Грязный
Шрифт:
Я ненавидела, что ей приходится жить так далеко от меня, но я также знала, что если я заставлю ее приехать в Нью-Йорк, она пропустит визиты друзей и связь с нашим родным городом. Возможно, мне пришло время подумать о возвращении. Город не так уж много значил для меня теперь, когда мы с Никс расстались.
Конечно, у меня была София и другие мои друзья, но все они остепенились и двигались дальше по своей жизни. Все, что у меня было, это закусочная и случайные вечера вне дома.
Когда мы вернулись в дом престарелых, Никс оставил меня с мамой, чтобы пойти позвонить.
—
— Я знаю, милая. Но я так горжусь тобой и тем, чего ты достигла.
— На самом деле я не так уж многого добилась. Я имею в виду, у меня есть работа, которая едва оплачивает аренду, и несколько друзей, но потом я возвращаюсь сюда, и это заставляет меня задуматься, какой была бы жизнь, если бы я никогда не уезжала.
— Мы с папой никогда не хотели, чтобы ты последовала за Никсом до города. Но тебе нужно было крылья и понять, кто ты за пределами нашей семейной драмы. Никс хороший человек, Хэтти, он всегда был таким. Я вижу, как он смотрит на тебя, и мне приятно знать, что вы двое все еще близки.
У меня не хватило духу сказать ей, что это не так. Было больно думать о том, сколько времени прошло с тех пор, как мы в последний раз разговаривали. Если бы моей маме было легче от того, что он у меня в городе, я бы позволила ей поверить в это. Нет причин позволять ей волноваться.
— Я люблю тебя, мама. — сказала я, наклоняясь и целуя ее в щеку. — Я уже начала откладывать деньги на следующую поездку сюда, так что это будет скоро. Я обещаю.
— Я знаю, Хэтти, не беспокойся обо мне. У меня и здесь все хорошо. Это окупается тем, что всю жизнь живешь в одном городе. Если кто-то из моих медсестер доставит мне неприятности, я просто пригрожу позвонить их матери.
Она рассмеялась, и этот звук согрел мое сердце, когда Никс вернулся, чтобы попрощаться. К тому времени, как мы вернемся домой, мне нужно будет собрать свои вещи и попросить Uber забрать меня в аэропорт. Я не могла поверить, что поездка закончилась, хотя казалось, что она только началась.
Мы подъехали к дому, и я открыла дверь грузовика, чтобы выйти. В ту секунду, когда моя нога коснулась льда, я поскользнулась и упала прямо на задницу.
— Черт, Хэтти! Не двигайся. — заорал Никс, обегая грузовик и заключая меня в объятия. — С тобой все в порядке?
— Да, конечно, я в порядке.
— Ты уверен? Ты не ударился головой?
— Нет, ничего подобного. Просто моя задница. — я сказала со смехом, чтобы разрядить обстановку: — Ты можешь опустить меня.
— К черту это. — он встал во весь рост, поднимая меня так, словно я весила не больше перышка.
— Никс, ты поранишься. Поставь меня. Я слишком тяжелая.
— Заткнись, Хэтти. Серьезно, прекрати нести эту чушь.
Он покачал головой, поднимаясь по ступенькам родительского дома. Когда мы подошли, дверь открылась, и миссис Стратфорд была вне себя от беспокойства.
— Что случилось? Хэтти, милая, с тобой все в порядке?
— Да, я в порядке. Правда. Никс просто слишком остро реагирует.
— Это не так. Ты упала ничком в ту же секунду, как
— Что происходит? — спросил Чарли, увидев нас.
— Ничего, я в порядке.
— Ты неважно выглядишь. — добавил он, когда Никс начала снимать одежду, которая была на мне, чтобы согреться.
Я потянулась к лицу Никса, привлекая его внимание ко мне.
— На самом деле, если не считать уязвленного эго и ушибленной задницы, я в порядке. Клянусь.
Его голова наклонилась вперед, и его лоб прижался к моему. Он закрыл глаза, а его руки поднялись, удерживая меня на месте.
— Чарли. Давай дадим им минутку.
Я услышала голос миссис Стратфорд, когда они, шаркая, выходили из комнаты.
— Клянусь, Хэтти, в один прекрасный день ты доведешь меня до нервного срыва. — прошептал Никс достаточно громко, чтобы я его услышала.
Я провела рукой по его волосам.
— Прости. Я не хотела тебя напугать.
Он отстранился и, вставая, взял меня за руку.
— Пойдем, пойдем приляжем.
— Мне нужно собираться в дорогу. Мой рейс вылетает через несколько часов.
— Нет, это не так. Я позвонил и изменил его. Ты не уедешь до утра вторника. Я вылетаю с тобой и отправляю свой мотоцикл туда.
— Что? — спросила я
Он медленно покачал головой и потянул меня за руку. Я осторожно встала, проверяя все части тела, которые, как я настаивала, были в порядке, затем последовала за ним наверх, в его комнату. Он закрыл за нами дверь, и меня даже не волновало, что вся его семья знала, что я была тут с ним.
— Раздевайся и иди приляг. — сказал он, подходя к шкафу и начиная снимать одежду.
Я знала, что должна сказать «нет». На самом деле, я должна была разозлиться, что он взял на себя смелость изменить мой рейс, но после последних двух дней, проведенных в окружении воспоминаний и любви семьи, я не хотела, чтобы это заканчивалось. Я стянула с себя свитер и джинсы, оставшись в трусиках и лифчике, и забралась под одеяло, наблюдая, как Никс раздевается.
Мужчина был красив во всех возможных отношениях, от его подтянутой задницы и мускулистых бедер до спины, которая была покрыта самым детализированным произведением искусства, которое я когда-либо видела. Мне нравились его татуировки. Они подчеркивали его стиль и грацию, а у такого мужчины таких размеров, как Никс, грации было мало.
Он повернулся, и я почувствовала, как из комнаты выкачали воздух. Его длинный, толстый член был твердым и готовым, когда он посмотрел на меня сверху вниз, беря его в руку.
— Я кажется, сказал раздеться?
— Я так и сделала.
Он поднял брови и наклонил голову, как будто провоцируя меня бросить ему вызов.
— Ладно, хорошо. — сказала я, потянувшись рукой за спину, освобождая свою большую грудь, а затем потянувшись за трусиками, затем бросив их на пол рядом с кроватью. — Позвольте отметить, что единственная причина, по которой я подчиняюсь, заключается в том, что моя задница болит после падения, и порка сейчас была бы некстати.