Химера

Бо Вова

Подойдя ближе к краю, увидел два массивных кресла-качалки. В одном из них сидел человек, а другое оставалось пустым. Махнув головой Элис, чтобы подождала тут, направился к Пятому.

— Сэдрик, — поприветствовал я его, плюхаясь в кресло.

Уставшее от долгого подъема тело наконец расслабилось. Черный отрастил себе какие-то перепонки между руками и ногами. И сейчас мерно планировал на ветру за краем крыши, как какая-то летающая белка.

— Восьмой, — ответил инквизитор. — Выпьешь?

— Нет, спасибо.

— Странно.

Обычно ты не отказываешься, на сколько мне известно.

— Времена не те, — отмахнулся я.

Это был крупный седовласый мужчина. Говорят, он был каким-то там командующим во времена войны с Иными. Даже не знаю, что он натворил, чтобы оказаться здесь.

— Знаешь, в чем преимущество и недостаток высокой позиции вроде этой башни?

— Ты видишь все вокруг, — произнес я, вглядываясь в горизонт.

С крыши был виден верхний край внешней стены, обрамляющей город. А за ней раскинулись бескрайние пустоши. Куда ни брось взгляд — везде одно и то же. Свобода, которая пахнет смертью. Впрочем это одно и то же.

— Видно всё и всех внизу. Но и тебя видно со всех сторон. Не забывай об этом, когда начнешь задавать вопросы, Восьмой.

Он махнул рукой перед собой. Но я понимал о чем он говорит. Даже отсюда можно было разглядеть черные провалы дотов в стене. Если ты сидишь так высоко, то значит кто-то позволил тебе здесь сидеть.

И хищные дула пулеметов ежечасно напоминают о том, что сидеть надо смирно. Уверен, у Альтаира хватает игрушек, чтобы разнести верхушку башни в любой момент. А Пятый никогда не спускается. И вряд ли потому, что ему нравится жить под вечным прицелом.

— Ты нашел Черного Дьявола, как я слышал, — произнес он, раскачиваясь в кресле.

— Скорее он меня, — ответил я. — Иначе бы я к тебе не сунулся.

— Как я понимаю, встреча прошла не очень удачно. И что ты хочешь от меня?

— Информацию. И оружие. Что-то, способное пробить броню полностью заряженного Черного Дьявола.

— А чем будешь расплачиваться? Ладно, не отвечай. Я знаю, что ты скажешь. А какую информацию ты хочешь получить?

— Черный ящик, который все ищут. Включая тебя. Кто потерял, что внутри и почему за это готовы напасть даже на инквизитора? И зачем он химере?

— Боюсь, — Пятый кивнул на черные провалы в стене, — эти вопросы вне моей компетенции. Если бы наше начальство хотело, чтобы ты знал, то само бы тебе сообщило.

— Зачем ты отправил тогда за мной слежку?

— Я за многими отправил слежку, не льсти себе. Но признаюсь, верил, что именно ты найдешь ящик. И раз ты уже встретился со своим ночным кошмаром, то я не ошибся. Или я не прав?

— Возможно, — ответил я. — Хоть что-то ты можешь мне сказать об этом ящике?

— Нет. Я и так сказал тебе слишком много.

— А как он хотя бы выглядит, знаешь? Это важно.

— Знаю, — кивнул Сэдрик. — И даже могу показать. Только что это тебе даст?

— Больше, чем ты думаешь. Возможно,

я даже знаю где искать содержимое. Оно нужно тебе?

— Мне — нет. А вот нашему начальству очень. Ты же понимаешь, что из башни ты выберешься лишь под тотальным контролем?

— Мне насрать. Если я доберусь до химеры, то все остальное можете забирать. Хоть инсигнию у меня вместе с рукой отрежьте.

— Знаю, — кивнул Пятый. Затем махнул рукой, подзывая охранника. Что-то ему прошептал на ухо и тот исчез. — Сегодня хорошая ночь, Восьмой. Редко когда удается вот так вот посидеть на свежем воздухе.

— Воздух тоже можешь себе оставить, — проворчал я.

— Какой ты все-таки… — он так и не смог подобрать подходящего слова. — Вот, держи.

Мне передали планшет. На нем было всего одно изображение. Громадный черный ящик с защитными накладками. В таких обычно транспортируют оружие или боеприпасы. Вряд ли в восьмом секторе завалялось много подобных.

— Ясно, — произнес я, возвращая планшет. — Теперь все сложилось.

— Поделишься со мной своими догадками, Восьмой?

— Тут слишком много глаз, — ответил я, кивая на черные провалы в стене. — Да ты и сам скоро все узнаешь. Что насчет оружия?

— Ждет тебя внизу, — ответил Пятый. — И помни, восьмерка. Если выживешь, будешь мне должен.

— Если, — кивнул я. — Но я не планирую влезать к тебе в долги.

— А жаль, — ответил Сэдрик. — Если бы ты решил остаться после этого дела, из нас получился бы отличный тандем.

— Это вряд ли, — произнес я, вставая с кресла.

— Восьмой, — остановил меня он. — Ветер нашептал мне пару дней назад, что один младший инквизитор оказался слишком настырным. И было бы неплохо, познакомься он с местными достопримечательностями.

— Я тебе не экскурсовод. Сам ей покажи.

— Да вот не хотелось бы. Впрочем, ты же не будешь против, если девчонка спустится вниз более быстрым способом?

Я замер, стоя спиной к краю крыши. Вдохнул холодный воздух, размышляя над услышанным.

— Это будет самый красивый рисунок. Прямо узор на асфальте. Мы сотворим шедевр, восьмерка, — подначивал Черный. — Я всегда знал, что быть художником — мое призвание.

— Мне кажется, Сэдрик, ты тоже засиделся тут. Может стоит иногда спускаться вниз, осматривать свои владения?

— Хах, — усмехнулся Пятый. — Не сдохни, восьмерка.

— Сам не сдохни, — попрощался я. — Восьмерка.

Спускаться — не подниматься. Вскоре мы уже стояли в холле первого этажа под присмотром группы охранников. Нас подвели к столу, на котором лежало оружие. Признаю честно, такой щедрости я не ожидал.

Взяв рукоять с ромбовидным навершием, врубил активатор. Купол разошелся в стороны, превращаясь в гарду, а из основания полыхнуло алое пламя. Короткий язычок эфирного ножа. Батарея в рукояти.