Хеми
Шрифт:
– Ничто не заставит меня не любить свой мир, а ты была им последние десять лет.
– Он помогает мне слезть с его колен и вылезти из машины, затем выпрыгивает из грузовика сам.
– Пойдем.
Когда мы оказываемся внутри, Хеми набирает ванную с пенной и зажигает свечи, пока я чищу зубы, наблюдая за ним через зеркало. Мне все еще мало его. Я ощущаю его приближение сзади прежде, чем чувствую его руки, обхватывающие меня. Я ощущаю тепло его дыхания, целующего мне шею.
Я откидываю назад голову и стону, пока он дразнит меня кольцом в
– Сними свою одежду.
Повернувшись в его руках, я беру низ платья и медленно снимаю его через голову, сильные руки Хеми следуют за платьем по моему телу. Его прикосновение мгновенно вызывает мурашки по коже, затвердение сосков и покалывание в теле.
Ничто не заводит меня сильнее, чем быть обнаженной для него. То, как он обращается с моим телом - красиво и завораживающе. Снаружи он может быть грубым, но как только он подпускает тебя к себе, становится лучшим любовником, которого можно иметь; к тому же, сейчас он нежнее, чем когда-либо я его видела. От этого я лишь сильнее люблю его.
Я отбрасываю платье в сторону. Хеми протягивает одну руку мне за спину и расстегивает бюстгальтер, прежде чем проложить дорожку поцелуями вниз по животу, снимая трусики и откидывая их, когда я переступаю через них.
Он стоит передо мной лишь в боксерах, его мышцы сжимаются, когда он смотрит на меня.
– Раздень меня, Оникс. Это тело твое и только твое. Тебе никогда больше не придется волноваться. Обещаю.
Я сжимаюсь от его слов, от мысли, что вся эта красота моя. Ненавижу делиться, особенно, если это касается его. Никогда не хотела, но раньше мне казалось, что у меня нет выбора.
Встав на колени, я хватаю резинку на его боксерах и медленно стягиваю их вниз по его мускулистому телу, наблюдая, как его член выпрыгивает на свободу. Черт, эти пирсинги заводят меня каждый раз. Я не считала возможным, что Хеми может стать еще красивей, но каким-то образом, ему это удалось. Все в его теле: мышцы, татуировки, пирсинги, даже движения лишают меня возможности дышать.
Как только его боксеры летят в сторону, Хеми поднимает меня и оборачивает мои ноги вокруг своей талии, фиксируя меня, но поддерживая.
– Помнишь, что я сказал тебе в последний раз, когда мы были в ванной?
Я киваю и прикусываю нижнюю губу, пока Хеми переступает в ванную и медленно опускается в воду со мной на руках. Должна признать, нет ничего, чего бы я хотела больше, чем заниматься с Хеми любовью. Я хотела этого столько, сколько себя помню и, как бы я не была напугана, я нуждаюсь в этом. Мне это так сильно нужно.
Нежно обхватывая мою талию, он приподнимает меня, прежде чем медленно посадить на свою эрекцию, прижимая губы к моей шее. Мы оба стонем, когда он проникает в меня, толкаясь настолько глубоко, насколько может. Наши тела сплетены, отчаянно соединяясь друг с другом, и это ощущается чертовски хорошо, слишком хорошо.
Целуя мою шею, он шепчет:
– Я люблю тебя.
– Он толкается в меня,
– Позволь мне услышать, как ты говоришь это, Оникс.
Он толкается глубже и обхватывает меня руками как можно сильнее. Я цепляюсь за него изо всех сил, обхватив ногами и руками, не в силах достаточно насладиться. Моя любовь к этому мужчине настолько сильна сейчас, что я едва могу дышать. Я не могу больше скрывать это. Из-за этого чертовски больно.
– Я люблю тебя, Хеми.
– Он ускоряет толчки, заставляя меня застонать и схватить его за волосы.
– Никогда не переставала. Не могла. Я так сильно люблю тебя.
Он улыбается напротив моих губ, затем прижимается к ним и занимается со мной любовью. Не грубым сумасшедшим сексом, к которому я привыкла. Нет, он нежно держит меня и входит, наши тела, словно единое целое. Это наиболее интимный момент, разделенный с Хеми, и сердце разбивается от знания того, что возможно это больше никогда не повториться.
Завтра я собираюсь разрушить его мир... и свой.
Глава 14
Хеми
Просыпаться рядом с Оникс - лучшее, что произошло за последние четыре года. Видеть ее тут, обнаженную и обернутую моими руками почти достаточно, чтобы заставить меня забыть все дерьмо этого мира. Почти... но не достаточно. Есть еще что-то, что удерживает меня и, как сильно я бы не пытался скрыть боль, она всегда присутствует во мне, угрожая выбраться наружу. Я лишь надеюсь, что она поймет это и попытается быть терпеливой. Я сильно изменился за эти четыре года, но никогда не стану на сто процентов цельным.
Она шевелится в моих руках, прижимаясь ко мне, когда я целую ее в макушку. Я не сплю последний час и не хотел шевелиться, боясь разбудить ее. Я боюсь того, что произойдет сегодня. Она сказала, что должна рассказать мне что-то важное. Должен признаться, я гадаю, не имеет ли она ребенка от кого-то и поэтому боится рассказать мне. Не могу вытерпеть эту мысль. Она убивает меня.
Когда я смотрю вниз на Оникс, она смотрит на меня с легкой улыбкой. От этого мое сердце расцветает от счастья. Черт. Я люблю эту женщину. Эта улыбка - лучшая вещь, которая случалась со мной.
– Доброе утро, - шепчет она.
– Который час?
Я сжимаю ее волосы и наклоняюсь, разбивая свои губы о ее. Она издает небольшой стон, прежде чем улыбнуться напротив моих губ.
– Полдень, - отвечаю я.
– Хотел дать тебе поспать.
Она садится, зевая, прежде чем потянуться к телефону.
– Блин! Мне, наверно, стоит написать Эш и сообщить, что со мной все хорошо. Должно быть, она гадает, почему я не пришла домой вчера.
Поцеловав ее еще раз, я встаю и тянусь к своим боксерам.