Гронтхейм
Шрифт:
Но я не в обиде. Лемения отработала по полной программе. За всю экскурсию, она и пяти секунд не промолчала, а руки того и гляди скоро отвалятся. Но слушал я ее так, в пол уха. Уж больно занимательные разговоры проходящих мимо людей и торговцев до меня доносились.
Насколько я понял, по поводу вторжения никто из местных особо не переживал. Часто от прохожих я слышал такие фразы: “Справятся маги, куда они денутся. А войска собирают лишь для того, чтобы перестраховаться” или “Ой, да какая опасность? Ну скелеты, ну демоны. Кто бы ни пришел, наши
Но что меня больше всего поразило - тема убийства короля и принца поднималась крайне редко. А если кто об этом и заговаривал, то только радовался их смерти, мол, заслужили. Видно паршивыми овцами были король с королевичем.
Центральная площадь, торговый, ремесленный и жилые кварталы остались позади. Битых четыре часа мы с Леменией уже носимся по улицам города, но, слава богу, остался последний рубеж - рыбацкий квартал. Я сам настоял закончить на этом маршрут, так как именно здесь проживал человек, к которому меня направил учитель.
Располагался рыбацкий квартал вдоль береговой линии и славился не своими огромными рыбными рынками и гаванью, что вмещала больше ста кораблей, а количеством отребья, промышляющих всем: от грабежей и разбоев до похищений и заказных убийств.
– «Криминальный район города», - вспомнилось мне Земное определение.
Добротно сложенные из камня здания, чистые улицы и покрытые золотым напылением крыши богатых домов как отрезало, когда мы свернули на очередном повороте и вышли к рыбацкому кварталу.
Приземистые одноэтажные постройки, по большей части жилые, однако некоторые частично разрушенные. Под ногами липкая грязь вперемешку с мусором, а в тупиках устроены отхожие места, где что ни день, находят обглоданные крысами трупы. А уж запах какой стоял - просто жуть! Я как сделал первый вздох, так сразу помутилось в глазах.
– Ничего. К этому быстро привыкаешь, - натянуто улыбнулась Лемения.
– Поверю тебе на слово. Лем, - не знаю почему, но она представилась так, говорила и вела себя как мальчик, а я тайны уважаю, так что подыгрывал, - давай-ка ты отведешь меня в место под названием “Бескрайний закат”, и на этом, пожалуй, закончим нашу экскурсию.
– Я бы не рекомендовала вам туда ходить, господин, - посоветовала мне она.
Я хоть и представился, но Лемения упорно отказывалась называть меня по имени. Господин, и точка.
– Не волнуйся, я могу за себя постоять, - уверенно ответил я.
– Боюсь, вы не понимаете. Владелец этого заведения..., - наморщила она лоб, - он опасный, очень опасный человек и не жалует незнакомцев. Любого, кто явится к нему без приглашения, ждет только смерть.
– И все-таки, не волнуйся. Я знаю, что делаю.
– Уж надеюсь, - тихонько прошептала Лемения.
– Ладно, пойдемте, - и протяжно вздохнув, сделала первый шаг, поманив меня за собой.
Действие сорок восьмое. Рыбацкий квартал
Спустя
На вид неприступное, прямо-таки крепость с окнами больше похожими на бойницы, массивной железной дверью и двумя вооруженными амбалами-охранниками на входе. Хотя уровни у них были так себе: у одного восьмой, у другого девятый.
На удивление, вокруг было относительно чисто. Грязь, конечно, никуда не делась, но хотя бы мусор не прилипает к подошвам ботинок, а ближайшее отхожее место находится так далеко, что зловоние сюда не доносится.
– Вот держи, заслужила, - передаю я Лемении обещанный серебряник.
– Спасибо, господин, - с благодарностью принимает она монету и тут же прячет в карман.
– Эмм... я..., - хотела она еще что-то сказать, но замялась и потупила взгляд.
– Ну что замолчала? Давай уже, выкладывай, - поторопил я ее.
– Если вам когда-нибудь понадобится помощь, неважно какая, знайте, я всегда готова, - гораздо увереннее сказала она.
«Неважно какая? Интересно» - Что ж, рад слышать. Но как мне тебя найти?
– резонно заметил я.
– Помните дом удовольствия “Сказочная фантазия”, мимо которого мы проходили?
«Не только помню, но и собираюсь когда-нибудь посетить», - улыбнулся я и ответил: - Да.
– Так вот, я живу рядом в пристройке.
Я вспомнил ту пристройку, но и подумать не мог, что в ней можно жить. Не дом, а натуральный сарай. Причем требующий капитального ремонта. Доски на стенах прибиты тяп-ляп, на месте двери висит кусок плотной серой материи, а крыша дрожит под порывами ветра и наверняка протекает во время дождя.
Ладно, белых дней в Саренхольте бояться не стоит - маги весь город накрывают защитным куполом. Но ведь осенью и весной ночью все еще холодно. Так заболеешь и если не переборешь заразу, без целителя не обойтись. А услуги их стоят немалых денег, которых у нее, судя по одежке, отродясь не водилось.
– Одна?
– полюбопытствовал я.
– Нет, вместе с остальными детьми.
– С детьми? Чьими детьми?
– Хозяин, когда девочка разродится, отправляет новорожденного к нам. Старшие заботятся о младших, кормят их и воспитывают, а когда сами достаточно подрастают, если конечно раньше не умирают, и нет на теле серьезных увечий, переходят в главный дом, а младшие становятся старшими. Так вот и живем в ожидании, когда подойдет наша очередь.
Я не знал, что и ответить. В такой ситуации уместно было бы выразить сострадание или типа того. Но ничего подобного я не почувствовал и даже мысли не допускал, что это ненормально.