Химера
Шрифт:
Он выдыхает несколько клубов пламени. Маленькое существо быстро ползает по его голове, и не на пути потока пламени. Рисска снова забирается ему на лоб, и пытается выбить теперь правый глаз. Он закрывает веко вовремя, пытается её смахнуть, но она держится, как приклеенная.
Зиаррис рычит, разгоняется и бежит в сторону выхода из сокровищницы, срывает с петель огромные двери и несётся по коридорам. Он крушит дорогие украшения. Выпускает струи пламени, они отражаются от стен, горят редкие знамёна на стенах, он пытается задеть пламенем мелкую, вредную букашку, но она уворачивается, и
Он немедленно изгибает шею и дует пламенной струёй на свою спину. Ему не может навредить собственный огонь. Букашка впервые взвизгивает, потом он слышит странное шипенье, и назойливое существо движется ещё быстрее. Он трясёт шеей, пытается стряхнуть её, но Рисска снова движется к его голове. Он бежит вперёд, пытаясь, помочь себе крыльями. Наружу. На открытую площадь. Там можно взлететь.
Он выбивает двери на посадочную площадь. Маленькая вредная козявка умудряется не получить травм, и ползает по его голове и шее. Он безуспешно пытается её стряхнуть. Его резерв восстановился достаточно для более сложных заклинаний.
Вокруг него вспыхивают огненные сгустки пламени. Они тяжело взлетают вверх, виснут в воздухе и падают вниз, разливаясь по земле магмой. Посадочную площадь заливает медленно текущий расплавленный камень, он пытается перекатиться по нему, но он слишком большой и медленный. Существо с огромной скоростью бежит по его шее, уворачивается от огненных потоков. От создания пахнет гарью и чем-то ещё. В ушах его звучит невнятный шёпот.
Шёпот? Он на мгновение смотрит вверх, и чувствует, как вспыхивает в душе беспокойство. В воздухе кружит странный поток энергии, и над его логовом сгущаются тучи. Они кружат хороводом.
На мгновение он применяет усиленный "взгляд артефактора". Та странная нить, что тянулась от него в небо, натянута, светится и дрожит. Непонятное проклятье, которое должно было его уже много раз убить, иногда защищало его от атак. Оно помогло ему против Линдосса. Оно не хотело, чтобы его убил кто-то кроме героя. Но почему оно не работает сейчас?
Перед его взглядом вдруг появляется дымящаяся ушастая голова, и бьёт рукой точно в его глаз. Он не успевает закрыть веко до конца, и глаз пронзает боль, зрение становится мутным. Он часто моргает, и чувствует, что Рисска ползёт вперёд, к его ноздре. Он выдыхает огненное облако носом, и закашливается. Рисска отшатывается назад, а его нюх теперь потерян на ближайшие часы. Он чувствует только запах гари.
Зиаррис собирает прибывающие силы и поливает площадь огнём. Посадочная площадь превращается в море лавы и пламени, камень плавится. Существо должно было спечься от жары, но продолжает ползти по его чешуя, и всё время пытается её пробить, прокусить.
Зачем?
Огонь не помогает. Зиаррис взмахивает крыльями, поднимает порывы ветра. Он тяжело взлетает вверх, к кружащими облакам. Если не помогает огонь, поможет поток воздуха и холод. Вверху, странная воронка из туч продолжает движение. В ней начинают сверкать молнии. Существо на его шее пытается прогрызть его шкуру, скрежещет зубами по броне, он набирает высоту, и всё сильнее в ушах его звучит шёпот. Он складывается в мысль в его голове. Чужую мысль.
Холодный,
"Желаешь ли ты жить?"
Он теряет равновесие на мгновение и кренится. Рисска чуть не сваливается с него, но вцепляется в чешую, и начинает ползти. Зиаррис торопливо думает. Ему прелагают помощь. Кто-то, ему неизвестный, предлагает ему помощь. Он бросает взгляд вверх, включает усиленный "Взгляд Артефактора", и видит, как наливается силой нить, которая тянется к нему. Как огромное количество энергии скапливается там, в небе, в непостижимом даже для него кем-то сплетённом заклинании.
В непостижимом проклятье. Проклятье ждёт. Ждёт, когда он согласится. И тогда вся эта сила рухнет, и вольётся в него, огромное количество сил, во много раз больше, чем вместит даже его резерв.
И тогда он станет чем-то другим. Тогда, он, король драконов, примет чужую помощь. Помощь, что дают ему для того, чтобы убить крошечную букашку, пусть и чуждую для этого мира.
Он рычит оглушительно, яростно, и Рисска вцепляется в его голову. Он рычит в небо.
— Я! Я драконий король! Сильнейший этого мира! Мне не нужна твоя помощь!
"Быть посему" — говорит чужая мысль в его головы. Шёпот не отступает, чёрные тучи так же кружат над ним, он поднимается, существо ползает по его голове, пытается впиться в шкуру. Холодает, скоро оно замёрзнет и упадёт. Оно приближается к левой стороне головы, как будто…
Слева, неожиданно громко раздаётся радостный возглас:
— Нашла!
Его ушное отверстие пронзает боль. Звук с левой стороны пропадает со щелчком. Он чувствует, как крохотное чудовище, старательно пытается пробраться в его ухо. Как она нагревается, царапает поверхность уха, впивается зубами. Боль нарастает, и он чувствует, как она медленно продвигается внутрь. Он вспоминает её вопрос: "Ты — вкусный?"
Она пытается его съесть? Его, короля драконов?
Он складывает крылья, и рывком летит вниз. Он чувствует копошение, скрежет, чувствует, как медленно, крошечное существо пробирается внутрь его головы, как оно выгрызает путь.
Он с грохотом падает на всё ещё пылающую посадочную площадь. Он призывает магму. Пытается сунуть в неё голову. Бьётся головой о камень, пытается раздавить существо внутри его уха. Пару раз оно замирает, но победа не наступает. Оно продолжает движение вглубь, чуть медленнее, прогрызая путь в череп.
Он вдруг теряет равновесие и падает. Не может встать. Он шепчет:
— Я… король…
Последнее, что он увидел — это мелькнувший вдали, в облаках силуэт Линдосса. Потом наступила тьма.
Король драконов умер. Зажжённый им огонь потух. Золотая корона упала с его головы и с холодным звоном упала на каменный пол, покрытый твердеющей лавой. Лава не могла навредить ей.
Из тела Зиарриса поднимался пар, и долго, несколько часов из него раздавалось чавканье. Рисска продолжила есть. Но даже со своим невероятным аппетитом, Рисска не смогла съесть всего тысячелетнего дракона целиком. Част шкуры вздулась, разорвалась, и Рисска выбралась наружу, тяжело срыгнула на землю. Она смогла съесть голову и половину шею. Затем она, впервые в жизни, наелась полностью, до отвала.