Хасидские предания

Бубер Мартин

Эти слова передали ученому мужу. "Что по преимуществу

читает этот равви?" - спросил он. "Книгу Великолепия" ("Зо-

хар"), - ответили ему. Тогда ученый муж выбрал труднейший

отрывок из Зохара и пошел в Мезбиж спросить о нем равви

Баруха. Войдя в комнату равви, он увидел лежащий на столе

Зохар, открытый на том самом месте, которое он выбрал для

вопроса. "Что за странное совпадение?" - подумал ученый

муж

и стал подыскивать в памяти другой трудный отрывок, чтобы

с его помощью сбить с толку равви. Но цадик опередил его:

"Начитан ли ты в Талмуде?" - спросил он. "Да, и очень хоро-

шо", - ответил гость улыбнувшись. "В Талмуде, - сказал равви

Барух, - сказано, что когда ребенок пребывает во чреве матери,

над головой его загорается свет и он познает всю Тору, но когда

наступает время и он выходит на белый свет, ангел шлепает его

по губам, и поэтому ребенок забывает все, что познал. Как мы

должны понимать это? Почему он постигает все только затем,

чтобы забыть?" "Литовец" не мог вымолвить ни слова. Равви

Барух продолжал: "Что ж, я сам отвечу на этот вопрос. На

первый взгляд неясно, зачем Бог сотворил забывчивость. Но

смысл этого в следующем: если бы не было забывчивости, то

человек постоянно бы думал о смерти. Он бы не строил дома,

ничем бы не занимался. Вот почему Бог вложил в человека

забывчивость. Одному ангелу Он повелел учить ребенка всему

так, чтобы тот ничего не забыл, а другому повелел шлепать его

по губам и делать забывчивым. Когда же второй ангел этого не

делает, я его заменяю. А теперь твоя очередь: прочти мне весь

этот отрывок из Талмуда". Человек из Литвы попытался было

сделать это, но запнулся и не смог вымолвить ни единого слова.

Он ушел из дома равви, позабыв все, что знал. Он превратился

в простеца! Вскоре "литовец" стал прислужником при синагоге

в Бердичеве.

БЛАГОСЛОВЕНИЕ ЛУНЫ

Как-то зимой темные облачные ночи шли одна за другой.

Луны не было видно, и равви Барух не мог произнести благо-

словение. В одну из таких ночей он то и дело посылал глядеть на

небо, но каждый раз ему говорили, что оно черным-черно и с не-

го валит густой снег. Наконец Барух сказал: "Если бы я вел себя

подобающим образом, луна, несомненно, появилась бы! Но те-

перь мне следует покаяться. А поскольку я теперь не силен

сделать даже это, то мне следует, по крайней мере, признаться

в своих грехах". И с уст равви Баруха с такой силой сошла

исповедь, что все присутствовавшие были потрясены: сердца их

содрогнулись и они

обратились к Богу. И тут кто-то вошел

и сказал: "Снег прекратился, и луну стало видно". Равви Барух

сразу же оделся и вышел. Облака рассеялись, среди сияющих

звезд блистала луна. И равви произнес свое благословение.

ИГРА в ПРЯТКИ

Внук равви Баруха Иехиэль как-то играл с одним мальчиком

в прятки. Он хорошо спрятался и ждал, покуда приятель его

найдет. Подождав довольно долго, он вылез из своего укрытия,

но другого мальчика нигде не было видно. Иехиэль понял, что

тот не искал его с самого начала. Заплакав, он побежал к деду

и пожаловался на своего товарища. И тогда на глазах равви

Баруха тоже выступили слезы, и он сказал: "Бог говорит то же

самое: "Я укрылся, но никто не хочет искать Меня".

ДВА Фитиля

У другого внука равви Баруха, Израэля, появилась привычка

громко плакать во время молитвы. Однажды дед сказал ему:

"Дитя мое, знаешь ли ты разницу между фитилем из хлопка

и фитилем из льна? Первый горит спокойно, а второй шипит

и брызгает! Верь мне, что во время молитвы одного простого, но

истинного жеста, даже если это всего лишь движение пальца на

ноге, вполне достаточно".

ДВОЙСТВЕННОСТЬ МИРА

Равви Барух однажды сказал: "Сколь хорош и прекрасен этот

мир, если мы не теряем в нем наших сердец, и сколь он мрачен,

если теряем!"

ДОВ БАЭР ИЗ МЕЖРИЧА,

ВЕЛИКИЙ МАГГИД

СЕМЕЙНОЕ ДРЕВО

Когда равви Баэру было пять лет, в доме его отца случился

пожар. Слыша, как плачет и убивается мать, он спросил: "Мама,

следует ли нам так горевать о потере дома?"

"Я плачу не о доме, - ответила мать, - а о том, что сгорело

наше семейное древо. Его корни восходили к равви Иоханану*,

изготовителю сандалий, одному из учителей в Талмуде".

"Так вот в чем дело!
– воскликнул сын.
– Тогда я создам

новое семейное древо, которое будет начинаться с меня".

ПРОКЛЯТИЕ

Когда равви Баэр был молодым, он и его жена жили в вели-

кой бедности. Они поселились в убогой глинобитной хижине за

городом, за которую не нужно было платить. Там его жена