Гвардеец Гора

Норман Джон

— К настоящему моменту, — сказал кто-то, — цепь, вероятно, уже перерублена.

Я вспомнил желтую краску, которой был помечен столб. Без сомнения, что так же были отмечены другие слабые места.

Даже сейчас, под прикрытием северного флота, было ясно, что пиратские корабли на юге продолжают свою мерзкую работу. Однако цепь продержалась достаточно долго для того, чтобы мы смогли продвинуться на южный участок и сгруппироваться. И конечно, она до сих пор держалась здесь, охраняя наш левый фланг.

— У нас мало надежды, — сказал кто-то рядом со мной.

— Они образуют клин, — поддержал его другой.

— Где же корабли Каллистена? — поинтересовался третий.

— Они

скоро будут здесь, — высказался еще кто-то.

— Капитан, — обратился к Каллимаху один из офицеров.

— Слушаю.

— Приказать, чтобы корабли приковались друг к другу?

Такие сигналы могли передаваться флажками и боевыми рожками.

— Нет, — отрезал Каллимах.

— Как еще мы сможем выдержать массу такого клина? — спросил офицер.

— Мы не станем ограничивать нашу мобильность, — пояснил Каллимах. — Мы не оставим наши тараны и режущие лопасти без работы.

— Но так мы стали бы плавучей крепостью из дерева, — возразил офицер. — Такую крепость не пробьет никакой клин.

— Тогда корабли нашей внутренней линии не смогут участвовать в столкновении, — произнес Каллимах, — и мы превратимся в легкую мишень, в которую невозможно промахнуться. Если нас обойдут с фланга, мы также не сможем защитить себя. И тогда наши беззащитные борта будут доступны таранам врага. Всего через час твоя плавучая крепость превратилась бы в обломки дерева, качающиеся на воде.

— Тогда нужно отступить, — предложил офицер.

— Теперь уже поздно, — сказал Каллимах.

Побледневший офицер посмотрел через ограждение палубы.

— Флот приближается, — проговорил он.

— Да, — согласился Каллимах.

— Что же нам делать?

— Мы должны удерживать оборону, пока не прибудут корабли Каллистена.

— Мы никогда не сможем выдержать удар клином.

— Таков мой приказ, — ответил ему Каллимах.

* * *

Это была галера тяжелого класса, пригодная для плавания в открытом море. Она возглавляла клин. Никогда раньше я не видел, чтобы галера двигалась с такой скоростью. За каждым веслом сидело по два человека. Нос нашего корабля был выровнен, готовый принять таран на щит. Но я опасался, что такой удар пробьет нам днище.

У нашего левого борта, почти касаясь планширов, качалась на волнах «Мира», наш корабль из Виктории. Я увидел за сто ярдов вдали, как капитан, стоящий на носу приближающейся галеры, махнул рукой. Почти тут же, послушная при такой скорости любому движению руля, галера повернулась на румб на правый борт. Она не намеревалась останавливаться около «Тины», а собиралась пройти между нами и «Мирой», разорвав нашу линию. На четверть позади ее носа, как бегущие по пятам слины, двигались два других судна, которые должны были расширить дыру в нашей линии. Развертываясь веером, за первыми галерами шли другие, поддерживающие наступление. И в кильватере первой галеры рассекали водную гладь несколько других кораблей. Похоже, линия будет разрублена. Наше взаимодействие нарушится. Враги захватят нас. Фланги, которые надо защищать, будут оголены. Нас сокрушат и изуродуют при попытках усилить и поддержать друг друга. Разделенные, атакованные, мы будем сбиты в стадо и окружены. И тогда мы превратимся в хорошую мишень для пиратов. Воскджар отомстит за задержку на юге. Не думаю, что в этом бою будут пленные.

— Пора! — крикнул Каллимах.

Обычно на горианских кораблях находятся три шеста, которые используются при отходе от пристани, помогая оттолкнуть корабль от причала. На «Тине» и на «Мире», конечно, были такие шесты. Мы убрали весла.

Когда вражеская галера внезапно поменяла направление, чтобы врезаться между нами, команда «Миры» — шестами,

а наша команда — веслами оттолкнули корабли друг от друга. Раздался скрежет и скрип, но вражеская галера, приготовившаяся силой развести нас в стороны, не встретив сопротивления и повинуясь инерции, почти мгновенно оказалась за нашей кормой. Одновременно с этим люди на «Тине» и «Мире» при помощи веревок и абордажных крючьев быстро сдвинули свои корабли. Два судна, следующих за первой галерой, намеревались врезаться в нашу линию, используя брешь. Но бреши не было. Корабль, бывший острием клина, не нанеся нам ущерба, кроме царапин и содранной с обшивки краски, оказался позади нас. Два корабля поддержки первой галеры столкнулись бортами. Град стрел и горящая смола обрушились на их палубы. Я слышал, как тараны по левому борту одного корабля врезались в тараны правого борта другого. Затем один из кораблей поддержки получил удар в корму от следующего за ним судна, по инерции продолжавшего движение вперед. Пиратские галеры спешно попытались отгрести назад, отчаянно стараясь выйти из этого положения, но, неуклюже поворачиваясь, вынуждены были принять на себя наш огонь. Два других судна, следующих за ними, не в силах замедлить движения, ударились в обстреливаемые корабли.

Я обернулся. Первая галера, оставшись в одиночестве за нашей линией обороны, пыталась развернуться на юго-восток, чтобы обойти цепь и выйти в открытую воду на востоке. Пока она старалась выполнить задуманное, «Таис», подошедшая с нашего правого фланга, чтобы усилить линию, нанесла ей удар прямо в левый борт. Удар был произведен высоко, однако вода залила трюм. Я видел, как люди прыгали за борт. Затем покинутая командой, лишенная управления галера накренилась и легла на воду. Пробоина в ее корпусе оказалась выше ватерлинии. Я увидел, как люди с «Таис» взошли на ее борт, двигаясь по накрененной палубе. Потом, через короткое время, они вернулись на свой корабль.

— Поднять флаги! — скомандовал Каллимах. — Кровь за Порт-Кос!

С наших скамеек послышались крики одобрения. Я наблюдал, как «Таис» отплывает от поврежденного судна. Корма поверженного корабля заходила ходуном.

— Он сел на мель, — сказал кто-то рядом со мной.

— Да, — согласился я.

Галера, медленно качаясь, была увлечена течением к цепи.

— Это «Тука», — произнес стоявший рядом со мной мужчина.

— Тот самый знаменитый корабль Воскджара? — спросил я.

— Да.

— Они снова перестроились в клин! — крикнул кто-то.

Я посмотрел через ограждение в северном направлении. Вражеский флот перестроился. Тем временем команда «Туки» уплыла к западу от цепи.

— Они приближаются со скоростью в полгребка, — заметил кто-то из наших людей.

— Теперь они не повторят своей ошибки, — подхватил другой.

На этот раз пираты решили прорвать нашу линию обороны путем постоянного давления. Не сокрушительным, мгновенным ударом, а накатом, прессингом, лавиной дерева и стали, контролируемой и отвечающей тактической ситуации в каждое отдельно взятое мгновение. Они больше не потеряют бессмысленно острие своего клина за нашей линией, не дадут ему растратить потенциал напрасно — в пустоту и мелкие брызги.

Сигнальные флажки, вымпелы и флаги самых разнообразных цветов, послушные команде, побежали, трепеща и развеваясь на ветру, по канатам носовой башни «Таис».

— Она идет полным ходом! — проговорил кто-то.

«Таис», низко посадив корму в воду, подняв таран, резала поверхность воды в направлении северо-востока.

— Клин Воскджара приближается! — закричал офицер, находящийся на носовой башне.

— Давайте свяжем корабли вместе, пока у нас еще есть время, — взмолился другой офицер.