое по коридорам — в Гнездо.
Старший пять стоял на месте битвы, забрызганный кровью и слизью жука.
В этом бою погибли тридцать крысолюдов. Погибли Младший-Один, Младший-Два, Младший-Три, Младший-Четыре… Двенадцать крысолюдов, вся его группа, которую он знал несколько дней — всю свою жизнь. На его теле и морде появились новые шрамы, один из которых чуть не лишил его лаза. После боя повисла минута тишины, и голос Гнезда на мгновение замолчал. Вместе с тишиной пришла новая мысль: "Зачем
Старший-Пять посмотрел по сторонам, с обломком копья в руке. Крысолюды суетились вокруг него. Фуражиры обдирали со стен подземелья мох и грибы, и они же уносили убитых. Всё, что они принесут, отправится в пасть Гнезда, Гнездо переработает подношения, и создаст для них еду, кров, и новых крысолюдов.
И если ему не хватит еды, Гнездо поглотит их всех, не задумываясь — просто отдаст приказ, которого они не смогут ослушаться. Тогда они вернутся, и сами прыгнут Гнезду в пасть.
В Голове Старшего-Пять снова возник приказ.
"Исследуй территорию. Найди врага."
Такой же, как и другие приказы Гнезда. Такой же, как тысячи других приказов Гнезда, которые он слышал за последние дни.
"Исследуй территорию. Найди врага."
Приказ, который говорил ему, куда ему идти и что делать. Приказ, который успокаивал, давал смысл его жизни и направление движений. Можно было не думать, просто слушать голос в голове, и делать то, что он просил.
"Исследуй территорию. Найди врага."
В этот раз приказ вызывал ужас.
Из тьмы выбежала толпа крысолюдов, остановилась. Молодые, вёрткие, которые ещё не научились внятно говорить. Он был таким же, несколько дней назад. Вслед за ними двигались тяжёлые фигуры, которых он не видел раньше. Чужаки, тела которых сбросили в Гнездо, ещё до его рождения. Дворфы, созданные Гнездом, закованные в костяные доспехи. Их лысые лица совсем не походили на крысолюдов. Это было его подкрепление. Подкрепление, которое он поведёт в бой и которое, возможно, погибнет. А как только они станут ненужными, Гнездо может просто переработать их.
— СтаршийКомандирМладшийИдётСледом! — выдал один из вновь прибывших. Ему было не больше нескольких часов, как и всем крысолюдам из подкрепления.
— Копать. — подтвердил Дворф. Он сказал это не на крысолюдском, но Старший-Пять его понял.
"Исследуй Территорию. Найди Врага" — снова возник в разуме голое Гнезда. Можно было лишь подчиниться, альтернативы не было. Старший-Пять сдался.
Старший-Пять поднял в руке сломанное копьё и заверещал крысолюдский боевой клич. Один из новичков почтительно отдал ему своё копьё, взамен сломанного, остальные же подхватили его крик. Старший-Пять отбросил сломанный кусок копья в сторону и его тут же утащили вездесущие фуражиры. Его тоже переработает гнездо.
Вместе со своей группой Старший-Пять бросился покорять тоннели. Они нашли ещё несколько жужелиц, но убили их намного быстрее — костяная броня помогала дворфам, и их костяные орудия били сильнее. Несколько раз они видели вдали удирающих от них животных, в которых Старший-Пять узнал волков. Он никогда не видел раньше волка, но почему-то знал, что они существуют. Этих волков называли Сумеречным.
Старший-Пять потерял десятки подчинённых в боях с гигантскими жужелицами. Каждый раз он получал опыт, учился на ошибках, каждый раз из тьмы выходило новое подкрепление, которое Гнездо отправляло ему, и фуражиры уносили убитых на переработку. Несколько дней спустя, после множества боёв, они добрались до окрестностей Ногг Кальдир.