Ханет. Том 1
Шрифт:
– Если бы я мог точно объяснить! В какой-то момент… Я ведь рассказывал тебе, как стражи чувствуют приход Красной Луны?
– Неоднократно.
– Все чувства обостряются, меняются запахи, звуки, само течение времени словно замедляется для нас. Ты просто всей кожей чувствуешь опасность, – не слушая его, произнес Мэйрис, явно вновь погрузившийся в собственные мысли. – И во время боя – всего на миг! – я почувствовал нечто похожее. Мимолетное, будто дуновение
– А потом решил вернуться и на всякий случай проверить. – Лалиэлль хорошо знал своего друга. Если что-то застревало у того в мыслях – пиши пропало.
– Верно. И когда я коснулся стены, там, под нишей, в которой была установлена тыква, камни будто застонали под моей ладонью. Не знаю, как объяснить лучше.
Лалиэлль покачал головой. Происходящее нравилось ему все меньше и меньше, он не мог отделаться от чувства, что произошло или происходит что-то очень скверное. И они с Мэйрисом оказались в это «что-то» втянуты.
Поднявшись в свой номер, он первым делом подошел к столу, заваленному папками с рисунками, начал открывать одну за другой.
– Что ты ищешь?
– Возможно, у меня просто разыгралось воображение, но… мне почему-то кажется, будто я уже видел тот узор. Кажется, это было во сне, но... Да и ты, ты мог что-то почувствовать, но… ты словно знал, где и что искать. А может, мы оба просто сошли с ума. Признаться, я даже надеюсь на это.
– Может и сошли. Погоди, давай попробуем иначе.
Мэйрис поднял руки над папками, прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям.
– Здесь, – севшим голосом произнес он, опустив ладонь. – Ищи здесь.
Лалиэлль вытащил папку из-под его руки, открыл, а Мэйрис, помедлив миг, потянул за уголок один из рисунков, вытянул наружу, бросил на стол, словно тот жег ему пальцы.
Лалиэлль уже знал, что увидит, но все равно почувствовал, как прошла по спине холодная дрожь, а волоски на руках и затылке встали дыбом. Перед ними лежало то самое изображение. Вне всякого сомнения, сделанное его рукой.
– Атэл?.. – в дверь просунул голову Йонфи. – Там атир вернулась домой, а с нею элунг шаджаррадэра Забрага, Денджирг Крепкая Хватка. Вас зовут. Атэл Мэйрис, ваша атир тоже с ними пришла.
Друзья переглянулись.
– Бери эту дрянь и идем, – Мэйрис кивнул на рисунок. – Про Крепкую Хватку я слышал немало хорошего. Если кто и разберется в этом деле, то это
Часть IV. Запрещённая магия. Глава 17. Шаджйаранги
Йоджинг Свирепая была вне себя.
– Это отвратительное преступление должно быть наказано по всей строгости закона! Никогда прежде такого не случалось в Забраге! И ведь вся эта зараза бесчестья исходит от людей!
– Не стоит быть такой людофобкой, – Денджирг, сидящая по другую сторону рабочего стола Йоджинг в ее кабинете, отхлебнула чая из большой глиняной кружки и продолжила: – Дело ведь не только в людях. Беда в том, что того, кто слаб сердцем, нетрудно совратить с истинного пути.
– Чушь! Если бы не люди… После предыдущего боя, на который мы их допустили, они напились как свиньи, расписали Арену непристойностями на своем языке, заблевали все таверны, куда им открыт вход, да еще и устроили драку на пороге «Лисьего хвоста». Когда Литр-Сидра попыталась их образумить, они вроде как ушли, но утром она обнаружила кучу у себя на заднем крыльце! Кучу навалили ей под дверь, ты представляешь?! – Йоджинг вскинула руки, растопырив все двенадцать пальцев, демонстрируя, насколько возмущена поведением приезжих.
– Я не знала об этом, – покачала головой Денджирг. – Какая мерзость!
Йоджинг фыркнула.
– Конечно, не знала! У вас в Благословенном городе подобные безобразия не происходят. А у меня каждую весну и осень такие представления! Они пока поодиночке, вполне вменяемые существа. Приезжают летом, торгуют мирно. Но стоит им собраться вместе – превращаются в дикарей. Вандализм просыпается, жестокость! Как-то, лет сорок назад, пьяная компания ловила фей в Озерном залеске и убивала разными способами. Когда я спросила их, зачем, они даже толком не смогли ответить. И только тот, кто был у них заводилой, сказал, что им было интересно испытать, насколько феи выносливы. Можешь себе представить? Ради интереса они их убивали, твари бессердечные!
Денджирг слышала, что у Йоджинг в саду живет маленькая колония искалеченных фей. Вот, значит, откуда они… И закон, запрещающий людям выходить за черту города, насколько она помнила, приняли в то же время. Сама Денджирг вступила в должность пятнадцать лет назад, и полностью историю о злодеях, покалечивших фей, слышала впервые. Но почему её наставница, Шиншарг Дыхание, молчала до сих пор? Может быть, не хотела, чтобы преемница ожесточилась сердцем?
– Это ужасно, – глухо произнесла Денджирг.
– Люди – зло!
– Но есть же среди них и хорошие, – возразила Денджирг. Они с Йоджинг словно поменялись ролями, ведь это она всегда убеждала наставницу, что с людьми нечего церемониться. – Профессора, артисты, гзартмы и даже торговцы...
– Есть, – нехотя согласилась Йоджинг после долгой паузы. – И только из-за них я не хочу стереть людей с лица земли всех до единого.
– Удра против ненависти без причины! Не ты ли всегда твердила, что люди оказываются здесь по Её воле и не наше дело – спорить с Великой Матерью?!