Хакеры
Шрифт:
«Информация принята. Требуется увеличение базы данных».
Универсальные переводчики и рефераты, каталоги машин и фотоэкспозиции известных картинных галерей, игры и сборники анекдотов…
«Информация принята. Требуется увеличение базы данных».
«Информация принята. Требуется увеличение базы данных».
Псевдоразум пожирал – именно пожирал – самую разнообразную информацию с невероятной алчностью. Около десяти часов Ринат просидел, практически не вставая с места, убивая одну за другой сигареты, которые, впрочем, не помогали успокоиться. А когда дисков осталось не более дюжины, на экране возникла новая надпись:
«Информация
Замигала лампочка винчестера – быстро, напряженно. Внутри происходило невидимое движение.
Ринат закурил новую сигарету, но, почувствовав, что его уже тошнит от никотина, затушил ее и поднялся с места.
Четыре часа. Что потом? Неужели это сработает? Неужели…
Хотелось прыгать, хотелось закричать от радости, хотелось с кем-нибудь поделиться… делиться было не с кем.
В холодильнике заботливый Рубен оставил среди всякой снеди несколько бутылок красного вина, которое сейчас оказалось как нельзя кстати. Ринат даже не стал искать бокал – открыв бутылку, прямо из горла высосал добрую половину, а с оставшимся вином вышел на улицу и уселся прямо на крыльцо, под тихим ночным небом.
Он не спал уже почти сутки, но спать не хотелось. Адреналин в крови пытался заставить действовать тело, и у Рината даже появился какой-то нервный зуд. Надо было всего лишь прождать эти четыре часа, и сейчас это казалось ему самым тяжелым испытанием.
11111
Холовизор работал в режиме ознакомления – автоматически перещелкивал каналы каждые двадцать секунд. Уже который раз он прошелся по кругу, заново начиная с первого канала, но никто не отдавал команды остановиться. Хозяин дремал, развалившись напротив на широком диване, и пульт, выпавший из руки, отдав во время падения свою последнюю команду, валялся у него под ногами. На небольшом столике рядом с диваном стоял маленький кальян и лежал полиэтиленовый пакетик размером с пачку сигарет, внутри которого находилась какая-то масса темно-зеленого цвета.
Обстановка квартиры наводила на мысль о состоятельности владельца. Об этом говорило все, начиная от нового, недоступного представителям среднего класса телеприемника с голографическим изображением и кончая дорогой мебелью в модном стиле «агрессор» из необработанного дерева, скомбинированного с прозрачным пластиком, оригинально сочетавшейся со стальными конструкциями стен. Да и сама по себе квартира была недешевой – четыре комнаты в тихом центре Москвы стоили баснословных денег даже без мебели и внутренней отделки.
За окном моросил летний дождь, добавляя прохлады ночному воздуху. Легко колыхалась штора перед открытой дверью балкона, и, если не учитывать работающий холовизор, можно было с полной уверенностью сказать, что в этой квартире царил абсолютный покой.
Человек, стоящий на крыше семнадцатиэтажного дома, не видел, что происходит внутри нужной ему квартиры, находящейся пятью этажами ниже. Присев возле невысокого ограждения на самом краю крыши, он натягивал на руки перчатки, которые со всех сторон подобно наждачной бумаге были усыпаны мелкой металлической пылью и крохотными шипами. Такие перчатки использовали гладиаторы в смертельных поединках на подпольных боях, но сейчас они должны были сыграть отнюдь не роль опасного оружия.
Человек выпрямился в полный рост, наклонился, в последний раз посмотрев на балконы, которые располагались прямо под ним, затем перелез через ограду
Ему хватило примерно десяти секунд, чтобы спуститься до нужного этажа. Подтянувшись, человек сильным рывком перебросил тело через перила, посмотрел в окно на ярко освещенную комнату, а затем шагнул в незапертую балконную дверь.
Парень, спавший перед включенным холовизором, проснулся от шороха, вскочил и несколько секунд бессмысленно смотрел на отряхивающегося от дождевых капель человека, а потом, вглядевшись в лицо ночного гостя, спросил:
– Это кто ж тебе так рыло изуродовал? А, Джет? Чекисты?
Джет приподнял очки и провел рукой по широкому шраму, тянущемуся от левого глаза до подбородка.
– Наклейка, – пояснил он, опуская очки на место. – От настоящего не отличишь, да, Илюха?
– Тебе чего надо? – мрачно поинтересовался Илюха. – Не помню, чтобы я тебя в гости приглашал…
– Ты не косись туда, не косись, все равно не успеешь, – посоветовал Джет, кивая на небольшую тумбочку, стоящую у входа в комнату. – Что у тебя там? Автомат?
Судя по всему, Джет не получал удовольствия от ситуации. Тон экс-начальника Сетевой полиции был обыденным, с некоторой долей равнодушия и формального сочувствия. Или он делал вид – тогда воистину шоу-бизнес многое потерял, не заполучив Джета в ряды актеров.
Хотя, если верить тому, что о нем написали в последние дни газеты, это не показуха. Версия, что Джет – сумасшедший, прочно заняла свое место в первых строчках слухов. А психи не играют – они так живут.
– Пистолет, – угрюмо ответил Илюха.
– А разрешение на него есть?
– Слышь, Джет, я тебя умоляю… – парень презрительно скривился.
– Ты будешь умолять, – ласково пообещал Джет. – Это я тебе обещаю. Ведь я теперь не связан законом, и ты, маленький гаденыш, можешь не рассчитывать на папу и маму – они тебе сейчас помогут не больше, чем та пушка, которую ты так хочешь взять. Ты попал, Илюха, ты крупно попал, и твою обдолбанную башку сейчас могут спасти только правильные ответы на мои вопросы.
Джет посмотрел Илюхе в глаза – и парень почти сразу отвел взгляд. Он понимал, что перед ним не полицейский, пришедший исполнять волю закона, перед ним имп, которому нечего терять, и поэтому защиты от него нет: не помогут ни пистолет, ни связи родителей.
Илюха вспомнил, как около года назад он, задержанный по подозрению в пособничестве хакерам, стоял точно так же в кабинете, а за столом перед ним сидел какой-то сетевик в чине майора. Ох и поглумился тогда Илюха, нагло отвечая на все вопросы «нет»! Не видел, не знаю, не помню… А потом его предки позвонили кому надо – и Илюху тут же выпустили… хотя нет, не сразу. Тогда Илюха и познакомился с Джетом, зашедшим в кабинет майора посмотреть на парня, которым лично интересовался Генеральный прокурор России. Познакомился – и потом, отойдя от взбучки, устроенной ему отцом, рассказывал своим друзьям о том, что даже Джет ничего не смог ему сделать.