Химера
Шрифт:
– Мы из этого выберемся, – успокоил Ладаим, прежде всего, себя.
– Выберемся, – не слишком уверенно ответил Химера. – Глотнём дерьма, но выберемся.
– Фу. Дай насладиться последним паром.
Биальд и Марва, на чьём участке в последний год жил Ладаим, натопили баню к вечеру, а к утру жар почти ушёл. Хозяева всё же согласились заново разогреть парилку, когда Лисы подкинули им ещё пару монет. Крысолов жадно впитывал в себя остатки душистого пара, так приятно щипавшего нос. Такие бани с пышущими жаром печами пришли
– Я вот знал, что так получится, – произнёс Крысолов. – Выиграл серебряник – жди беды за это.
– Уверяю, всё серьёзнее, чем сраная примета, – Химера плеснул воды на камни. – Кто-то пытается меня потопить. Не удивлюсь, если Мирфия.
– Зачем Гадюке подставлять тебя?
– Она дала мне заказ. Сказала, что девку надо именно убрать, тут я уверен. С прищуром, как всегда, мне сказала. Как знать, может и мага она подослала?
– А Касилиам заказывал похищение, – Ладаим не хотел верить, что Приют мог так обойтись с Химерой. – А ты не думал, что тот же Вальтехал мог приставить колдуна к будущей родственнице?
– Он не выглядел как придворный маг герцога, – отрезал Химера, обтираясь полотенцем.
– Посмотрим, что скажет наёмник Броспего, – Ладаим приподнялся на локтях. – Ты уже уходишь?
– Загляну в «Старика Хемгура». Нужно подобрать одежду, в которой я ещё не ошивался у Подворья.
Варион вышел в предбанник, где Лисы оставили одежду. Оказавшись в одиночестве, Ладаим сел и обхватил ноющую голову. Очередной поход в Подворье едва ли сулил что-то хорошее, но надежда ещё оставалась. Хотя бы до тех пор, пока тело Лейны Броспего не всплывёт где-нибудь ниже по течению Сальмены.
«Ты уж позаботься о ней, колдун, – Ладаим мысленно обратился к магу, что проклял Химеру. – Иначе плохо будет нам всем».
***
Варион закончил все приготовления и направился к выходу из «Старика Хемгура». Постоялый двор удачно расположился в Мясницком квартале: отсюда было недалеко до всех важных мест в Басселе, но суета центральных улиц всё же обходила это место стороной.
Уже внизу, в пока ещё пустующем главном зале, Химеру окликнул сам владелец таверны. Хемгуру было чуть за шестьдесят, но он держал себя в отличной форме. Его жёстким мускулистым рукам завидовал и сам Варион.
– А ты прихорошился, – заметил Хемгур с ухмылкой. – На свидание собрался?
– А то, как же? – улыбнулся Химера в ответ. – Свататься иду к отцу своей суженой.
Подготовился Варион весьма основательно. Не желая выделяться среди богачей Подворья, он облачился в один их лучших своих дублетов с чёрным меховым воротом, а волосы стянул в тугой хвост. На свой же скромный взгляд, Химера сейчас вполне мог сойти за столичного аристократа.
– Ну, удачи тебе, конечно, – хозяин постоялого двора на мгновение замялся. – Вообще, я тебе напомнить хотел…
– Да, я
– Я тебе уже подарил две лишних ночи, – сурово напомнил Хемгур. – Ты давно наш постоялец, да, и всегда платил вовремя, но дольше я уже тянуть не могу. Скоро праздник Жатвы. Свободных комнат почти не осталось, а нам надо деньги зарабатывать.
– Я сейчас на мели.
– Это я помню.
– Может, тебе как-то помочь надо? – не сдавался Химера. – Кикимору какую убить в обмен на ещё пару ночей?
– Я тебе кто, сельский староста? – насупился Хемгур. – Да и убийца кикимор из тебя такой себе бы вышел.
– Может, дров наколоть? Воды натаскать?
– А для этого у меня есть помощники, – владелец таверны оставался непреклонен. – Давай так: иди на своё свидание, а завтра утром комнату освободишь, если денег не найдёшь. Бывай.
Химера молча покинул постоялый двор и взял курс на Купеческое подворье. Он ожидал чего-то подобного, но хотел отложить разговор с Хемгуром хотя бы до вечера. Холодное ложе в глубине Лисьего Приюта ещё никогда не было так близко.
Ладаим уже ждал неподалёку от главного входа в Подворье. В тугой сиреневой мантии, перетянутой широким шёлковым поясом, он напоминал приезжего поэта или торговца редкими артефактами. Опознать в них с Химерой наёмных убийц не смог бы и сам Настоятель.
– Я поговорил с охраной, – Ладаим указал на главный вход. – Нас уже ждут.
Варион проследовал за другом в самое сердце бассельской торговли. Внутри царила душная атмосфера лизоблюдства, а от яркого убранства коридоров рябило в глазах. Никто из местных толстосумов не выказал подозрений в сторону Лис, а несколько слуг даже почтительно поздоровались.
Стража предупредила Касилиама о гостях, и он ожидал у двери своего кабинета на втором этаже в окружении знакомых уже наёмников. Толстосум наигранно улыбнулся и, велев охране никого не впускать, пригласил их внутрь.
Резкий запах благовоний и пряностей заставил Химеру раскатисто чихнуть. Варион вытер лицо и окинул взглядом торжество роскоши, которое представлял из себя этот заставленный дорогой мебелью и золотыми украшениями зал.
– Долго вас носило, – приторная маска вмиг испарилась с лица Броспего.
– Ты сам велел прихорошиться, – произнёс Химера. – Нельзя было выбрать место поспокойнее? Здесь слишком людно для таких дел.
– Все уже знают, что моя дочь пропала, – Касилиам откупорил изящную бутыль и наполнил серебряный бокал густым багровым напитком. – Я должен быть на виду, чтобы не вызвать подозрений. Стоит любой здешней гниде что-то надумать, они тут же побегут на поклон к Вальтехалу.
– Интересное всё же место, никогда не был внутри, – Варион огляделся. – Столько портретов на стенах, но ни одного королевского. Насмотрелись на него на монетах?