Грязные игры
Шрифт:
Джорджина условилась с Майклом встретиться утром за завтраком – обсуждать что-либо в офисе из-за подслушивающих устройств было невозможно.
– Как продвигается материал про министра иностранных дел? – поинтересовалась Джорджина, когда подали кофе.
По лицу Майкла можно было всегда читать, как по открытой книге. Самые типичные выражения его лица Джорджина мысленно называла «полный успех» и «полный провал». Сегодня лицо его было огорченным.
Майкл уже почти полтора месяца трудился над «жареным» материалом про любовные шашни Джека
Осведомителем выступила другая проститутка, по словам которой, у четырнадцатилетней девочки Лин Синваени был бурный роман с Эджертоном, учившимся в университете.
В доказательство своих слов проститутка предъявила фотографии, на которых юный, но отлично узнаваемый Джек Эджертон стоял, обнимая Лин Синваени. На других снимках Лин была запечатлена в борделе – как одна, так и с младенцем на руках. К своему сообщению женщина приложила копии корешков банковских чеков, свидетельствовавшие о том, что Эджертон в течение пяти лет регулярно переводил деньги на счет Лин Синваени.
Майкл тяжело вздохнул и, трагически закатив глаза, возвестил:
– Увы, Джорджина, ничего у нас не выйдет.
Утрата такой «бомбы» была для них тяжелым ударом, поскольку легко можно представить себе броские заголовки вроде:
ЦЕЛОМУДРЕННЫЙ РАЗВРАТНИК ДЖЕК
ТАЙНО РАСТИТ ВНЕБРАЧНОЕ ДИТЯ
В ТАИЛАНДЕ
– Нам удалось доказать, что он и в самом деле посылал деньги на содержание ребенка тайской проститутки, – добавил Майкл. – Все фотографии тоже подлинные.
– Тогда в чем загвоздка? – с недоумением спросила Джорджина.
– У меня есть в Таиланде один человек, которому я полностью доверяю, – сказал Майкл. – Так вот, по моей просьбе он встретился с Лин Синваени… – Он многозначительно умолк.
– И что? – нетерпеливо спросила Джорджина.
– Ее подставили, – со вздохом сказал Майкл. – Проститутка, снабдившая нас этими сенсационными разоблачениями, просто решила, что может на нас подзаработать. Отец младенца не Эджертон, а его университетский приятель, с которым они путешествовали по Юго-Восточной Азии. Сам Эджертон с этой девицей не спал ни разу.
– Тогда с какой стати он посылал ей деньги? – удивилась Джорджина.
– Похоже, у нашего добропорядочного министра иностранных дел действительно золотое сердце, – ответил Майкл. – Несколько лет назад этот университетский приятель Эджертона скончался от передозировки наркотиков, а он, если верить Лин Синваени, совершенно добровольно предложил помочь ей и несколько лет высылал деньги на содержание малыша. Кстати, такой заголовок мне тоже нравится: «Министр иностранных дел платит за воспитание ребенка проститутки из Таиланда».
– У тебя одни заголовки на уме, – усмехнулась Джорджина. – Нет, Майкл, я хочу
– Каким образом? – нахмурился Майкл.
– В компьютер пока ничего не вводи, – сказала Джорджина. – Шэрон уже несколько недель похищает наши ударные статьи, а ты сам знаешь, что факты она никогда не перепроверяет, полагая, что всю черную работу наши журналисты уже сделали. Так вот мы выберем подходящее время и подбросим ей эту наживку. На сей раз она сама попадет в свои сети.
Дуглас, Карсон и Джеймс (Толстяк) Оукленд, финансовый директор-распорядитель «Трибюн», прибыли в «Ритц» на встречу с Грэмом Купером каждый в своей машине. Призывы экономить и урезать расходы относились только к рядовым, император и военачальники страдать не должны были.
Предстоящая встреча была крайне серьезной. Оукленд размышлял о баснословных прибылях, которые сулили группе «Трибюн» миллионы Купера. Акции «Трибюн» резко подскочат в цене, должны были возрасти и дивиденды по ним.
Дуглас ломал голову над тем, как отвлечь внимание Купера от инвестирования в самые знаменитые и наиболее прибыльные издания группы, предложив взамен вложиться в менее прибыльные и даже убыточные газеты и журналы. Тут уж без лести и коварства не обойтись, решил Дуглас. Ни того ни другого ему было не занимать.
Последним из троицы здание «Трибюн» покинул Эндрю Карсон. Он любил производить впечатление безмерно занятого человека, а потому никогда не приходил ни на одну встречу вовремя. Он снова пробежал глазами факсимильное сообщение, которое сегодня утром прислал ему из Кейптауна Стюарт Петейсон, и удовлетворенно улыбнулся.
Послание гласило:
«Грэм Купер, 48 лет, родился в Кейптауне.
Двое детей от первого брака, развод мирный, один ребенок от второй жены, Сандры. В сексуальных скандалах не замешан.
Личное состояние оценивается в 200 миллионов фунтов стерлингов.
Председатель компании «Южноафриканские авиалинии», президент крупнейшей в ЮАР компании в сфере увеселительного и развлекательного бизнеса.
Интересуется покупкой британских средств массовой информации. Возможная мотивация: укрепление авторитета, приобретение статуса международного воротилы бизнеса, а также повышение собственного влияния благодаря зарубежным средствам массовой информации.
Отзывы в прессе резко отрицательные. Жесткий бизнесмен, подозревается в грязной игре против конкурентов, в попытках склонить к коррупции влиятельных членов правительства. Убедительных доказательств нет. Прямых обвинений в его адрес газеты не высказывали.
Источник, близкий к правительственным кругам, сообщает, что Купера подозревают в помощи мятежникам Сьерра-Леоне с целью дестабилизировать правящий режим и завоевать доверие мятежного правительства для последующего заключения выгодных торговых соглашений.