Хеллсинг: Моя земля
Шрифт:
И немедленно отключилась, пока я думала, что сказать в ответ. А я так и не придумала. Это все депрессия, будь она неладна.
***
— Есть вопросы?
Это Интегра интересуется. С первого взгляда подразумевается, что вопросов быть не должно, все изложено достаточно ясно. Но это иллюзия. На самом деле, она понимает, что вопросов не может не быть, и этим своим наводящим вопросом ориентирует меня, что
Снова меня куда-то не туда повело. На самом деле, она сообщила мне то, что я и так уже знала — про чипы, найденные в телах упырей, позволяющие превратить в упыря или вампира любого человека, равно как и управлять ими. Чипы идентифицировать не удалось, как и понять их принцип действия — такое могло производиться хоть в Америке, хоть на Тайване, хоть в Сингапуре. Я это знаю потому, что помню оригинальное аниме, но для настоящей Виктории вся рассказанная информация стала бы, конечно, шоком. Поэтому я его и изобразила. Интегра повелась.
Дальше стало немного интереснее. Поиск загадочной организации под названием «Миллениум» результатов не дал — слово не редкое, и в Интернете встречается только чуть реже, чем, скажем, «бесплатный секс прямо сейчас». Прощупывание информации по официальным каналам тоже оказалось бесцельным. А вот столь нелюбимая Интегрой католическая церковь неожиданно проявила полезность и предоставила запрашиваемые данные. В аниме это выглядело куда более пафосно и агрессивно, но суть оказалась все той же — «Миллениум» был организацией нацистов, посвященной исследованию и, по возможности, воспроизведению сверхъестественных существ. Надо полагать, упыриные чипы как раз и являлись таким вот средством воспроизведения.
— Есть вопросы? — нетерпеливо повторяет Интегра.
А вот интересно, если бы у меня на самом деле не было вопросов, ее бы это удивило? Наверняка. Но не будем превращать наш разговор в театр абсурда, футуризма и прочей ереси.
— Так точно, есть, — соглашаюсь я. — В чем заключается боевая задача?
Интегра хмыкает.
— Правильный вопрос, Серас. Поскольку Алукард с Артуром сегодня утром отбыли в Рио — искать хвосты «Миллениума», используя предоставленную католиками информацию…
Я шумно выдыхаю. Почему Артур? Но ведь… но ведь в оригинале все было по-другому!
– …то отправить на выполнение этой миссии я могу только тебя с Андреевой, — невозмутимо заканчивает Интегра. — А что, какие-то проблемы?
Тут даже и не знаешь, с чего начать. Отбыли в Рио… это же там будет какой-то мутный дядька в костюме с картами, от которых не сворачивалась кровь. В аниме он таким манером чуть не убил Алукарда, и только отважная Виктория (то есть я) ураганным огнем противотанкового ружья отогнала вампира и дала Алукарду возможность собраться с силами и контратаковать. А тут, получается, Артур вместо меня будет отдуваться. Бедный, мающийся разбитым сердцем Артур. Потом… что потом? Потом Влада — она же не в состоянии даже встать, какая еще миссия в такое время? Ну и напоследок повтор — в
— Никаких проблем, — отвечаю ровно. — Каково наше задание?
— Мы локализовали производителя фрик-чипов, — радует Интегра. — Фабрика находится в Гонконге, ее нужно уничтожить. Вы отправляетесь завтра утром.
Уничтожать — это хорошо. Ломать не строить, как метко подметила одна моя подруга. Ныне вампир. Вот только…
— Операцию будем проводить мы вдвоем?
— Конечно, нет, — усмехается Интегра. — Пойдем, кстати, познакомишься со своими новыми однополчанами. И напарницу тоже прихвати — ей не помешает развеяться.
***
Странная штука жизнь. Или, если конкретизировать, странные все же существа — люди. И вампиры тоже, до кучи. Еще утром я сидела в черной депрессии, страдая от непонятного поведения Владки, от отношения Алукарда, холодного и отстраненного, от сочувствия несчастной Кристине… А сейчас вот — валяюсь в укрытии, напряженная до предела, нервы как натянутые струны, но довольная, чуть ли не облизываясь от предвкушения. Как говорится, ожидание хорошей драки лучше самой драки!
Тут мимо меня с визгом пролетает срикошетившая пуля, и философские мысли сдувает куда-то в неизвестные глубины.
На долю секунды выглядываю из-за полуразрушенной кирпичной стены, как выясняется, совершенно зря — все поле обзора заволакивает мутная белая пыль. То ли бетонная крошка от здания напротив, то ли перекрытия где-то рухнули, и это штукатурка — бог его знает. Но лупят по нам, конечно, здорово. От души.
Принудительно зеваю несколько раз — от грохота уши закладывает все сильнее. Интересно, это из АГС у них так хорошо получается, или это условный вражеский танк? Для гранатомета вроде бы слишком редкий огонь, наверное, все же танковое орудие работает. Все равно что кувалдой гатят, демоны. Да еще из пулемета кто-то сверху добавляет, прижимая нас к земле. И самое печальное, что напрочь неясно, куда теперь бежать — видимость у меня еще хуже, чем у противоположной стороны. В таких случаях — а их много было, случаев, пока мы воевали дома — полагается связываться с командованием, либо — на самый крайний случай — запускать беспилотник для разведки и выработки оперативных путей отхода. Только вот ни связи у меня нет, ни даже квадрокоптера. Неприятная ситуация. Не смертельная, понятно, но неприятная.
Тем временем паузы между выстрелами становятся все длиннее — дом заволакивает дымом и пылью окончательно, и рассмотреть что-то здесь противнику становится все сложнее. А вот это уже скорее хорошо.
«Влада, наблюдаешь провал в стене на десять часов?»
«Так точно».
«Прямо сейчас сдвигаешься туда и контролируешь проход. Я пройду справа, по второму этажу, потом по сигналу подавим пулеметчика и выйдем на дистанцию поражения брони.»