H.I.V.E. Гранит
Шрифт:
Дочитав, Кондратьев смял в кулаке бумажный лист и бездумно уставился в окно. Только что порвалась последняя ниточка, которая связывала его с домом. Почему-то только сейчас, после записки майора, он понял: больше никогда ему не увидеть родных, не будет спокойной жизни, что оставшаяся жизнь, сколько бы её ни было, окажется полна крови, потерь и боли.
– Там это, - тихий и виноватый голос Карандаша вывел его из пространного состояния, - пальба стихла.
– Пошли.
В этот раз дверь в бункер была открыта. Рядом с ней у самого порога сидел Филиппов, привалившись спиной к крашенной бетонной стене и опустив голову на грудь. Рядом с ним на полу лежал «ярыгин», а на стене за ним расплылось
Кондратьевожидал, что Карандаша вот-вот вывернет от окружающего амбре. Но тот держался на удивление достойно.
– Я ещё и не то видел, - буркнул он на вопрос «комода». – Привык. Слушай, зачем мы здесь? Только не говори, что ты их всех хочешь похоронить.
– А ты против? – сквозь зубы произнёс Кондратьев.
– Против. И не потому, что в падлу, а из-за того, что скоро тут будет не протолкнуться от таких красавцев, что на улице валяются. Да и могилы мертвяки легко раскопают. Надёжнее будет дверь закрыть снаружи – так большинство заражённых не залезут сюда.
– Значит, так и сделаем. А пока нам нужно забрать кое-что отсюда.
При виде оружейной комнаты Карандаш вновь оживился. Хоть и не так сильно, как при виде споранов и жемчужины.
– Бери всё крупное. Можно даже пулемёты оставить, но патроны к ним забрать все. По весу выйдет куда как выгоднее. Стволов-то завались в Стиксе, а вот патроны исчезают в рейдах так быстро, как вода в пустыне. Про автоматы под «пятёрки» забудь, здесь они даже против людей пасуют, а уж тварей из них бить только низших, чтобы с гарантией. Прочих, может, и пристрелишь насмерть, только вот в чём беда – они могут успеть тебя в бараний рог скрутить перед тем, как издохнуть. «Корды» есть? Если да, то бери их все. И патроны к ним выгребай до донышка. Я ещё видел у вас бэху на улице, у неё пушка «тридцатка» стоит. Так вот, её бронебойные снаряды стоят по горошине в некоторых местах.
Кондратьев нагружал его, немного груза брал сам, и после мужчины выбирались на свежий воздух к машинам, где складировали своё добро.
– Мой уазик лучше, военный, - заметил Карандаш, когда прапорщик выбрал для будущей дороги бронированную машину, на которой недавно катался в разведку. – Движок доделан, глушак ещё и мосты. Он тише твоего катит и проходимость выше.
– Поговори ещё, - цыкнул на него тот.
– Да твоя броня даже кусачу на пару ударов, а рубер и вовсе…
– Тихо, я сказал! – повысил голос «комод».
– Тьфу, - пленник сплюнул под ноги. – Твердолобый, млина.
Прапорщик забрал два «корда» со всем запасом патронам к ним. Взял два ПКМ и два ящика патронов калибра 7.62*54. РПГ-7 и шесть выстрелов к нему, по три осколочных и столько же кумулятивных. Новейший АК-15 под автоматную «семёрку» занял место у него на спине, а в набедренной кобуре устроился «ярыгин». Правда, прапорщик предпочёл бы другой пистолет, но на «точке» с таким выбором было совсем плохо. В качестве главного козыря при встрече кого-то вроде на рубера, Кондратьев выбрал СВДК. Её мощнейший девятимиллиметровый винтовочный патрон со ста метров пробивал бронированный УАЗ насквозь при использовании бронебойной пули. Сама по себе эта винтовка не очень-то и снайперская из-за небольших дистанций, на которых эффективна. Дальше четырёх сотен метров стрелять из неё сложно: тяжёлая пуля не самой лучшей формы, небольшое количество пороха в сравнении с массой снаряда. Положение не спас и новейший прицел, разработанный под неё. С другой стороны, СВДК куда как компактнее и легче той же кордовской винтовки. И если вдруг придётся дальше идти на своих ногах, то такая винтовка окажется большим подспорьем.
–
– Куда рулить? Здесь два населённых стаба поблизости. Один ничего так, а второй полное гавно, утырок на утырке сидит и утырком погоняет. Зато он ближе.
– Правь в нормальный. Со своими корешами потом увидишься.
Карандаш скривился от последней фразы «комода», но без возражений полез на водительское сиденье.
Можно ли было доверять ему со стороны Кондратьева? Прапорщик считал – однозначно нет. Но без проводника в этом мире ему было не выжить. И пусть судьба подкинула ему не самого лучшего напарника, зато у кого-то из таких же бедолаг, как он, нет и таких.
– Поехали.
Глава 4
Глава 4
Армейский УАЗ глотал километр за километром дорогу нового мира. По правде говоря, Кондратьев не видел ничего, что указывало на перенос в другую вселенную со столь кошмарным содержимым и законами. Такие же травы на обочине, такие же поля – какие заросшие бурьяном, какие колосятся зерновыми. Лесопосадки и леса ничуть не кажутся иномирскими. Не видно монстров, нет трупов, не стоят на горизонте чёрные столбы дыма над городами. Сплошная благодать, словно едешь на дачу, на рыбалку или в лес за ягодами с грибами.
Но достаточно посмотреть на водителя, чтобы эти мысли и расслабление мгновенно ушли.
Карандаш крутил головой на все триста шестьдесят, уделяя внимание зеркалам и не забывая смотреть в окна. На его лбу выступила испарина, иногда капельки влаги скатывались по лицу.
Карандаш боялся. До жути. Боялся прапорщика, сидящего с ним в одной машине, боялся тварей, которые могут выскочить в любой момент из зарослей бурьяна рядом с дорогой. Боялся встретиться с отморозками, которых в этих диких местах хватало. Он хотел скорее оказаться на безопасном стабе и напиться. Ещё лучше, если удастся договориться с одной из дамочек, продающих свою любовь за спораны и горох. В карманах у него было шиш и не шиша, но он очень рассчитывал на благодарность новичка. Сейчас он сильно жалел, что промолчал о тайнике в своей машине, где лежали двадцать споранов и пять горошин, принадлежащие ему и покойному напарнику. Боялся, что прапорщик заберёт их себе и вот – добоялся. Шансов вернуться в воинскую часть за своим автомобилем, практически нет. Тем более, даже если ему повезёт в этом, то нет гарантии, что там не устроят себе лёжку твари, ищущие дорогу в бункер, где столько тел лежит.
Поднявшись на очередной из множества бугров, которыми изобиловала дорога, иммунный резко ударил по тормозам.
– Чёрт, кисляк пошёл. Да как так-то? – зло выкрикнул он и ударил кулаком по рулю. – Почему сейчас, млин?
Впереди в нескольких километрах стояла стена плотного тумана. После рассказа местного старожилы Кондратьев уже был в курсе, что это за явление.
– Объехать можно? Или проскочить сразу после перезагрузки? И почему ты так удивлён? – забросал вопросами прапорщик своего спутника.
Тот с непонятным раздражением посмотрел на него.
– Потому что этот кластер должен был простоять ещё дней пять или семь, у него три недели период перезагрузки. Наверное, твой «дикий» нарушил всё. И нет – ни объехать, ни проскочить нельзя. И так, и эдак нарвёмся на заражённых. Там дальше по дороге идёт станица, вот она-то и перезагружается сейчас. А за ней километрах в двадцати городок, который дней десять назад перегрузился. Мы с корешком как раз там побывать хотели, но тварей там – мама дорогая! Сейчас они все, ну или часть их сюда попрутся, то есть нам навстречу. Млина, и чё ты такой спокойный, прям как камень?! Тебя хоть что-то пробрать может?