Healing
Шрифт:
– Может, поймаем его и будем пытать, пока он наконец не примет решение?
– Больше всего меня пугает, что я нахожу этот вариант соблазнительным, - пробор-мотала под нос Хэл.
– Притормозите, - Ени осуждающе покачала головой.
– Не надо недооценивать Кар-са. При всех его недостатках, он все-таки мой друг, а с ничтожествами я не дружу. Просто ему сложно разобраться во всем из-за семейной истории и общего гадства характера.
– То есть? Если бы Тэйво десять тысяч лет назад не предали Императорскую семью, кто-то из нас уже составлял бы с ним сладкую парочку?
– Оро саркастично
– Очень остроумно. Хотя, может быть, и верно. Его же с рождения ориентировали исключительно на завоевание титула и не научили общаться с людьми и ориентироваться в собственных чувствах. Поэтому для него сейчас это шок. Он просто не может разо-браться, все смешано в кучу: ваше с ним прошлое, нынешний определенный интерес, дружба со мной и так далее. Мальчик просто растерялся, я так думаю.
– Значит, на самом деле, ему с самого начала нравилась только одна. Просто он не мог определить, какие чувства что означают?
– тихо спросила Хэл. Ени утвердительно кивнула.
– Значит, все как прежде, мы остаемся на милости Лецри и должны ждать, пока он наконец не разберется? Чёрт. Я действительно ненавижу ждать.
– Не волнуйся, мне кажется, осталось недолго, - успокоила Ени Оролен.
– Ему гор-дость не позволит долго находиться в таком состоянии, поэтому ему нужен только завер-шающий толчок. И, думаю, сегодня, он его получил.
Судя по лицам её подруг, в напоминании об их сегодняшнем поведении было мало приятного.
– Что ни говори, а теперь у меня есть компромат на всю оставшуюся жизнь, - Ени за-хихикала.
– Так что не рекомендую вам меня злить, а то расскажу, как Лучшие студентки краснели и мялись как дикарки.
– По-моему, ты слишком увлеклась ролью умудренной советчицы, - Хэллин не могла так просто это оставить.
– Именно, - Оролен вскочила на ноги, потянулась и оглянулась на Айению.
– Может, мы и завязли в этом кошмаре из-за наше собственной глупости и слабости, но ты-то поче-му сдалась так быстро?
Насмешливый тон голоса Оро не мог её обмануть: та спрашивала серьёзно. Айения медленно встала, отряхнула колени брюк и тихо, но твердо произнесла:
– Если бы было за что бороться, может быть, и не сдалась. Но если он даже о нашей родственной связи хочет забыть? И все странности только из-за того, что я дочь его сест-ры.
– Забыть?
– повторила Хэл.
– Это как?
Ени закрыла глаза:
– "Если хотите, можете забыть всё, что я Вам сказал. Теперь это уже не важно". Ко-нец цитаты.
Она открыла глаза и вымученно улыбнулась.
– Вот видите.
В комнате повисло молчание.
– Я пойду, хорошо?
– и не дожидаясь ответа, она ушла к себе.
– Что за ублюдок!
– с чувством произнесла Оро.
– Чёрт с ними, с чувствами Ени, нет, ну конечно, не чёрт... Но он прежде всего её родственник! Какого он это делает? По-моему, такому не место в Друине.
– Хмм. Странно все это. Если он хотел порвать все связи с Шонорами и Ени, зачем надо было сначала признаваться в этом? Мог бы и просто молчать. Что-то тут не так.
– Инопланетяне, - философски заметила Оро.
– Нам никогда их не понять.
Приподнятая бровь Хэл подсказала ей, что последнее замечание было неуместным.
–
– В любом случае, у нас с тобой дела поважнее, если помнишь.
– Ага, сидеть и дожидаться решения Лецри. Просто цель всего моего существования!
– Идиотка, я имела в виду подготовку к играм! Шутка, - быстро поправилась Хэл, за-метив, как исказилась лицо Оролен. Лецри все-таки был запретной темой.
– Я доверяю мнению Ени, в конце концов, она его знает лучше всех. Так что, ждать нам осталось не-долго.
– Страшно?
– этот голос Хэл слышала редко, он был настолько пустой и отстранен-ный, как будто сухой лёд тёрся о кожу. Он звучал, только когда Оро говорила о своих ро-дителях.
– Да, - вместе с подтверждающим кивком.
– Но правду я хочу узнать больше. В конце концов, у меня такой же шанс, что и у тебя!
– Не наглей слишком, я ведь ещё не использовала свою секретную технику!
– Это же не драка, Сакаят. Вот именно поэтому у тебя парня и не было.
Часть 5
С самого утра у Ени было плохое настроение, в причинах которого она разбираться не стала. Очевидно, что они были и их было слишком много. Её мрачность ещё усугуби-лась, когда она заметила в одном из малолюдных коридоров Академии нахохлившегося Лецри. Некоторые люди в состоянии раздражения становятся говорливыми, из других слова не вытянешь. Когда у Ени бывало не самое лучшее настроение, она переходила на телеграфный стиль общения. Тем более что с Акарасом взаимопонимание у них было на высоте:
– Понял?
Кивок.
– Осознал?
Депрессивный кивок.
– Ну?
Парень только вздохнул. Ени тоже сказать больше было нечего, и она просто отвер-нулась и прислонилась спиной к стенке.
– Конечно, так больше продолжаться не может, - тихо начал Карс.
– И я, наверное, это знаю лучше всех. Потому что...
– он запнулся, - можешь не верить, но мне кажется, я давно знаю ответ.
Айения постаралась сделать свой смешок хотя бы беззвучным.
– Но... мне страшно... Да, я - трус, я признаюсь, - поспешно добавил он, чтобы его слушательница не успела ничего вставить, - это не самое серьёзное откровение в моей жизни, предыдущее, при котором ты присутствовала, было пострашней. И пугает меня не неизвестность, ну, не только неизвестность, но и то, что когда я сделаю последний шаг, назад дороги не будет. Такое вот я... Поэтому, Айя, помоги мне, пожалуйста, - он повер-нулся и поглядел на девушку умоляющими глазами.
Если бы дело касалось чего-нибудь другого, Айения, скорей всего, пристыдила бы его, издевательски заявив, что "высокородному наследнику, тем более собирающемуся стать летчиком, не пристало колебаться в принятии решений, а тем более просить других, чтобы решение приняли за него". Но за последнее время она была очевидцем слишком многих изменений в людях, которым не повезло влюбиться. И на собственном опыте ис-пытав смятение, с которым не в силах справиться, кажется, никто в мире, она не могла от-казать Акарасу в помощи. Ведь ему требовался толчок не в том, чтобы выбрать кого-то, а чтобы просто выбрать. Поэтому к вопросу нужно было подойти осторожно.