Грязные игры
Шрифт:
– В чем дело, золотко? – переполошилась Джорджина, прижимая племянницу к себе. – Что с тобой?
Шарлотта возвела на нее заплаканные глаза и прохныкала:
– Ты уже такая старая, что никто на тебе не женится и у тебя не будет детишек. Ты так и умрешь старой девой.
Грянул дружный хохот.
– Фредди, а я-то всегда полагала, что ты стараешься дать своим чадам хорошее воспитание, – сказала Джорджина, с трудом сдерживая смех.
– Я и стараюсь, видит Бог, – ответил ее брат, пожимая плечами. – Мы все правильные книжки читаем, кроме кукол, дарим им поезда и машинки, но они все равно целые дни одеваются в розовое и наряжают
– А почему ты не можешь выйти замуж за нашего папу? – серьезно спросила Ребекка.
– Потому что он мой брат, заинька, и к тому же женат на твоей маме.
– Ах да, я забыла.
– И все же, тетя Джорджи, ты непременно должна выйти замуж, иначе так без детишек и умрешь, – сказала Шарлотта, вытирая слезы.
– Хочешь, открою тебе одну тайну? – прошептала Джорджина на ухо Шарлотте. – Только никому не говори, ладно?
Глаза девочки округлились, и она торжественно закивала.
– Так вот, скоро я выхожу замуж, – сказала Джорджина. – За совершенно чудесного мужчину из Австралии. И мы непременно постараемся завести детишек.
– Ур-ра! – завопила Шарлотта, соскакивая на пол. – Тетя Джорджи замуж выходит! Тетя Джорджи замуж выходит! А можно я буду подружкой невесты и вы подарите мне еще один испанский наряд? Хорошо?
Ее родители и дедушка переглянулись, на их лицах было написано недоверие, смешанное с покорностью. Они привыкли к подобным выходкам Джорджины, которая не в первый раз ошарашивала их подобными новостями. Она была не из тех женщин, которые готовят других к неожиданностям постепенно.
– Я уволюсь с работы и буду жить в Австралии, – добавила Джорджина. – По крайней мере теперь мы будем немного ближе.
– Что ж, дорогая моя, это чудесные новости, – провозгласила Кэролайн. – Не правда ли, Фредди? Хотя, признаться, прозвучало это довольно внезапно. Мы ведь даже не слышали, что у тебя появился друг. Кто он и чем занимается?
– Скоро все узнаете, – ответила Джорджина, почему-то немного оробев. – Перед свадьбой мы сюда прилетим, чтобы вы смогли познакомиться. Я надеюсь увидеть всех вас и на самой свадьбе. Его зовут Нед, и он унаследовал от отца великолепный винодельческий бизнес в Яллингапе, в самой южной части штата Западная Австралия. – Она перевела взгляд на отца. – Папа, он хотел прилететь со мной, но я побоялась, что его приезд будет для тебя еще одной неожиданностью.
– Остается лишь надеяться, что твой новый избранник не будет напоминать того подонка, за которого ты выскочила в прошлый раз, – вздохнул отец.
Джорджина, не зная что ответить, промолчала.
– Но чем ты собираешься заняться, коль скоро бросаешь работу и перебираешься в чужую страну? – спросила Кэролайн. – Кенгуру будешь пасти?
– По правде говоря, Кэролайн, я и сама еще толком не знаю, – призналась она. – В одном только уверена: в Лондон Неда мне заманить не удастся ни под каким видом, а я хочу быть с ним рядом. Насчет своей работы я в последнее время передумала немало. Как-никак шестнадцать лет ей отдала. И вот пару дней назад я вдруг поняла, что жизнь проходит. Еще лет десять – двенадцать, и передо мной замаячит старость, а пожить толком я так и не успею. Быть главредом крупной британской газеты – все равно что завести полдюжины любовников одновременно и все время разрываться, бегая от одного к другому. При этом на сколько-либо нормальные отношения времени не остается совсем. А я мечтаю о таких отношениях и хочу иметь детей.
– Но ведь ты столько
– Да, папочка, и я добилась всего, чего хотела, – ответила Джорджина. – Ничто другое меня не привлекает.
– Мне казалось, тебе нравится работать с Дугласом.
– Он невероятно изменился, – со вздохом сказала Джорджина. – От того человека, с которым я познакомилась, когда приехала в Лондон, осталась лишь бледная тень. Власть портит людей, и пример Дугласа это полностью подтверждает. Он стремится подняться на самую верхушку, подчинять себе других, во всем доминировать, но… Боюсь, он окончательно утратил ощущение реальности.
– Он по-прежнему женат на той длинноногой красотке? – полюбопытствовала Кэролайн, которую всегда живо интересовали светские сплетни.
– Нет, он ее бросил, чтобы жениться на дочери одного из самых богатых людей Йоркшира, – ответила Джорджина. – Причем та уже успела родить ему ребенка. Но дело осложняется тем, что Келли, его законная жена, тоже беременна. Впрочем, это трудности Дугласа. Я больше не желаю ничего знать о его семейных дрязгах.
– Но почему бы тебе тогда, если ты разочаровалась в Дугласе, не перейти в другую компанию? – озабоченно спросил отец.
– Я не в Дугласе разочаровалась, папочка, – ответила Джорджина, – а во всем газетном бизнесе. Такая жизнь не по мне. Если это вообще можно назвать жизнью. Работа, работа и еще раз работа. Не женское это дело – с утра до полуночи крутиться на бешеной карусели, когда не остается времени ни на личную жизнь, ни на друзей, ни на что. Кстати, перед вылетом из Перта мне позвонил секретарь нашей компании и попросил навести справки об одном южноафриканском бизнесмене, с которым «Трибюн» собирается заключить какую-то сделку. – Она многозначительно помолчала. – Вы представляете? У меня всего три дня отпуска, чтобы побыть с семьей, которую я сто лет не видела, а они требуют, чтобы я и здесь выполняла их поручения. Нет, решено, я выхожу за Неда и перебираюсь в Австралию. Кенгуру и аборигены мне куда милее Дугласа и всей газетной кутерьмы.
Обстановка в баре, разместившемся под крытой галереей самого модного в Йоханнесбурге торгового центра, была, по журналистским понятиям, довольно спокойная. Перед самым отлетом из Перта Джорджина пообещала Заку Присту, что по возможности наведет справки о Купере.
Ей посчастливилось отыскать Джо Ламли, своего давнего приятеля, который сейчас освещал рубрику криминальных происшествий в «Йоханнесбург геральд». Джо, знавший буквально всех и вся, охотно согласился рассказать Джорджине про удачливого южноафриканского бизнесмена.
При встрече он пылко обнял Джорджину, а затем, чуть отстранившись, одарил ее восхищенным взглядом.
– Изумительно выглядишь, Джорджи, – сказал он, целуя ее в щеку. – Годы, похоже, над тобой не властны. – Он тяжело вздохнул. – Не то что надо мной.
Джо ничуть не покривил душой. Будучи всего на десять лет старше Джорджины, он выглядел на шестьдесят. Бессонные ночи, бесчисленные выпивки, бесконечное сидение в прокуренных барах – такой образ жизни, типичный для профессионального охотника за жареными фактами, никак нельзя было назвать здоровым. Даже фигура его приобрела характерные для забулдыги очертания: тонкие паучьи лапки под внушительным бурдюком-пузом. Джорджина не поняла, отрос у него нос или просто казался длиннее из-за паутинки изломанных синеватых жилок.