H.i.d.a.
Шрифт:
Я закатил глаза, но спросил:
— Для чего?
— Рад что ты спросила, Джесс, — обрадовался Маркус, — Все это было сделано, ради одной цели — чтобы не выпустить всего одного человека. Угадаешь?
Одного человека? Это кого же нужно так бояться, чтобы строить подобную тюрьму? Наверняка, это кто-то очень сильный, могущественный, великий…
— Великого, — тихо произнес я, не веря собственным мыслям.
Если все, что он говорит правда, то средства борьбы со мной создавались очень давно. Они
От одной этой мысли мои губы расплылись в довольной ухмылке. Это довольно приятно ощущение, что тебя боялись так сильно, что строили специальные тюрьмы. Хорошо, что они не знали, что моя сила все время увеличивается, и данная преграда не смогла бы долго удерживать меня там. Десять лет, и я бы сам вышел, махая ручкой на прощанье.
— Ты угадала! — воскликнул мужчина, — Вот только она ему не пригодилась. Точнее тебе…
— Почему? — спросил я с непониманием.
Странно, и правда, что им помешало заточить меня здесь? Что произошло такого десять лет назад? Блин, не могу вспомнить. Все словно в тумане.
Лишь ощущение того, что в тот момент моей жизни произошло что-то важное. Словно, вселившись в это тело, я потерял половину своих воспоминаний, или они так поблекли, что не могу толком вспомнить.
Странное ощущение.
Ты вроде пережил воспоминая, знаешь, что они есть в твоей голове, и можешь их даже ощутить, но вот увидеть никак. Сродни тому, что ты берешь старый диск с полки, вставляешь в проигрыватель и он не воспроизводится, поврежден. Так и у меня.
— А ты не помнишь? — искренне удивился Маркус, — Ну, не удивительно, она предупреждала о чем-то подобном.
— Может ты уже продолжишь свой рассказ? — раздраженно прошу я, чувствуя, как виски начинает сдавливать.
— Хорошо, — пожимая плечами ответил Маркус пройдя вокруг Рэне.
Он взял стул, и пройдя немного приблизил его мне поставив рядом.
— Садись, вижу тебе не хорошо, — сказал он голосом полным сочувствия и заботы.
Его рука легла мне на плечо, заставляя мягко, но в тоже время непреклонно опуститься на сиденье.
Затем он, улыбнувшись, отошел в сторону разрывая дистанцию и показывая пустые руки.
С чего такая вежливость?
Но благодаря этому заботливому жесту с его стороны, я смог откинуться на спинку стула и позволить себе слегка расслабиться. Тело била мелкая дрожь, словно оно только сейчас вспомнило о своей проблеме с мужским полом и решило прямо сейчас отыграться на мне из-за всех предыдущих встреч.
Чувствую накатывающую усталость. Хочется закрыть глаза и вздремнуть. Уж слишком много всего наваливается на меня в этот день.
Да и плечо от укуса болит. До сих пор жжется.
— Продолжай, — прошу я, заставляя себя сесть прямо и пристально посмотреть на Маркуса.
— Так вот. Вопрос
— Это как?
— О, все просто. Десять лет назад, Великий, которого боялись суперзлодеи и государства, страшились даже собственные друзья, показал свою слабость.
Не помню подобного. Когда я ее показывал? В чем она заключалась?
— Какую слабость?
— Он испугался. Впервые в своей жизни, он показал свой страх своим врагам, и они воспряли. Остальные вздохнули с облегчением. Ведь не нужно так бояться того, кто сам боится чего-то. Великий в тот момент всего на пару часов утратил былое величие перед единственным врагом, которого постарался уничтожить как можно быстрее, стереть в порошок и вычеркнуть из памяти.
Все равно не могу ничего вспомнить. О ком он говорит? Кого я боялся? Показал страх? Да быть не может, я не боялся своих врагов. Всегда встречал их с решимостью одержать победу любой ценой…
— Вот только, у него не вышло. Великий совершил большую ошибку, позвал на помощь того, кто сам был его врагом, хоть и скрытым. Валиант, он же Хайден Рид, лучший друг, а ныне супергерой номер один во всем мире, взявший в жены бывшую любовь своего друга — Тию Харрис…
Его ехидная улыбка так и гуляла по лицу, как и взгляд, которым он сканировал меня. Я понимал, что он пытается как-то поддеть меня своими речами, найти что-то на моем лице, способное доставить ему низменное удовольствие.
И я бы с радостью захотел ему показать всю ярость, которая сейчас бурлит во мне, но сам же заставляю себя успокоиться. Не хочу вновь злиться, показывать эмоции.
Я им еще отомщу. Всем…
— И чем он совершил ошибку?
— О, его лучший друг, спрятал то единственное, что способно заставить Великого ужаснуться. Ошибка прошлого, великий ужас, погибель человечества спрятана там, внизу, — он показал пальцем на центр баскетбольного поля, — Валиант построил тюрьму для Великого, Джесс, и скрыл все это от тебя, моя девочка.
— Тебе это не надоело?
— Соглашусь, странно осознавать, что красивая девчушка перед мной внутри является мужиком лет сорока, — признался Маркус поправляя свои длинные волосы, — Но! От этого становится еще интереснее дразнить тебя. Есть еще вопросы?
— Скажи, почему ты решил изнасиловать Джесс? Что тебе сделала обычная слабая девчонка?
— О? Она то? Да, ничего особенного, — задумавшись сказал он, — Джесс была слабой, единственное, на что она годилась — быть на побегушках, и служить как развлечение для моих ребят. Не, знай я конечно, что она послужит вместилищем для тебя, то точно не позволил парням веселиться с ней, а так получается ты убила их…