Губитель

Поселягин Владимир Геннадьевич

– Старшина, мне показалось в стороне два боевых вертолёта прошли, с российскими обозначениями.

– Ах да, я же забыл сказать. Россия вступила на нашу защиту и признала наши республики. Сегодня первый день спецоперации по нашему освобождению. Мы же наши земли идём освобождать от проклятых националистов. Сегодня оборону рано утром прорвали. Давим тварей.

– Удивил, - с немалым изумлением

протянул я.
– Не ожидал от них. Это что, будем гнать нелюдей до польской границы? Устроим у них на Западных областях, в их домах всё то, что те тут творили? Я лично за.

– Погоним и накажем, - как клятву сказал старшина.

Вот так мы и катили дальше, старшина описывал что и как было с Российской операцией. Объяснил, что за белые повязки на левой ноге, у бойца на блокпосту я тоже видел. Это для опознания своих. Параллельно, я полумедитировал и заканчивал лечить контузию, да так и убрал её. Мы же в это время приближались к бешенной пулемётной и пушечной стрельбе, даже через рёв движка слышно. Похоже где-то тут нас ждали бойцы, к котором мы и шли на помощь. Знаете, я не я буду, но закончу эту войну танкистом, если позволят контуженному и потерявшему память, и когда она закончится, демобилизуюсь, и буду искать нациков за границей, они наверняка сбегут, и уничтожать. Как Моссад работал после войны. Око за око. Это теперь моя цель в жизни. Вот решил так, и понял, не отступлю, пока сам жив, буду искать и уничтожать. Ещё радует, что я в бойца ДНР попал, не хочу в рядах российских войск воевать. К парням я претензий не имею, а вот к их спецслужбам, ещё как. Ту подставу я не забыл, пусть четыре века прошло, и не простил. А чтобы с танка не сняли, нужно проявить себя.

– Стой! Вижу пять украинских танков. Четверо бортами к нам. Хорошо стоим, они у нас только башню могут видеть.

– Ну так бей.

– Таки бью, - улыбаясь сказал я, в стволе уже бронебойно подкалиберный, и я приник к прицелу, подводя под башню первого украинского «Т-64». Из пяти танков два были «Т-64» и три «Т-72».

– Погоди, я не место командира сяду, надо с нашими связаться, и скоординировать действия. Так эффективнее получится. Меня парни знают.

Старшина выбрался наружу и протиснувшись в открытый люк, сел на место командира,

спихнув трофеи с нациков на пол. Слушал эфир, подключившись к рации, крутя ручкой наводки, но пока не вызывал наших, только после моего первого выстрела. Все пять танков стояли у дороги и били куда-то по окраине небольшого села с колоколенкой церквушки в центре. Там же с десяток других бронемашин, что-то горело, несколько густых дымов горевшей техники у села видно, но кто именно непонятно. В боеукладке были только подкалиберные и осколочно-фугасные, однако и с ними можно воевать. А у пушки меньше калибр, чем у прошлого танка, я это отметил. Боезапас с прошлого нашего танка не используешь. Хм, надо будет всё-таки позже достать командира и отправить в тыл, похоронить. Проследить за этим. Интересно, кого нам на танк из командиров дадут? Эх, ладно, не до этого, я уже держал на прицеле первый «Т-64», пора начинать. Интересно, какова тут скорость перезарядки? Успею все пять сжечь, до того, как нам прилетит? То, что я попаду, нисколько не сомневался, первый выстрел покажет сбит прицел или нет. Дальше по выстрелам ориентироваться буду.

– Горит!
– заорал дед Вито, после того как оглушающе грохнула пушка, после этого забормотал в ларингофон, общаясь с теми нашими, кто в селе сидел. Ответили сразу, видимо нашлось кому.

Украинский танк действительно горел. Взрыв выбил люки и небо устремились факелы огня. Хана экипажу. А я уже подводил прицел под другой танк. Шесть с половиной секунд перезарядка. В принципе, достойно. А прицелом порядок, точно пушка бьёт, путь и с холодного ствола. Тут и второй нацик вспыхнул, а за ним и третий. Хорошая пушка. Двое оставшихся сильно забеспокоились, начали расползаться, как и другие коробочки. Нас обнаружили, верхушка возвышенности перед нами таяла от пуль и снарядов нацистов, пару раз со звоном и нам прилетело. И тут нам по башне как прилетит, что меня почти выбило из сознания.

Конец книги.

Продолжение следует.