Гроза 3
Шрифт:
– Гудериан, вы докладывали, что наши новые панцеры по своим характеристикам намного лучше, чем танки большевиков.
– Это так, мой фюрер.
– Подтвердил командующий последней танковой армии, сосредоточенной в окрестностях Берлина для решительной схватки с советскими войсками. Танки для неe собирали по всей Германии, сводили воедино отдельные полки и батальоны, выдeргивали из частей резерва самых опытных танкистов. Лучшие из худших, так как лучшие из лучших остались на полях сражений прошедшего года войны.
– Тогда почему большевики безнаказанно продвигаются на запад и скоро возьмут Берлин в кольцо?
– Гитлер указал пальцем на висящую на стене карту Германии, на которой
– Мой фюрер, у вас не совсем точные данные.
– Гудериан отошeл к карте, взял указку и начал описывать ситуацию, сложившуюся в обеих полосах советского наступления.
– Севернее Берлина нам удалось остановить танковые корпуса армии Рыбалко у Ораниенбурга. Сейчас там идут тяжeлые бои, противник пытается найти слабые места в обороне танкового корпуса Гота, но тому удаeтся сдерживать русских, несмотря на их численное превосходство.
Гитлер дeрнулся при словах о численном превосходстве, но нашeл в себе силы сдержаться.
– Южнее Берлинского укрепрайона русская танковая армия Катукова подошла к Цоссену, попыталась взять его с ходу, но была отброшена назад танковыми дивизиями Рейнгардта.
Паулюс позволил себе лeгкую усмешку. То, что командующий танковой армией пытается выдать за полномасштабное большевистское наступление, было всего лишь разведывательными рейдами отдельных бригад. Русские прощупывают оборону Вермахта на разных участках фронта и выбирают направление главного удара. По крайней мере, так охарактеризовал обстановку оберлейтенант танковых войск Эрнст Паулюс, недавно приезжавший проведать отца. Генерал пытался уговорить сына остаться в столице, но тот отказался, заявив, что «неизвестно, отец, где сейчас безопаснее».
Непонятно, удалось ли Гудериану ввести в заблуждение фюрера. «Тупой ефрейтор» не так наивен, как полагают некоторые. И то, что он молча выслушивает доклад командующего танковой армией, ровным счeтом ничего не значит. Взрыв может последовать в любой момент.
– Наши части не только сумели остановить противника, но и отбросили его обратно на восток, несмотря на подавляющее численное превосходство большевиков.
– Продолжил Гудериан, решивший, что гроза прошла и фюрер в состоянии спокойно реагировать на неприятные новости.
Но он ошибался.
– Опять численное превосходство!
– Взорвался Гитлер.
– Объясните мне, Гудериан, откуда оно берeтся?
– Мой фюрер, противник перебросил под Берлин дополнительные части с других участков фронта.
– Начал объяснение Гудериан.
– Гудериан, вы ещe больший лжец, чем Геринг!
– Фюрер подскочил со своего кресла.
– Не вы ли утверждали два месяца назад, что русские понесли в Померании и Пруссии катастрофические потери в бронетехнике и не смогут восстановить свои танковые армии по крайней мере полгода.
Гудериан промолчал. Такое утверждение было высказано им на самом деле.
– Мой фюрер, русские успели перебросить в Германию танковые части, находящиеся на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке.
– Пришeл на выручку Гудериану Гальдер, уволенный со службы в прошлом году, но в начале января вернувшийся обратно в ОКВ.
Как ни старался Гитлер привлечь к ответственности за участие в сентябрьском заговоре бывшего главу генерального штаба Вермахта, никаких доказательств его вины обнаружено не было. Все материалы следствия подтверждали его невиновность. Фюрер скрипел зубами в бессильной ярости, разгонял следственные группы, назначал новых следователей и всe повторялось по новой. В конце концов пришлось вернуть генерала Гальдера в генеральный штаб, впрочем пост главы этого штаба уже занимал генерал Гудериан. Но через два
– А там они откуда взялись?
– Удивился Гитлер.
– С русских заводов, разумеется.
– Ироничным тоном произнeс командующий танковой армией.
– Гудериан, не нужно выставлять меня дураком!
– Взвился Гитлер.
– Я прекрасно знаю откуда берутся танки. Намного лучше вас, между прочим. Я умею эти танки производить, а вы способны только терять их в бою и отдавать противнику в совершенно исправном состоянии!
Фюреру долго не решались показать данные о захваченных русскими немецких панцерах. Материал был настолько позорным для Вермахта, что его старались «затерять» среди других сообщений разведки. Но на беду генералов, данная информация какими-то неведомыми путями добралась до министра пропаганды, и вскоре легла на стол канцлера Германии. Два советских танковых корпуса были полностью укомплектованы немецким панцерами! Вспышка бешенства вождя германского народа была сродни извержению небольшого вулкана. Фюрер рвал и метал. Гудериан был немедленно снят с должности начальника генерального штаба, тут же отправлен в отставку и лишeн всех наград. Фюрер подумывал о подобных мерях и в отношении других танковых генералов Вермахта, и только вмешательство Бормана спасло их от позора. «Шустрый Гейнц» тоже прозябал в отставке неполные сутки. Понадобился командующий собранной из остатков былого величия танковой группировки, и его вернули на службу. Награды также возвратили.
– Считать я тоже умею!
– Продолжал фюрер.
– Если большевики потеряли за прошедший год пятьдесят шесть тысяч танков, как докладывали вы, то им попросту не из чего собирать те танковые армады, которые сейчас рыщут по просторам Рейха.
– Мой фюрер, у вас не совсем точные данные.
– После недолгого замешательства Гудериан решился продолжить спор.
– Вы сами дали мне эти сведения!
– Возмущению Гитлера не было предела.
– Вы подали мне лживые цифры, а теперь пытаетесь обвинить меня в вашей же лжи!
Фюрер перешeл на личности, продолжая извергать на Гудериана и других участвующих в совещании генералов такие слова, что присутствующие в зале девушки-стенографистки от стыда покрылись пунцовыми пятнами.
Паулюс стиснул зубы. Выслушивать этот поток оскорблений было унизительно, офицерская честь требовала отреагировать на столь мерзкие слова. Хотя бы просто встать и уйти. Но чем это может закончиться? Разжалованием, а то и расстрелом. А семья? Что с ней будет? Концлагерь?
Нужно терпеть, хотя бы ради жены и детей. Когда-то же это прекратится.
«Кажется мы перестарались с чисткой генеральских рядов», - размышлял группенфюрер Гейдрих, наблюдая реакцию генералов на словесные выпады Гитлера. Нагнали на людей такого страха, что те от собственной тени шарахаются. А с кем же реализовать дальнейшие планы?
Группенфюреры «чeрных дивизий» хороши как исполнители, но «играть их» лучше втeмную. Не дай бог, которого нет, как учит доктрина национал-социализма, они проявят собственную инициативу, а ещe страшнее, если попытаются думать своими заплесневелыми мозгами. Претворять в жизнь чужие идеи мироустройства - это одно, а пытаться самому побывать в роли если не бога, то хотя бы демиурга низшего ранга, совсем другое.