Х 2

Бо Вова

— Прямо безвыходная ситуация, я бы сказал. Но только учти, перед тем как стрелять. Не считая этой бутылки пива, сегодня я абсолютно трезв.

Кажется я заметил страх в его глазах. Мы смотрели друг другу в глаза, а револьверы в руках ковбоя начали дрожать. Затянувшаяся пауза напоминала затишье. А все мы знаем, что приходит следом.

Глава 6. Правильные принцессы восьмого сектора

— Ладно, ладно, — примирительно произнес Сол, убирая револьверы

в кобуры.

Затем, немного подумав, подошел к небольшой тумбочке, медленно снял перевязь с кобурами и водрузил их сверху. Он замер, глядя на рукояти, словно решая правильно ли поступает.

— Дай слово, восьмерка, что не причинишь мне вреда.

— Если ты не нападешь первым и если мы договоримся. Неоякудза учили, что гость в чужом доме должен вести себя подобающе. Если к нему относятся как к гостю.

— Тогда, располагайся, — вернул жизнерадостную улыбку Сол. — Еще пива? Или чего покрепче?

— Пива.

— Эх…

Сол вздохнул, но все же направился к холодильнику. Вернулся он уже с бутылками и мешком какой-то снеди. Вяленое мясо Ночных, судя по всему. В специях, что для сектора редкость. И как я их не унюхал?

— Грядет буря, да? — произнес Сол с грустью. — Ты ведь не уйдешь просто так?

— Мне просто надо свалить из сектора.

— Ага, как же, — кисло усмехнулся он. — Ты в тот раз то же самое говорил.

— То другое. Я просто хотел тишины и спокойствия.

— Ага. И поэтому залил сектор кровью и завалил трупами. Уборщики работали в три смены, чтобы очистить улицы. А Охотники вообще озолотились. Столько Ночных повылезало на запах мяса.

— Тебе-то что жаловаться? Ты сам был одним из них. И в итоге выслужился и стал инквизитором.

— Потому что предыдущий сдох в той кровавой бане, что ты устроил.

— Не я. Квадрада заварила кашу и устроила войну банд. Я просто пытался это все остановить.

— Отличный способ, — хохотнул Сол. — Если нет живых, то и спорить за территорию будет некому.

— Так получилось, — я отхлебнул пива. — Закончились другие аргументы.

— Это не отменяет главного факта, восьмерка, — Сол стал серьезным. — Это был последний раз, когда тебя видели трезвым дольше пяти минут.

— И что? Думаешь я каждый раз все крушу, стоит мне протрезветь?

— Хочешь сказать нет? Я в секторе уже почти три года. И я что-то не припомню, чтобы ты валил три десятка каких-нибудь восьмерок и больше, потому что перепил. Было такое? Не помнишь? Вот и не надо мне лапшу вешать. Мы оба знаем, что не пьешь по одной причине. Грядет заварушка, в которой тебе потребуются все силы.

— У меня инквизиция на хвосте. Но не я на них охочусь.

— Ой ли? — усмехнулся Сол. — Хочешь сказать, что если я прямо сейчас отведу тебя к дыре в стене, то ты возьмешь и уйдешь?

— Хмм…

— Или ты скажешь, что у тебя еще остались кое-какие незавершенные

дела? Плевые, за сутки управишься. А вот завтра вечером обязательно уйдешь, да?

— Так дыра есть, Сол? — ответил я вопросом на вопрос.

— Нет, — выдохнул ковбой и отхлебнул пива. — Но есть лаз. В глубине свалки. Но он, как бы это сказать, не совсем секретный.

— Поясни, — бросил я.

— Инквизиция в курсе этого прохода. И если кто-то попытается покинуть сектор через этот лаз, то я сообщаю руководству, а они уже решают, покинет человек Альтаир или нет.

— И что-то мне подсказывает, что никто его еще не покидал.

— Ошибаешься, — усмехнулся Сол. — Все покидали. Это же суперсекретный проход за немалые деньги. И все успешно уходили, дабы другие тоже знали, что способ есть. И распускали слухи об этом, пока особо отчаявшаяся восьмерка не придет ко мне за помощью.

— Прям к тебе?

— Ну вообще-то нет. Ты первый, у кого есть яйца на такое. Но остальные идут к моим неофициальным помощникам. Те берут плату, которая идет в основном за распускание нужных слухов в нужных кругах. Тащат их до прохода, машут ручкой, жены с платками плачут и провожают, дети ревут, матери просят писать письма. Гордые путники уходят в прекрасное и светлое будущее, пока не скроются из виду.

— А затем их снимает снайпер, — подвел итог я.

— Иногда. Чаще группа солдат берет под руки и тащат в застенки инквизиции для допроса. А так в основном турели отрабатывают. Это же дыра в обе стороны, так что ее хорошо защищают от Ночных. Свалка и так не самое спокойное место.

— Пока что не похоже на выход, — произнес я, допивая пиво.

— Это если все пройдет по сценарию. Но если руководство не будет знать о новом беглеце, то останутся только автоматические турели. А для этого у тебя есть броня, на сколько мне известно.

Я вспомнил ту ночь, мой район и дыру во внутренней стене, вырезанную эфирным мечом. И смятые пули на земле. Химера, которая оказалась Хоффом, прошла под пулеметным огнем из центра в восьмой сектор.

С девчонкой в одной руке и ящиком эфира в другой. Но это пулеметы внутреннего периметра. Они рассчитаны больше против тупых восьмерок на случай бунта. С другой стороны они же будут рубежом обороны в случае прорыва тварей в Альтаир.

Интересно, калибр орудий на внешней стене больше, чем на внутренней? Я посмотрел на Сола, но вряд ли он в курсе. Придется рискнуть.

— Половина мешка забита чистым эфиром. Вряд ли тебе кто-то платил столько за проход.

— Э-э, восьмерка, — поднял руки Сол. — Я же уже говорил, деньги меня не интересуют.

— А что тогда? — напрягся я.

— Эфир я возьму, само собой, но мне нужна должность инквизитора. Восьмого района.

— То есть мой труп?

— Смекаешь, да? — ухмыльнулся он.