Харшини
Шрифт:
— Держишься на ногах? — спросил Тарджа.
— Кажется, да.
— А где Брэк?
— Умер.
— Соболезную. — Было видно, что Тарджа не кривит душой, но Р'шейл знала, что он не станет долго печалиться об этой смерти. Это горе ей придется вытерпеть одной. — Давай выберемся отсюда.
— У тебя все в порядке?
Он оторвал взгляд от нее, посмотрел на хаос, заполнивший улицы, и улыбнулся.
— Ты об этом?
Она кивнула.
— Да, насколько я могу судить, все идет нормально. Сразу после рассвета тут было… ну, я не знаю, что это было, но почти все харшини попадали без сознания, а остальные
— Кариенцы поднялись?
— Не беспокойся, ничего серьезного. Они больше бьют друг-друга, чем нас, но все-таки с этим нужно что-то делать. Сержант! — К ним подбежал и отдал честь стоявший поодаль защитник. — Проследите, чтобы она дошла до своих покоев, и поставьте стражу. Я не хочу, чтобы леди Р'шейл тревожили, пока она отдыхает, понятно?
— Да, господин.
— Тарджа, мне не нужна…
— Заткнись, Р'шейл. Ты еле стоишь. Сержант, когда леди Р'шейл будет доставлена в ее покои, найдите Мэнду Родак и попросите ее позаботиться о леди.
— Тарджа!
Тарджа ухмыльнулся, видя, что она отчетливо поняла, что означает его приказ. Мэнда и пошевелиться ей не даст, пока не решит, что Р'шейл полностью оправилась. Хуже того, Мэнда будет настаивать на том, чтобы называть ее «божественная». Поручив ее заботам сержанта, он побежал к своему коню, на ходу выкрикивая приказы, вскочил в седло и поскакал со своим отрядом к главным воротам. Р'шейл яростно прорычала что-то невразумительное ему вслед, но сил сопротивляться у нее уже не было. Она позволила защитнику втащить себя в седло и увезти прочь от хаоса, заполнившего улицы Цитадели.
Глава 61
Защитники без особого труда отбили атаку на Цитадель. Кариенцы были слишком дезорганизованы, чтобы представлять серьезную угрозу, несмотря на значительный численный перевес. К полудню их оттеснили на другой берег Саран. А многих и значительно дальше. Дезертирство стремительно косило ряды кариенской армии. Гарет считал, что численность противника не превышает теперь семидесяти тысяч.
Когда Тарджа наконец вернулся в свой кабинет, чтобы разбираться с последствиями неразберихи, устроенной Р'шейл, он был уже полностью измотан. Вчерашней праздничной ночью он не удержался и выпил слишком много вина. Когда на рассвете вся преисподняя сорвалась с цепей и выплеснулась на улицы Цитадели, он лежал в постели с Мэндой в ее объятиях, густые светлые волосы девушки разметались по подушке и щекотали ему нос, а в голове царил сущий бардак. Он резко отстранил ее, удивляясь себе. Он ведь не собирался принимать участие в празднике. Он даже не думал затаскивать Мэнду в постель и не мог теперь избавиться от впечатления, что сделал это только потому, что его благословила на это Р'шейл. «Проклятье. Проклятые харшини».
Увидев, что ее сильно задел его торопливый жест, Тарджа звучно поцеловал Мэнду, пообещал увидеть ее позже и выскочил из комнаты, на ходу натягивая одежду. Он как раз прыгал на одной ноге, одевая на другую сапог, когда в дверь без стука вошел Гарет.
— Похоже, что на нас напали, милорд, — спокойно уведомил его Гарет. Он посмотрел на заспанно зевающую в дверях спальни Мэнду, закутавшуюся в одну простыню. —
— Доброе утро, комендант.
Тарджа настороженно посмотрел на Гарета, ожидая, что тот скажет ему что-нибудь связанное с появлением молодой язычницы в его комнате. Ему было дурно с утра, и он готов был отреагировать даже на неосторожный взгляд.
Но самообладание коменданта, видимо, было непоколебимо.
— Да, и горожане тоже волнуются.
— Проклятье, да что же это?
— Мне кажется, что это как-то связано с планами Р'шейл, но не уверен. Я полагаю, тебе стоит поторопиться, милорд. Кажется, нам сегодня будет чем заняться.
И это было очень мягко сказано. Дел оказалось невпроворот. Пришлось отбиваться от кариенцев и утихомиривать горожан. Озверевших и недоумевающих жителей постепенно разгоняли по домам, но и это было еще не все.
Постоянно оказывалось, что нужно сделать что-то еще.
Когда же наконец он отворил дверь своего кабинета, то обнаружил там поджидающих его харшини. Трое из них были одеты в свои любимые белые хламиды, а двое щеголяли в одеждах наездников драконов. Все пятеро торжественно поклонились ему, когда он вошел, и осторожно приблизились к его столу.
— Господин защитник.
— Как там Шан… ваша королева?
— Приходит в себя, милорд, — сообщил один из харшини в белой хламиде. — Мы очень благодарны вам за помощь этим утром.
— А как остальные ваши люди?
— У нас все хорошо, господин. Спасибо за заботу.
Эти постоянные благодарности начали утомлять его.
— Чем я могу быть вам полезен?
— Мы пришли предложить свою помощь, милорд. — Это сказала одна из одетых в кожаные костюмы харшини. Улыбаясь, она представилась ему: — Я Пиларена, а вот это Джалерана. Я имела честь помогать принцу Дамиану в его путешествии на север, а мой товарищ сопровождал короля Габлета в его плавании. Мы пришли, чтобы скоординировать ваши усилия, милорд.
Тарджа ошеломленно откинулся на спинку своего кресла.
— Скоординировать мои усилия?
— Мы будет доставлять сообщения, милорд, — объяснил второй наездник. — Если они будут устными, то мы можем доставлять любые радостные послания. Ну а если вы захотите передать что-нибудь другое… тогда мы просим, чтобы они были написаны и запечатаны, а нас не нужно извещать об их содержании.
Тарджа понимающе кивнул. Харшини не могли способствовать военным действиям. Если они будут знать, что доставляемые ими сообщения станут причиной чьей-то смерти, они не смогут их доставлять. Он улыбнулся, подумав, что харшини очень просто недооценивать. Их раса существовала тысячи лет, будучи неспособной шевельнуть пальцем ради защиты своей жизни. И теперь он начал понимать, как им это удавалось.
— Вы можете показать мне, где они сейчас? — спросил он, указывая на карту, развернутую на его столе. Вчера они с Гаретом долго рассматривали ее и гадали, докуда успел дойти Дамиан. Джалерана кивнул и подошел к столу.
— Высочайший Принц вот здесь, милорд. С ним сейчас около сорока тысяч человек. Король Фардоннии вот здесь, и у него еще десять тысяч. Его величество просил передать извинения за то, что он не смог взять большего количества солдат. Это все, что он сумел собрать на момент отправления, да его суда и не вмещают больше.